Моё подобие

      На утро Кору разбудили слабые толчки в плечо и резкие редкие шмыги.       Спросонья старший подскочил и огляделся, будто не особо понимая, что вообще случилось и зачем его разбудили. Мутный разум не сразу обратил внимание, что Тиша с трудом дышит через рот, а бледноватая кожа приобрела красный оттенок. — Тиша?.. Ты чего, малой? — Сон резко отступил, кажется, младший заболел. — Горло болит... И нос не дышит... — Продолжая шмыгать ответил Инту.       Тело парнишки дрожало, хотя тот завернулся почти с головой в одеяло, видимо морозило от температуры.       Кора мигом подскочил с кровати и убежал на первый этаж за аптечкой. Сам старший болел редко, но за медикаментами всегда следил, чтобы было всё и не просроченное, мало ли.       Едва не перепрыгивая по четыре ступеньки, парень вернулся в комнату и сразу метнулся к братишке. Младший явно был не в восторге от того, что заболел, но и таблетки пить не хотел, это было видно по лицу. Кора смерил ему температуру, и градусник выдал 38.7, в ход сразу пошли парацетамол и компрессы на голову и запястья. Младший сопротивлялся и очень хотел вернуться в одеяло, надеясь согреться, но старший упорно не давал этого сделать, попутно держа братишку за голову, закапывая капли в нос. Тиша быстро выдохся, во всех мышцах была ноющая слабость и сопротивляться и так более сильному Коре было уже невозможно. Инту лежал обиженный, хотя и понимал, что это только для его блага.       Старший сказал брату, чтобы тот пока что лежал и экономил силы. Сам же Кора пошёл готовить куриный бульон и жидкое пюре, потому что как бы сильно не болело горло Тиши, кушать ему надо было обязательно, а чтобы лишний раз не напрягаться, лучше что-то не твёрдое.       Младший смотрел в потолок, борясь с желанием укутаться в тройной слой одеял и пледов, Кора запретил, сказал что будет хуже из-за этого.       От мысли о еде начало тошнить, а аромат с первого этажа вызывал рвотные позывы, но вместе с этим желудок урчал, окончательно путая и без того уставший разум.       Ранее, единственное чем парнишку лечили, это вода и фрукты. Да, это не помогало, но через пару месяцев, когда организм уже сам справлялся с инфекцией, Тиша начинал чувствовать себя лучше. В таком состоянии мальчик ходил в школу и на секции, с которых его пытались отправить домой, но приёмные родители настаивали, чтобы тот ходил на занятия.       Прошло какое-то время, Кора зашёл в комнату с подносом и градусником. Температура сбилась до 37.8, что уже вполне было хорошо.       Тёплый бульон, который старший с ложечки вливал в рот братишки, казался почти безвкусным, но в целом риятным. Горло не так сильно болело, пока Тиша кушал, но аппетита всё равно не было.       После своеобразного завтрака, Кора помыл посуду и сидел рядом с младшим, слегка поглаживая его на редкость тёплой рукой. Тиша невольно слабо улыбался и понемногу засыпал. В комнате царил такой родной аромат чего-то прошедшего, будто был знаком, но вспомнить где и когда парень его чувствовал, не получалось.       Младший взял брата за два пальца и прижал его ладонь к себе, на что старший лишь слегка усмехнулся, полностью расслабив руку.       Сидеть неподвижно труда никогда не составляло, старший часто пропадал из реальности и в таком положении проводил достаточно много. Но о чём думать сейчас?       Размышлять о смысле жизни было уже скучно, а перебирать прошло старший никогда не любил.       Но пока он думал, о чём можно рассуждать, уже задумался и полностью выпал, слегка гладя спящего Тишу пальцами по ладошке.