Моё подобие

      Кора проснулся.       Рядом не оказалось Тихона, но и он лежал на какой-то неудобной кровати, вскочив на ноги, парень осмотрелся.       Больничная палата, неужели ему стало плохо пока он спал и Инту сам вызвал скорую? Это была потеря сознания?       В палату зашёл доктор и слегка попятился к двери. — Охрана! Он выбрался! — Мужчина в халате стоял в дверном проёме, пока ошарашенный этим Артём стоял в ступоре. — Откуда я выбрался? — Охрана бежать не торопилась, но парень тем не менее не хотел как-то пугать доктора, так что спокойно стоял. — Не притворяйся, Акилльз. — Меня! Зовут! Артём! — Руки невольно сжались в кулаки, зрачки сузились, лицо исказилось в оскале. — Хватит этого цирка! Где мой брат?! — Какой брат? — Врач поднял планшету выше и начал что-то записывать. — Инту! Тихон! Называй как хочешь! Где он?! — Кора поднялся на носочки, кажется готовясь вот-вот наброситься на доктора. — Акилльз, у тебя не брата, только сестра. После гибели ваших родителей у тебя начались психозы, поэтому она привела тебя сюда. Всё, что ты видел - это сон. — Наступила гробовая тишина, мужчина поднял взгляд на Артёма, тот молча стоял, смотря куда-то сквозь человека. — Охрана, быстрее, пока он спокоен!       Прошло лишь мгновение и врач упал замертво, со спины у него торчал шприц с чем-то непонятным внутри. Сразу за ним стояла Иви, с сильной отдышкой. — Аки, нам нужно срочно бежать! Эти люди не врачи! — Кора совсем запутался в происходящем, вопросов было много, но ответа, пока что, ни одного.       Парень подбежал и грубо схватив сестру за руку, убежал из здания.       Весь город казался чужим и незнакомым, будто Артём ни разу тут не был.       Людей не было вообще, даже машин. Тюша поднял сестру за запястье вверх, норовя его сломать в своей руке. — Где Инту, дрянь? — Кора больше не сдерживался, голос стал слегка ниже и гораздо злее обычного, что казалось любое неверное движение или слово теперь стоит жизни. — Я не понимаю, о ком ты говоришь... — Не обманывай! Мальчик, которого усыновили наши родители, когда я ушёл из дома! — Аки... — Я Артём! Не смей называть меня этим ужасным именем! — Оно ведь тебе подходит... Ты всем и всегда причиняешь боль...       По телу парня прошёл неприятный ток, появилось странное навязчивой желание и на лице растянулась жестокая широкая улыбка. — Правда? Хорошо. — Кора взял руку сестры и за запястье и за локоть, резким движением сломав её в противоположную сторону от сгиба.       Девушка истошно завизжала, за что получила сильный удар по лицу, сломанной оказалась и челюсть, изо рта Иви потекла кровь и выпало несколько зубов. — Знаешь, как сильно я ненавижу тебя? — Старший взял сестру за волосы и швырнул на землю.       Несколько сильных пинков под рёбра и вот она уже захлёбывается в собственной крови. Ещё несколько ударов, уже кулаками, но неожиданно послышался плачь и скулёж. — Тюша... За что?.. — Спросил до боли знакомый детский голос, уже хрипевший то ли от боли, то ли от страха.       Секунда и мир меняется, Кора на своём участке, а вместо сестры на земле лежит Инту и пытается слегка отползти от слетевшего с катушек брата. — Инту?.. — В горле мгновенно пересохло, подступил ком.       Это не сон или потеря сознания, это галлюцинация.       Тихон был менее избит, нежели сестра в видении, но рука была сломана, а чуть ниже виска уже выступил массивный синяк.       Старшего окатило горячей водой, он судорожно начал звонить в скорую и в панике объяснять причину вызова, что парень лежит на земле и у него открытый перелом, мало этого возможно трещины в рёбрах.       Пока старший всё это говорил, Тихон потерял сознание от кровопотери.       Минуты, скорая, больница.       Переливание крови не понадобилось, но парень был в тяжёлом состоянии.       Сотрясение мозга, открытый и закрытые переломы в запястье и локте, сломанное ребро и вывих в колене.       Придя в сознание младший ничего не сказал, про то, что это сделал старший, сказал, что упал с окна второго этажа.       Артёму же разрешили навестить брата и тот пулей залетел к нему в палату и сел рядом с кроватью на колено. — Тиша, как ты? Тебе лучше? — Лёд в глазах старшего сильно тронулся и, кажется, таял по секундам. — Со мной всё хорошо... Меня больше волнует твоё состояние... — Чёрт со мной, опять привиделось что-то, лишь бы с тобой всё в порядке было... Прости меня, пожалуйста... Я идиот, я забыл выпить утром таблетки... — Кора бережно взял целую ладонь брата и аккуратно сжал двумя руками. — Я не смог уберечь тебя... — Это не страшно, ты же не убил меня, я восстановлюсь довольно быстро, так сказал доктор. — Тихон натянул улыбку, лишь бы брат не волновался. — Это не первые мои переломы.       Старший не хотел оправдывать себя, укоры и чувство вины съедали его изнутри, ведь в его руках сейчас жизнь маленького человека, которого он клялся уберечь и никогда не бросить, которого своими же руками едва не убил. — Ты хочешь чего-нибудь? Я принесу что захочешь. — Всё что захочу? — Да, хоть Пизанскую башню. — Руки продолжали слегка сжимать и гладить ладошку младшего брата, совесть продолжала создавать очень неприятное ощущение внутри. — Ты можешь принести того мишку, которого подарил мне недавно?.. Просто мне с ним будет спокойнее, если тебе запретят навещать меня... — Я уеду за ним ночью, и принесу, когда ты будешь спать.       Инту продолжал улыбаться. — "Он очень напугал меня и сделал очень больно... Но я всё равно чувствую что он любит меня, ему, кажется, самому плохо и страшно от самого себя..." — Маленькая ладошка слегка потянулась к макушке брата и погладила его, чтобы тот не так сильно грустил. — Я буду очень ждать когда меня выпишут, чтобы снова проводить время с тобой. — А не боишься?.. — Тебя мне незачем бояться, ты же мой брат, просто немного особенный и из-за этого немного не ладишь с головой, но это не страшно, я уверен мы справимся с этим. — Старший на секунду почувствовал себя даже слабее младшего, ведь оказавшись он в такой ситуации, лежал бы и ненавидел всех и всё вокруг, а малец продолжает улыбаться и ещё умудряется поддерживать обидчика.       Кора ушёл только под вечер, когда его выгнали из палаты врачи, и ночью как обещал, привёз того самого мишку, бурого цвета с банданой на голове.       На следующий день посещение уже запретили и сказали ждать полторы недели, до того, как Тихона предположительно выпишут.       А пока у старшего было время, он начал переделывать в доме всё, что могло бы напоминать ему о прошлом.