***
Я стоял босыми ногами на холодном и неприятном колючем снегу. Мне в принципе зима никогда не нравилась, а после того, как пожарный так равнодушно оставил меня в еë злых лапах, и подавно. Отросшие волосы, что до этого прилипали к шее и повязке из бинтов на лбу, теперь уже висели как сосульки, постепенно замерзая. Теперь это была не вечно небрежная причëска, а самые настоящие лохмы. Я мог бы вечно так стоять и смотреть на горящий "дом", не обращая никакого внимания на пробирающий всего меня озноб. Мне помешали. –Осаму! –окликнул знакомый голос, от которого хотелось блевать и бежать как можно дальше. Ко мне направлялся директор всей этой богадельни - Мори Огай, собственной персоной. От вида этого мужчины мне становилось хуже, чем от леденящей душу зимы (а ведь зима была самой ненавистной вещью, которая только может быть в этом мире). Не дожидаясь, пока это животное в обличье человека дойдëт до меня, я побежал прочь. Мне было некуда идти, и я совершенно не знал города, но я бежал. Отчаянно, задыхаясь от обжигающего холодом воздуха и игнорируя всë на свете. Останавливаться было нельзя. Это был мой единственный шанс на побег. Фонари тускло горели, почти не освещая дорогу в тëмной ночи. Беззвëздной, непроглядной ночи.***
Я бежал, сам не ведая куда. Ноги несли меня в неизвестном направлении, как можно дальше от той жизни, которую жизнью-то назвать тяжело, разве что выживанием. И я мог ещë долго так бежать в никуда, но что-то преградило мне дорогу. Я врезался, оно было мягким и тëплым, приятно пахнущем и такое успокаивающим.. Лишь спустя пару секунд я понял, что этим "чем-то" являлась красивая девушка, смотревшая с беспокойством на бледного и промëрзшего до костей меня. –Кто ты, малыш? Почему ты здесь? Где твои родители? –произнëс приятный слуху голос. Это было последнее, что я запомнил, прежде чем предаться спасительному забытью.