Glory hole

      Аякс опирается локтем о барную стойку, почти лениво и немного меланхолично потягивая свой коктейль, пытаясь растворить лишние мысли в алкоголе и громких басах, пробирающих до дрожи глубоко где-то внутри. Какой это по счёту бокал, парень не знает, но оно и не так важно сейчас. Лишь бы напиться побыстрее да посильнее. Тоска сердечная отлично ведь себя ощущает, утопая в крепких напитках.       В чьих-нибудь крепких руках она, возможно, тоже прекрасно себя повела бы и заткнулась, вот только за весь вечер, если парня кто и угощал, восторга мужчины не вызывали. Один лысый, второй какой-то косой, у третьего футболка идиотская. Нет, за бесплатный коктейль он, конечно, может немного поулыбаться да поддержать беседу, но не более. С лёгкой завистью во взгляде Аякс провожал глазами парочки, иногда слепившиеся прямо на танцполе и решившие перекочевать за столик или к стене. Не будь он так зациклен на одном лишь человеке, возможно и его шею сейчас вылизывал бы какой-нибудь милый парниша в тёмном углу клуба. Но то как минимум, при лучшем раскладе его бы уже бодро драли в каком-нибудь номере ближайшей гостиницы.       Трубочка печально засвистела, перестав втягивать последние капли коктейля со дна стакана, и парень глянул на него, как на предателя. Мол, и ты, Брут. Оглянувшись, более потенциальных ухажёров Аякс не приметил, а платить за свой же алкоголь бедному студенту как-то слишком ударило бы по карману. Однако уровень опьянения всё равно был уже близок к желаемой точке, а количество выпитого бодро напомнило о себе позывами срочно отлить.       Неровным шагом продираясь сквозь толпу к туалету, по крайней мере Аякс надеялся, что вон та дверь ведёт именно, куда ему было внезапно так срочно нужно, парень решил, что попытка забить свои безответно-влюблённые страдания походом в гей-клуб успехом всё же не увенчается, потому стоит быстрее сделать дело, забить большой и толстый и всё же вызвать себе такси обратно до общаги. Отоспится себе спокойненько под мелодичный громкий храп соседа по комнате, встанет с противным похмельем и потащится на пары, чтобы ровно на третьей, после большого перерыва, залипнуть, наконец, от души на преподавателя, который и знать не знает, как от его вида и звука голоса одному из студентов срывает крышу.       Как вообще так вышло, сам Аякс понять не успел, просто осознал себя в один момент, безбожно пялившимся на преподавателя, а в груди было такое странное и громкое тянущее бум-бум-бум. Поднял зачем-то руку, вышел отвечать, не зная, блять, ни слова правильного для ответа. Поулыбался, как дурачок, мямля что-то, а когда Чжун Ли всё же тихо рассмеялся, похвалив парня за смелость, что решился своей жертвой потянуть время и спасти одногруппников, тогда он и понял, что пропал. Готов был буквально на парту лечь с голой жопой и призывом как можно скорее его выебать прямо здесь и сейчас.       Однако даже у такого отбитого распиздяя, как Аякс, есть свои тормоза, потому в итоге ограничилось всё томными вздохами и бесконечно долгими взглядами на мужчину, пока тот с едва заметной улыбкой негромко рассказывал новый материал, не усваиваемый студентом ни на каплю. Зато этот тихий, чуть хриплый низкий голос без конца стоял голове, а перед глазами был он. Весь. Закатанные несильно рукава рубашки, хотя бы немного обнажающие красивые сильные руки, преступно сильно обтягивающие зад тёмные строгие брюки, галстук, который преподаватель мог себе позволить немного ослабить, продолжая рассказывать материал, опираясь бёдрами о свой стол, что было, между прочим, настолько горячо каждый раз, что Аякс был уверен — однажды кровь отольёт от головы так сильно, что он упадёт в позорный обморок прямо на паре, являя миру свой стояк.       Ну а пока что проблема собственного вожделения к преподавателю решалась под сдавленные стоны в душе или под одеялом, пока соседа не было в комнате. Страшно представить, сколько раз и в каких позах Чжун Ли отымел Аякса в его же собственной фантазии. Парень не то чтобы был этим фактом недоволен, но чуточку больше бы воплощения желаемого в реальность не помешало бы, конечно.       