Одиночество вдвоём

Ревность—дело серьёзное. Особенно, когда она проявляется не в лучшем ключе. Но люди, которые понимают чувства партнёра, стараются не сильно показывать ревность, чтобы не навредить любимому и отношениям. Для ревности нужны обоснования, но на пустом месте—это личные загоны.

***

Юнги естественно переживал с тех пор, когда его парень помирился с бывшим, но видел, что кроме дружбы у них ничего больше не будет. Он доверял Хосоку и верил, что тот очень любит его, поэтому более-менее был спокоен. Но время от времени присматривал за двумя и их взаимоотношениями, расспрашивая Чона после каждой его встречи с Тэхёном, как они проводили время. Хосок до мельчайших деталей рассказывал спокойным тоном, ничего не скрывая, поэтому душа Мина вновь становилась спокойной. Хосок естественно видел и понимал ревность младшего и, если честно, Хо любил наблюдать за ней, иногда специально выводя. Конечно, далеко это не заходило, меру он знал, поэтому сразу же успокаивал Юнги ласковыми словами о любви и нежными поцелуями, чуть хихикая. Почему старшему очень нравилось наблюдать за этой эмоцию парня? Потому что Юнги уж очень милый был в этот момент. Парни не заметили, как уже почти месяц их отношений пролетел, и вот-вот будет мини годовщина. Оба ломали головы, что же подарить и как отметить, ведь они были уверены, что эти отношения затянутся на долго в крепкой любви. Так же озадачивало парней, как же оставить их придуманные подарки в тайне друг от друга, но с этим не такие большие проблемы будут. Юнги решил сделать предложение любимому. Он думал, что это лучший способ, чтобы доказать свои серьёзные намерения и показать, что Хосок только его, есть и будет долгое время. Не знал, как лучше преподнести такой подарок. В его голове вспыхнула идея, но для этого нужно было устроиться срочно на вторую работу. Денег потратить нужно было не мало, но для его Солнца ничего не жалко. Хосок всегда мечтал о полной семьи. С ребёнком. Правда, так как он по парням, это было сложно очень. Он не жалел о своём выборе быть с человеком его пола, но куда деть любовь к детям? Как говориться: «безвыходных ситуаций нет». Поэтому Чон сразу принял решение усыновить ребёнка. Конечно нужно было поинтересоваться у младшего, как тот относиться к детям и любит ли их.. Хо не знал, как же спросить. Напрямую он очень боялся, вдруг младший что-то заподозрит неладное. Но попытка не пытка. Как всегда вечером парни сидели на диване в обнимку, смотря какой-то фильм. Правда, у обоих в голове был не фильм, а свои идеи и мысли, терзавшие их. —Юни…а как ты относишься к детям?—шепотом спросил Чон осторожно, отводя взгляд от телевизора. Юнги такой вопрос заставил задуматься, зачем же Хосоку эта информация…ну, и как же ответить. —Детей я люблю, и они ко мне тянуться. Была бы возможность, тогда возможно завёл себе их. Одного или двух.. мальчика, а потом девочку. А что такое, малыш?—честно ответил Мин, поворачивая голову к смущенному от прозвища старшему. —Просто интересно,—как ни в чем не бывало пожал плечами Хосок с розовыми щеками. Юнги повторил действие за парнем, решив не заострять внимание на вопросе. Но раз начали разговор на серьёзные темы, то ему пора сообщить о дополнительной работе. —Хоби…я тут устроился на ночную работу к Чонгуку..я недолго поработаю, там после завершения смены сразу выплачивают деньги,—поглаживал по голове старшего, целуя в щеку,—и не всю ночь, 6 часов только. Чон готов был расплакаться от такой новости. Какая ночная работа? Зачем? Почему именно в это время суток? Можно же было день через день… да и Юнги сильно уставать будет при таком раскладе… —Юни, зачем тебе это? Почему именно она? А отдыхать, когда ты будешь?—старший взял парня за руку, крепко сжимая. —Нужно. Не знаю почему ночью, он не объяснил, но ты не переживай,—Мин притянул руку любимого к себе, целуя в тыльную сторону ладони. Юноши ещё немного посидели за якобы просмотром фильма и пошли укладываться спать. У обоих бардак в голове, а у Хосока ещё и навязывающие мысли. Он не думал, что парень его обманывает, но беспокойство терзало Чона. Хосоку хотелось больше времени проводить с младшим, но тут эта работа. У них нет проблем с деньгами, зачем же Юнги лишний раз надрываться?

