Гонимая бестия.

С содроганием, Марико поняла: сейчас её будет ждать что-то похлеще пощечины. Липкая рука учителя, обхватившая её тонкую ручку тоже не приносила какого-то комфорта. Они шли уже минуты три, и девочка, наконец вышедшая из навязчивых и тревожных мыслей, начала рассматривать окружающее её пространство. Они определенно находились в главном доме, где жил глава их клана Дабуцу - Дабуцу Хадзиме, по совместительству её отец и союзник Учих. Но Марико ни разу не была тут - в каком-то подземелье. Топ-топ-топ. Гулкие шаги нервного Мурикато-сенсея и торопливые шажки девочки эхом отзывались по всему влажному и темному узкому коридору, освещаемому факелами. Их свет играл на лысине учителя, смешно бликуя. Марико бы даже посмеялась над этим, если бы не ситуация. Топ-топ-топ: кажется, они на месте. Перед мужчиной и девочкой разверзлась гнилая пасть какого-то незнакомого для последней помещения. Оттуда смрадило кровью и жжёным мясом. Марико поморщилась и попыталась перекрыть нестерпимую вонь рукавом кимоно. Увидев такой жест, учитель поморщился и потной рукой несильно ударил по запястью девочки, мол, прекрати прикрываться. - Сенсей, что мы тут делаем? - настороженно спросила малышка, глядя на мужчину своими золотыми глазами - Сенсей, вы же понимаете что не всё сказанное той девочкой правда? - на глаза непроизвольно наворачивались слезы обиды и злости. - Так или нет, ты повела себя плохо - скучающе ответил мужчина - а когда дети вроде тебя ведут себя плохо, их нужно наказать. Сейчас мы дождемся господина Дабуцу, и начнем. А пока, я, пожалуй, ускорю процесс наказания: иди-ка сюда, Марико-сан. Мурикато резко дернул девочку за руку, затаскивая её в помещение, и крепко заламывая тонкие ручки своими потными ладонями. Девочку охватила паника, неужели её изобьют? Дергаясь и рыча, Марико отчаянно боролась за свою свободу, но без толку: что может противопоставить пятилетняя девочка против взрослого шиноби? В этот момент послышались странные шаги, и малышка с содроганием поняла, что это были шаги отца. Решётка яростно взвизгнула и освещаемый факелом, Дабуцу вошёл в комнатку. Увидев девочку и мужчину, он, взглядом своих пронзительно жёлтых с вертикальным зрачком глаз, потребовал от учителя объяснения столь срочного вызова. - Дабуцу-сама, ваша дочь, Марико, она вероломно напала на собственную сестру, пытаясь убить её! К тому же, эта презренная женщина использовала чакру! - разгоряченно произнес Мурикато, изо всех силенок пытающийся выслужиться перед хозяином - Лжец! - провопила девочка, отчаянно вырываясь - Не смей меня трогать, ты! - пинки маленьких ножек сильного ущерба учителю не наносили, но были неприятны. Лоснящееся, жирно блестящее лицо сенсея исказилось в ярости. - Вяжи дрянь! - скомандовал ровный голос отца, и мужчина поспешными шагами отошёл к другому краю комнаты, устанавливая факел на специальное крепление. Мурикато сбил с ног девочку и пока она пыталась отползти, с лёгкостью связал её ноги. Марико продолжала тщетные попытки освобождения: пару раз она даже смогла сильно пнуть толстяка. - Что ты там возишься? - недовольно прикрикнул глава - что сложного в том, чтобы связать девчонку? - Да-да, Дабуцу-сама, сейчас... Лежи смирно, дрянь! - прошипел учитель, пугающе вращая глазами, однако девчонка не сдалась: сделав глубокий вдох, из её груди вырвался оглушительный вопль, переходящий в визг, больно режущий по чувствительному слуху Главы. Внезапная боль пронзила бок Марико: разъяренный глава с силой пнул её ногой, заставляя задохнуться на пару мгновений, болезненно морщась, золотые глаза застилала пелена непрошенных слез. Сморгнув их, девочка почувствовала облегчение, но ненадолго, отец сильно потянул её за волосы, приподнимая над землей. Взвизгнув от боли, Марико начала извиваться в руках толстяка, быстро обвязывающего её хрупкое тельце верёвкой. Покончив со связыванием, учитель отшвырнул девочку на пол, будто игрушку. Больно ударившись головой и спиной, Марико судорожно пыталась придти в себя, но плывущая картинка перед глазами не сильно подтверждала её успех. Её опять приподняли потянув за болотно-зеленую косу, а в следующее мгновение нежную щеку обожгла пощёчина. Маленькая головка мотнулась в другую сторону, из разбитого носа хлынула кровь. Что было дальше - Марико не поняла. Она чувствовала только боль, отчаяние и желание отомстить. Мало-мальски пришла в себя девочка стоя на коленях: кажется, сейчас отец вооружится кнутом и продолжит допытываться до неё, каким образом она смогла почувствовать и сконцентрировать чакру. На всё вопросы Марико не отвечала, крепко стиснув зубки, лишь изредка визжа как она ненавидит своих мучителей. Дабуцу захлестывал азарт: раз уж после порки и избиения девчонка не раскололась, что же он должен будет делать дальше? Ответ о том, кто обучал её контролю чакры получить было необходимо. - Отвечай, дрянная девчонка, кто посмел обучить тебя этому? - прорычал мужчина, в очередной раз опуская хлесткий кнут на окровавленную спину. - Я сама! Никто меня не учил! - взвыла девочка, запрокидывая голову от боли. - Ты лжешь! - взвизгнул Мурикато, стоящий в стороне и наблюдавший за наказанием с неким садистским удовольствием. Девочка ничего не ответила, лишь с ненавистью смотря на учителя. - Девочка, если ты скажешь кто, наказание закончится - вкрадчиво произнёс мужчина, перестав бить её. Пару секунд подумав, девочка опустила голову, будто собираясь признаться: - Я скажу... Да, меня обучила этому Марико Хадзимэ! - захохотала она, насмешливо смотря на отца. Побагровев, мужчина резко поднял её с колен и кинул на стол. - Привяжи её, Мурикато, и задери кимоно. Паника охватила девочку, пока толстый учитель вязал её, она громко и истошно кричала, срывая голос и брыкалась. Пару раз заехав учителю по лицу, Марико снова получила пощёчину. К столу подошёл мрачно улыбающийся отец, с щипцами и чем то белым на конце их. Догадка пролетела фурией в воспаленном мозгу: девочка похолодела, в ужасе замолкая. Отодвинув грязную ткань кимоно на левой части груди малышки, отец с кровожадной ухмылкой посмотрел на неё, и с силой вдавил раскалённое клеймо в нежную кожу. Душераздирающий вопль пронзил помещение, путы, сковывающие девочку резко загорелись, освобождая её изнывающее от агонии тело. Марико выгнулась дугой, продолжая вопить и брыкаться, пытаясь оттолкнуть отца, но тщетно. Через пару мгновений она замолчала, падая и бьясь в мелкой истеричной дрожи. Отец пораженно отступил, роняя щипцы. Сознание покинуло девочку. Она не видела ни того, как её отец рассмеялся от всей этой ситуации, также как не видела его отчаянной решимости сделать из неё наследника.