Впрочем, продирание через толпу под звуки громкой музыки и людского гомона всё же привело парня к нужной двери, и он и правда оказался в туалете. Заприметив себе дальнюю кабинку, Аякс закрылся в ней, наконец, облегчая душу, так сказать. Чтобы сильно не штормило спьяну, свободной рукой парень упёрся в стену сбоку от себя, невольно осматриваясь. Почему-то прямо в кабинке оказалась небольшая раковина, что, вроде, даже круто, зато в стене напротив — дыра. Безумно странно. Ещё и ровненькая такая, аккуратная. Аякс почти успел с неё посмеяться, мол, для извращенцев, пока застёгивал ширинку и мыл руки, но как раз в этот момент в этой самой соседней кабинке щёлкнул замок, раздался звук шуршания одежды…       Обернувшись от раковины, парень замер, смотря на… член, просунутый в эту самую дыру в стене. Он ведь и правда только сейчас понял, почему эта дыра вообще существует.       Хозяин члена терпеливо ждал какой-то реакции, пока Аякс судорожно соображал. Соображалка вот только бодрым плясом под ручку с алкоголем заладили: «Похуй! Ты ж примерно этого и хотел, разве не так? Так бери, пока дают!».       Девственником парень, конечно же, не был. Вот только даже при одноразовых связях он хотя бы видел лицо своего партнёра, понимал, кто он и что, а тут… Тупая неизвестность, полная анонимность.       «В этом, блять, и смысл», — где-то на задворках сознания подмигивало ему изначальное желание забыться, с которым Аякс и пришёл в этот клуб сегодня. Парень же и сам уже смотрел на член не сколько удивлённо, а больше оценивающе. Стояк крепкий, сам ствол толстый и длинный, увитый венами, на головке поблёскивает собственная смазка. Парень шумно сглатывает и, не давая себе времени, чтобы передумать, встаёт перед стеной на колени и берёт член в руку.       По ту сторону раздаётся шумный вздох, и парень, потупив мгновение, на пробу ведёт языком по головке. Смазка вязкая, чуть солоноватая, а сам член одобрительно дёргается в крепко сжимающей ладони в ответ на ласку. Дыра достаточного размера, чтобы перед лицом Аякса был и сам член, и яйца, так что именно ими он занимает свободную руку, принимаясь их немного ласкать, языком продолжая неспешно вылизывать головку, а после и весь ствол, рукой неторопливо надрачивая.       Аякс, если честно, немного в ахуе с себя, с происходящего, с этих хриплых вздохов за стеной. Но алкоголь в крови и собственное неудовлетворение подталкивают парня продолжать. Какая к чёртями разница, чей это член, если он такой классный? Так идеально ложится в руку, реагирует на его прикосновения, пульсируя и выделяя ещё больше смазки.       Это заводит.       Парень обхватывает губами головку, языком по кругу вылизывая её и немного втягивая щёки, создавая вакуум. Судя по участившимся вздохам, мужчине по ту сторону стены всё нравится, потому Аякс расслабленно прикрывает глаза, пропуская член в рот поглубже. Свобода действий невероятная, и парень позволяет себе немного погрузиться в фантазию и показать себя во всей красе. Остаётся лишь представить, что в его рту член преподавателя, под которого он готов будет лечь при первом же слове.       Вожделенный образ охотно встаёт перед внутренним взором, и парень принимается работать языком ещё активнее. Обводит ствол влажно по кругу, насаживается ртом сильнее, а после возвращается к посасыванию головки. В минете он хорош и прекрасно знает об этом. Теперь будет знать ещё один человек, у которого начинают иногда вырываться негромкие хриплые стоны.       Когда член был вылизан и изучен его языком от самых яиц до уретры, Аякс расслабляет глотку и, убирая пальцы с основания, вбирает его в себя максимально глубоко. Ему отвечают протяжным глубоким стоном, и парень решает немного задержаться так, зная, насколько сейчас эта теснота приятна для его партнёра. Стенки горла сжимают головку члена, а Аякс ещё и пытается как бы «сглотнуть», вызывая больше стимуляции рефлекторным сжатием мышц.       — О чёрт, — невнятный стон из-за стены, и член выскальзывает из горла парня, но лишь затем, чтобы с усилием толкнуться обратно. Парень старается не давиться, а оставаться расслабленным, и кажется, мужчина оценил эту отдачу по достоинству, принимаясь всё быстрее двигать бёдрами и толкаться членом прямо глубоко в горло парня. Аякс упирается ладонями в стену, жмурясь от чуть саднящего ощущения в глотке, но стойко держится, стараясь доставить как можно больше удовольствия.       