***

Уже через пару дней стукнет целый месяц отношений, поэтому в один из дней Чон поехал в детский дом. Да, он принял решение усыновить маленького мальчика и уйти на заочное обучение. С работой они потом дела уладят. Нужно сначала подать заявление на усыновление, чтобы одобрили. Поэтому уже в обед Хосок приехал в нужное место и пошёл к директору детского дома договариваться, чтобы ребёнка отдали в однополую семью. Он очень переживал, вдруг не одобрят. И что тогда делать. Так же его мучала реакция Мина. Да, Юнги сказал, что он любит детей и даже завёл бы, но вдруг младший посчитает это спешкой и откажется воспитывать. —Скажите, вы уверены, что сможете воспитать маленького ребёнка вместе с вашим…эм..парнем?—интересовался директор, изучая заявку Хосока. —Да. Он очень любит детей, я тоже. Малыш будет расти в любви и заботе,—уверял Хосок, нервно теребя край кофты. —Хорошо, пойдёмте, вы посмотрите малышей. Мужчины встали со своих мест и направились в комнату с детьми. В ней находились малыши с одного года и до трёх. Также были воспитательницы, которые присматривали за детьми. Сразу, когда Чон зашёл в комнату, на него уставились два заинтересованных глаза. В них было столько надежды, любви и невинности, что Хосок готов был на месте заплакать от такого вида. Парень ближе подошел к двухлетнему малышу, присаживаясь перед ним на корточки, и протянул свою большую ладонь с изящными длинными пальцами. Мальчик сначала взглянул на ладонь мужчины, думая, и через пару секунд положил свою маленькую ручку в чужую большую Хосока. —Привет, малыш. Я Хосок, скоро я заберу тебя к себе домой, где ещё хороший живёт дядя Юнги, —с очаровательной улыбкой представился Чон, наблюдая как малыш изучает его взглядом. В этот момент подошел директор тоже с легкой улыбкой на лице. —Это Сокхи. Ему два года, пока что не особо активно разговаривает, но некоторые слова понять можно. Хосок ещё немного посидел с малышом. Игрался с ним и разговаривал. Сокхи полностью забрал его сердце, на других детей он даже не смотрел, ему нужен был только Сокхи. Чон был уверен, что Юнги тоже отдаст сердце этому малышу. После посиделок мужчины пошли обратно в кабинет за оформлением документов. —Значит вы заберёте в конце недели Сокхи?—ставил печать на бумагах директор, подписывая после, и протянул документ Хосоку на подписку. —Да, вдвоём приедем,—Чон расписался в соглашении и легко улыбнулся,—спасибо большое Вам.

***

Юнги был озадачен покупкой колец. Уже 20 минут выбирает между двумя вариантами, поэтому он звонит брату, чтобы тот пришел и помог с выбором. Юнги ещё пару раз просмотрел все кольца в ассортименте в ожидании брата —Мингю . Долго ждать не пришлось. Мингю без лишних вопросов принялся рассматривать обручальные кольца. И тут его взгляд остановился на одном. —Слышь, Юн, вот это бери,—указывает на золотое кольцо с камушком, которое идеально подошло бы. Юнги, взглянув на него, понял, что это, то что нужно. Аккуратное колечко будто бы создано для пальца Хосока, оно было настолько утончённое, что Мин уже представлял как аккуратно будет смотреться на руке любимого, подчёркивать все его образы. Естественно, Юнги купил кольца и к ним бархатную красную коробочку. Теперь оставалось дело за малым, купить уже выбранный заранее ещё один подарок, не менее важный, чем кольца.

***

Вот уже и наступил знаменательный день. Уже целый месяц парни встречаются и ещё больше испытывают к друг другу тёплые чувства. Этот день юноши решили посвятить друг другу и только. Поэтому Хосок встал пораньше и пошёл на кухню, готовить завтрак для любимого. Решил сделать панкейки со свежей клубникой и любимый чай младшего с молоком, как он любит. На вкусный запах проснулся и Юнги, медленно плетясь на кухню к старшему. —Доброе утро, Солнце,—Мин обнимает старшего со спины, чмокая нежно в шею,—с нашим праздником тебя. Хосоку с каждым днём закрадывается мысль, что Юн действительно догадывается о фетише старшего—объятия со спины. Хоть Хо и никогда не говорил о том, как и что он любит, ему кажется, что Мин видит его насквозь, потому что ну невозможно каждый раз попадать в самое яблочко. —Доброе утро, коть. И тебя тоже с нашим праздником, садись за стол,—с тёплой улыбкой говорит старший, пока достаёт тарелки и выкладывает панкейки на них, вместе со свежей клубникой. Беседуя и что-то лепеча, парни вместе позавтракали, а после сходили в душ, конечно, занимаясь там не только мытьем самих себя, но это пока не главное. Каждый из них уже с нетерпением ждал время, когда можно вручить друг другу подарки. Юноши договорились с друг другом, что первый свой подарок вручит Юнги, да и Хосок посчитал, что самое вкусное лучше оставить на потом, а именно заявление об усыновлении. Чон очень переживал и сгорал от любопытства, что же приготовил ему младший, поэтому после обеда парни быстро оделись красиво и пошли в нужное место, где стоял подарок Юнги. Мин их вёл на поляну недалеко от озера и переодически щупал бархатную коробочку в кармане брюк, переживая, что та потеряется. Перед Хосок открылась замечательная картина: полянка, на которой расположен пикник и бмв чёрного цвета. Челюсть Хосока отвисла до земли, он не ожидал такого масштаба, но когда повернулся обратно к парню, Мин стоял на одном колене с бархатной открытой коробочкой в руках, где красовалось золотое обручальное кольцо, блестя из-за солнечного света. —Дорогой Хосок, я очень сильно тебя люблю и хочу, чтобы мы были настоящей парой. Ты будешь моим мужем? Нет, не так. Ты будешь моим мужем,—с уверенностью утверждает младший, а у самого сердце готово выпрыгнуть из груди от волнения. —Конечно буду, котик!—расплакался Хосок, вешаясь на шею любимому и расцеловывая всё его лицо,—спасибо тебе большое, любимый, я так счастлив!—обвивает руками шею, затягивая в нежный, но требовательный поцелуй. После того как старший отстранился, он отшагнул от Юнги на шаг, копошась,—у меня для тебя кое-что есть,—и вот из кармана Чон достаёт документ об усыновлении Сокхи, где родители Чон Хосок и Мин Юнги.

***

Счастье для каждого своё. Кто-то хочет больше денег и власти, кто-то свободы, а кто-то искренней любви и семью. Каждый жизнь строит так, как он видит, думает . Никто не в праве кого-то осуждать за выбор его счастья и жизни.