Это лишь представление для вас!

* * * 1985год. * * * – Эй, Шарлотта, почему ты грустишь? – Отстань, Лисса!– девочка оттолкнула сестру.– и не называй меня так, так может ко мне обращаться только папа. Умная не по годам девчушка, ей всего лишь четыре, но она уже пытается казаться взрослой, на это есть причина, столько всего успело натерпеться это милое дитя. – Да что с тобой не так?– искренне не понимала девочка-тинейджер (подросток), маячившая неподалёку от младшей,– Если хочешь, мы можем поиграть в любую игру, которую ты захочешь! – Я не хочу играть...– Чарли устало положила голову между своих коленок, обхваченных руками.– Ты ведь знаешь, что случилось с Кесс? (Эта вселенная подстраивается и под книги и под игры, по этому всë так сложно.) Девушка промолчала, отведя взгляд. Еë светло-каштановые пряди волос перебирал ветер (на тот момент у Лиссы был ещё еë натуральный цвет волос.) – Ты дружила с ней потому, что она была чуть старше других ребят, ты должна была быть с ней тогда рядом. – Да, должна, за что я очень себя виню...– тихо говорила Лисс, в конце она добавила совсем тихо,– я не уберегла ещё одну жизнь... Слышался шум и звон молотка из гаража, Генри явно создавал своë новое творение. Может, это был аниматроник в виде необычного животного, или очередная странная игрушка для маленькой Шарлотты? А может, он наконец взялся за ту штуку с серебрянными глазами, вечно дëргающаяся, будто вот-вот она выберется из своего угла и разорвëт на части маленькую девочку, подошедшую к ней, а потом запихнëт еë части и прошелестит:„Теперь мы единое целое!”, послышится злобный металический смех. Боже, как же старшая Эмили не хотела, чтобы эта маленькая, наивная девчушка становилась своей четвëртой версией, девушка знала что... – Лисс, а ты не думаешь о том, что наш папа ведëт себя немного странно?– этот вопрос вывел старшую из своих мыслей, и слава богу, они явно могли привести к не очень хорошему заключению. – Всмысле? Всё же более-менее нормально.– голубоглазая смахнула невидимые капли пота со лба, она думала, что они там есть. – Ты чаще находишься рядом с ним, ты всë знаешь! Не прикидывайся дурой! „Крайне упëртый ребëнок!”- подумала Лисса, смотря куда-то в глубь леса. Да, она правда врëт, слова „всë в порядке”, „с чего ты это взяла?” будут звучать крайне не правдоподобно, еë голос даже сейчас предательски дрожал, словно девушка вот-вот истерически хохотнëт. Она и сама сходит с ума, как и Генри, она это прекрасно понимает, осознаëт, от этого становится жутко. Старшая знала, что Чарли уже не человек, но она ведёт себя как человек, чувствует то же самое, что и обычные люди так, что ей мешает и вправду стать человеком? Но она уже не будет той, прежней девочкой, которая погибла тогда под дождём... Вернее, еë убили, и все взрослые об этом знают и полиция знает, но они не верят, а кто поверит маленькой, потрясëнной девятилетней девочке, не способной сказать ни слова, ничего, которая лишь захлëбывается в собственных слезах. Она видела изувеченное тело своей младшей сестры, единственного человека, который был ей так дорог, больше отца, больше обеих матерей, больше всего на свете. Она знала в лицо человека, сделавшего столь ужасный поступок, хотела, чтобы он страдал, хотела растянуть его мучения, как можно дольше. Она просто хотела мстить, чтобы этот ублюдок страдал эмоционально и морально, хотела отнять у него самое дорогое, как он поступил с ней и еë отцом когда-то. Та рыжая девочка – Элизабет, часто крутится вокруг него, это его дочь. Лисс знала это. А что если сделать то, что она давно хотела, отнять самое дорогое? Девушка невольно, слегка безумно ухмыльнулась от своих мыслей. – Сестрëнка, пожалуйста расскажи, что происходит!? – Шарлотта всхлипывала, обнимая и крепко хватая за одежду свою сестру.–Ты меня пугаешь! Нет! Она не опустится до уровня этого монстра нет, совсем нет! „По моей вине не умрëт больше ни одна невинная жизнь! Я поклялась в тот вечер!” – О боже, пожалуйста, прости, Чарли,– голубоглазая прижала к себе девочку,– я не хотела тебя напугать, солнце, только не плачь, мне становится так больно от твоих слëз! Старшая отстранилась от девочки с хвостиками. – У тебя такая прекрасная ангельская улыбка, а ты всё время плачешь... Давай ты будешь улыбаться чаще, хорошо?– девушка держала младшую за шëки, а потом отпустила. – Угу.– кареглазая вытирала слëзы кулачками. – Эй, полегче!– усмехнулась Лисса, она осторожно вытерла щëчки девчушки большими пальцами.– Будь помягче к себе, не причиняй своей нежной коже вред. – Хорошо... За долгое время старшая Эмили стала для младшей словно мать, которая ушла после смерти настоящей Шарлотты. – Лисс, а ты будешь со мной и не уйдëшь, как это сделала она? – Не уйду, солнышко, не уйду.– девушка обнимала Чарли, та сидела у старшей на коленях,– Я всегда буду рядом, пусть ты меня не будешь видеть, но я буду оберегать тебя от всего, что причинит тебе вред. „Ты же помнишь,что сделала с той рыжей? Ты не сдержала свою клятву, Лисса, не сдержала...”