Сияющие

Сарданапал молча разглядывал пакет, сияющий магическими скользящими характерными печатями официального вида. Завязан пакет был красивыми висельными ленточками, к которым уже тянулись его усы и борода, пытаясь поиграть с ними. Но это было небезопасно, и одна зеленая искра, выпущенная из перстня, пресекла эти попытки, и борода резко обвисла. За окном плавно удалялись к защитному куполу двое купидонов очень важного вида — в кожаных штанишках, с лампасами и необъятной кожаной сумкой на двоих, где и был ранее принесенный пакет. Министерские. От власть имущих… *** Старик-маг напряженно думал, сведя кончики пальцев вместе. Сейчас он был словно на перепутье — линии вероятности в его видении будто бы раздваивались и говорили ему, шептали о выборе, что зависел не только от него, но и от одной очень характерной рыжеволосой девушки, которая в последнее время хоть (наконец-то — к дикому восторгу учителей!) перестала влипать в различные неприятности. И взялась за ум, стала больше уделять времени на учебу, отдавая себя лишь в драконболе. Отметки ее поползли вверх, суля в дальнейшем отличную сдачу и выпускных экзаменов. Татьяна стала взрослее, разумнее… Но, судя по всему, она с Ванькой Валялкиным совсем разошлась. Они перестали быть «хорошей парой»… Не надо было им, все-таки, влезать тогда… Но Гроттер мало того, его не простила, но и демонстративно перестала обращать внимание на Ягге (которая скрыла от нее «факт глотка жизненной силы Бедной Лизон»). Она сказала лишь одно, тогда — если кто-то предаст ее раз, значит сможет и еще раз это сделать, а потом еще и еще… И Валялкин перестал быть ее парнем, перестал быть другом, а стал лишь обычным однокурсником. Сама она дружила лишь с Баб Ягуном, Катей Лотковой и, неожиданно, чаще стала разговаривать с Гробыней Склеповой. Валялкин пытался… стать ей снова другом, но бесполезно. Гроттер игнорировала все его потуги, и лишь холодно и спокойно отвечала ему на тот или иной порыв. И далее не слушала… Зато полностью оправившаяся от проклятия, радостная от осознания того, что Валялкин больше не сможет встречаться с Таней Гроттер, Зализина повисла на нем подобно гирлянде на новогодней елке. Поневоле, но Ванька стал ее… А потом с Иваном разругался и сам Ягун, которого Зализина бесила не хуже чем саму Гроттер. Слово за слово — и друзья разошлись. *** Объявление на стенде около лестницы читали оба потока школьников со светлого и темного отделений. Гроттер попросила прочитать объявление Баб Ягуна вслух — она стояла далеко, а перед объявлением уже выстроилась толпа, и ей было не видно: «Уважаемые студенты от четвертого курса и выше! Спорткомитет Магщества выделил билеты на финал Чемпионата Мира по Квиддичу, который будет проводиться в Англии. Приглашение от английского Департамента магических игр и спорта так же получено. Прибытие на место будет осуществлено при помощи портала, накануне события. Список приглашенных находится у деканов Черного и Белого отделений, так же они будут сопровождать Вас. Пожалуйста, возьмите с собой все необходимое из вещей для пребывания на природе в течение суток. Провизию брать не нужно — она будет предоставлена Вам на месте. Языковые амулеты так же будут находиться у деканов. Академик Сарданапал Черноморов.» — тут Ягун перевел дыхание. — Здорово, — проговорила Таня, — посетить другую страну. А кто, интересно, поедет? — Мы с тобой и Лотковой точно. — Сказал парень уверенно. — Насчет Валялкина с Зализиной я не уверен… Гроттер посмотрела на него равнодушно — как смотрят, порой, на сильно надоевшую телепередачу, которую повторили раз десять минимум. Теперь они — и Иван, и Лиза были для нее пустым звуком. *** Список допущеных к поездке вывесили через сутки. Татьяна почти сразу нашла и свою фамилию, и фамилию друга. Так же увидела в списке Катю Лоткову, Шурасика, Гробыню… Что же, она пошла собирать вещи — отбытие на место будет через день.