Собственному возбуждению становится тесно в плотных джинсах, а потому, пока его особого участия не требуется, Аякс быстро достаёт свой член, обхватывая его и принимаясь дрочить себе в такт толчкам в горло. Происходящее внезапно горячо до безумия, а сознание уже подкидывает мысль о том, что вот так вот прекрасно долбиться могут не только в его рот.       Мысленно матерясь, что не подумал о том, чтобы заранее подготовить себя на всякий случай, ведь знал же, что пошёл искать себе отвлечение на ночь, Аякс приспускает джинсы с бельем, находит в кармане презерватив, наощупь натягивает его на два пальца, выдавливая туда же оставшуюся в упаковке смазку, и заводит руку за спину, проталкиваясь пальцами в свой зад и начиная ими двигать, растягивая дырочку. Сосед по кабинке всё с тем же упорством долбит его глотку, лишь иногда замирая и давая сделать вдох, и парню остаётся надеяться, что мужчина не скорострел, хотелось бы всё же кончить с этим членом в заднице. Ох чёрт, как же хочется его внутри…       Растягивает себя он неаккуратно и спешно, отставив немного зад. Благо, смазки достаточно, а навык спешно себя растягивать появился за бурное студенчество. Когда пальцы стали входить свободно, Аякс достал их, скидывая презерватив на пол рядом, а второй рукой сжал член мужчины снова, вынуждая замереть.       — Погоди, — бормочет парень хрипло, оторвавшись от члена. Нашарив в кармане ещё один презерватив, парень достаёт его из упаковки и берёт губами. Выёбываться, так по полной, правильно? Согласившись со своей же мыслью, Аякс принимается медленно ртом раскатывать резинку на всю длину члена, погордившись на удивлённый вздох из-за стены. «Да, да, такой я молодец, а теперь выеби меня, как следует!» — мысленно обращается парень, поднимаясь на ноги и разворачиваясь к стене задом.       Джинсы без поддержки пуговицы и молнии падают вниз, бельё Аякс спускает туда же самостоятельно, а сам прижимается задом к члену, но понимает, что немного не хватает высоты. Осмотревшись, он хмыкает, упирается руками в край раковины и привстаёт на носочки. Поймав нужное положение, одну руку парень заводит назад и направляет член, приставляя его головку прямо к растянутой дырочке, самую малость помогая протолкнуться внутрь.       А следом ему приходится быстро вернуть руку на раковину, потому что мужчина резко протолкнулся внутрь, видимо, ощутив, что вход хорошо растянут. Аякс несдержанным стоном реагирует на внезапную, такую тяжелую и приятную заполненность в себе, при этом сам подаётся задом назад, ещё ближе. Член начинает двигаться в нём, сначала немного неспешно, но, видимо, мужчина успел довольно сильно распалиться минетом, так что движения быстро набирают темп, выбивая из обоих новые и новые вздохи, стоны и бессвязные бормотания.       Аякс накрывает ладонью свой член и начинает быстро дрочить, стараясь попасть в тот же темп, но его положение не самое удобное, ноги начинают уставать держать парня на носочках, а рука, держащаяся за раковину, подрагивает под напором мужчины. Но, чёрт возьми, как же он ахуенно заполняет его, двигается…       — Г-господин… Чжун… Ли… — сдавленным шёпотом стонет Аякс, жмурясь и стараясь представить, что его сейчас так прекрасно долбит именно член преподавателя. Ох, знал бы сам Чжун Ли, каким жаром обдаёт студента, когда ему нужно обратиться к нему и он выдавливает из себя чуть дрожащее «Господин Чжун Ли», умирая от этого буквально каждый ёбаный раз. Безусловно, сам Аякс был бы согласен и просто на молящее «Господин» вперемешку со стонами и подмахиваниями задом навстречу.       