Больше, чем ученый.

Шури — ученый. У нее аналитический ум и вера в науку. Шури знает, что Долина предков существует. Богини Бастет и Сехмет даруют силы Черной Пантере, защищающей Ваканду. Она знает все это разумом, но не верит сердцем. Потому что Т’Чалла умирает от неизвестной болезни, а Шури не может найти лекарство. Н’Джадака уничтожил траву-сердце, а ее последний цветок потрачен на то, чтобы вернуть Т’Чалле силу Пантеры. Внезапно в лаборатории становится тихо; мать выходит из лазарета, и по ее глазам Шури понимает, что брата больше нет. *** Целый год она пытается разобраться в себе. Ищет способ синтезировать растение, изучает ДНК брата, почти не выходит из лаборатории. А потом оказывается в Талокане. Нэмор показывает ей чудеса подводного мира. Искусственное вибраниумное солнце. И тогда, пусть всего на мгновение, Шури верит, что все возможно. Когда талоканцы нападают на Ваканду, Шури уверена, что они сами привели беду в свой дом. Если бы Накийя позволила ей помочь раненной подводнице, этого можно было избежать. Но Шури не винит её: девушка лишь исполняла приказ своей королевы. Королевы, которой больше нет. Нэмор утопил ее, и Шури в ответ готова утопить в огне весь мир, чтобы отомстить за смерть матери. *** Талоканский браслет, подарок Нэмора, постоянно перед глазами. Цветок, выросший в почве, богатой вибраниумом. Так похожий на траву-сердце. Шури разбирает его волокна на молекулы. Она снова запирается в лаборатории. Город эвакуирован. И с ней — только Рири и несколько отступниц, бывших Дора Милаж. Когда ИИ наконец удается синтезировать бутон, Шури радуется. А потом понимает, что никто из стражниц не сможет стать Пантерой. Эта сила — только для нее. Шури ложится на стол. Накийя проводит ритуал. Бусины кимойе приятной тяжестью ощущаются у сердца. А потом она оказывается в затопленном тронном зале. Шури ждет, что ее встретит Т’Чалла. Может быть, мама или отец. Кого она совершенно не ожидает увидеть, обходя трон по кругу, так это кузена Эрика. Н’Джадаку. Человека, который в своей ярости едва не погубил все, что дорого Шури. Он говорит, и его слова падают зернами на хорошо удобренную почву гнева, отчаяния и чувства вины. У Шури нет сил на великодушие и всепрощение. Прямо сейчас у нее в душе полыхает пламя злости, и Н’Джадака это знает. Что ты выберешь, принцесса, благородство, которое еще надо найти среди бушующего огня, или обычную, совсем не королевскую, жажду мщения? Шури приходит в себя. Выплескивает гнев и ярость, сносит с места манекен одним ударом. Она сделала выбор, и предки его поддержали. Т’Чалла бы не одобрил, но ее ведет не воля брата. Шури создает новый костюм. В нем больше серебра и есть золото, как на броне Н’Джадаки. Потому что сейчас она не защитница. Она — мститель. *** Шури побеждает Нэмора. Пусть талоканцы считают его богом и поклоняются, на стороне Шури — ярость Сехмет. Она чувствует ее на кончиках когтей. Шури упивается ей, но в последний момент, стоя над раненым врагом, снова делает выбор. Черная Пантера — не убийца. Они заключают перемирие с Талоканом. Шури обещает защитить Нэмора и его народ. Предки гордятся ей. Богини не потребовали вернуть силу. Значит, Шури поступила правильно. И вот она стоит на вершине скалы. Солнце восходит напротив, красит алым и золотым холмы. Ветер шевелит собранные в хвост волосы. Трава шелестит, рассказывает что-то. Шуршит песок под лапками ящерицы. Шепчутся деревья. Шури слышит в них голоса брата и матери. А еще голос родной земли. «Ваканда навеки». Шури улыбается. Надевает шлем и спускается в долину. Она все еще ученый. И гораздо больше, чем это. Она — защитница своего народа. Она — Черная Пантера. Спи спокойно, король Т’Чалла. Ваканда в надежных руках.