Горячие картинки, появляющиеся перед внутренним взглядом, слишком быстро доводят парня до состояние крайнего возбуждения, и он стонет с придыханием, жмуря глаза от удовольствия и продолжая быстро водить рукой по своему члену, ощущая сзади напряжение и ускоряющиеся, немного теряющие ровный ритм толчки. О, так его партнёр тоже довольно близок…       Аякс совсем отпускает себя с этой мыслью, кусает губы, стонет, тяжело дышит, думая только о члене в своей заднице и о том, кому хотелось бы чтобы он принадлежал. Рука на собственном члене двигается совсем быстро, и парень понимает, что вот-вот кончит: по телу пробегается такая знакомая прохладная дрожь, оседающая в конечностях и взрывающаяся приятным покалыванием, которое собирается обратно по крупице в волну, грозящуюся затопить парня удовольствием.       Оргазм всё равно настигает немного неожиданно. Аякс всхлипывает, сдаваясь на стон и содрогаясь всем телом от напряжения, пока его член, пульсируя, изливался в собственную ладонь. Тело сжалось вокруг члена, от чего тот немного замедлил толчки, но не остановился совсем. Когда парень чуть выдохнул, расслабляясь, первый же грубый толчок выбил из него стон — тело слишком чувствительно сейчас. Однако парень продолжает держаться, подрагивает и стонет громче, чем до этого, вынуждая тормоза его партнёра сорваться совсем.       Толчки превращаются в нечто слишком быстрое и хаотичное, так что Аякс совсем уж еле как держится на ногах, но быстро сзади слышится сдавленный низкий стон, и член замирает глубоко внутри, пульсируя и горячо изливаясь в презерватив. Кончив, мужчина медленно достал член, и Аякс чуть не рухнул на пол, но всё же смог удержаться на ногах. Вымыл дрожащие руки, немного сполоснул горящее лицо, поправил на себе одежду и вышел из кабинки.       Сосед свою кабинку покидать не спешил, а ведь парню всё равно было интересно, кто его так замечательно отымел только что. Но мужчина так и оставался внутри, так что парень просто покинул туалет и устроился неподалёку у стены, потому что посмотреть хотел. А если мужик красивый, то, может, и познакомиться?       Аякс, облизывая пересохшие после тяжелого дыхания и стонов губы, привалился боком к стене, поглядывая на дверь. Через пару минут ожидания она приоткрылась, и…       Аякс давится воздухом, закашливаясь невольно и жутко краснея, тем самым, конечно же, привлекая внимание. Внимание мужчины в том числе. И парень не успевает отвернуться, они оба узнают друг друга.       Аякс в ужасе.       Аякс в восторге.       Аякс готов умереть прямо на месте.       Но умереть счастливым.       Это, блять, Чжун Ли. Идёт с чуть растерянным видом прямо к нему твёрдым шагом, пока сам парень пытается спрятаться от него, просто отвернувшись. Гениально, Аякс, мозги в туалете, видимо, оставил.       — Аякс? — на плечо парня ложится большая тяжёлая ладонь. Он шумно сглатывает и оборачивается, улыбаясь, как дурачок, и усердно делая удивлённое лицо.       — Г-г-господин Чжун Ли… А… Вот так встреча, — смеётся нервно, давая себе мысленную пощечину за идиотизм.       — Слушай, — мужчина чуть на взводе тяжело вздыхает. — Это ты там был, верно?       — Т-там? А, где?.. — «Аякс, премия за дебилизм твоя!».       — Пожалуйста, просто ответь на вопрос, — да, Чжун Ли заметно нервничает.       — Ну… — парень краснеет пуще прежнего и смущённо кивает, вдруг потеряв всю смелость перед лицом человека, в которого он долго и безответно влюблен. Ну и того, с кем совершенно случайно ахуенно трахнулся. — Да, получается…       — Так, — мужчина быстро что-то обдумывает. — У нас с тобой ничего не было, понятно? И меня здесь ты тоже не видел.       — Но почему? Всё же было… шикарно… — Аякс теряется и кусает губу, хотя мозгом понимает, в чём причина, но… он впервые оказался настолько близко к желаемому. Буквально непозволительно близко.       — Я всё ещё твой преподаватель. И я намного старше тебя, — мужчина говорит будто с лёгким сожалением? Или Аяксу уже чудится на радостях?       — Но… Может… — пытается неуверенно начать парень.       — Нет, забудь, пожалуйста. И никому об этом не говори, - Чжун Ли убирает руку с плеча, но Аякс цепляется за неё не отпуская.       — Один вечер. Просто выпьем и… — неуверенно мнётся. — Пожалуйста?       Чжун Ли вздыхает тяжело, отводя взгляд буквально на мгновение. Одно единственное, за которое парень и цепляется. Потому что видит сомнение, видит, что у мужчины всё ещё немного алеют скулы и блестят глаза. И он, уже заранее ощущая согласие, улыбается и сжимает руку крепче.