Ты намного красивее, чем эта луна

      Имауши последнее время чуствовал странное беспокойство, откуда такое чувство взялось, он не знал.       Оно появилось несколько дней назад, когда у Шиничиро пошла кровь из носа, тогда испугались все, включая и его.       Беспокойство продолжало рости, заставляя постоянно нервничать, злиться и срываться на членов других банд — все эти эмоции переполняли его в течение нескольких дней, пока в первом часу ночи к нему в дом не пришёл старший Сано.       Выглядил он, мягко говоря, не очень: весь потрёпанный и запыхавшийся, наверное, очень сильно спешил. Но главный вопрос был — зачем? Зачем ему надо было в час ночи спешить к нему? Что такого случилось, что Шиничиро не дождался утра, а пришёл именно сейчас?       Впустив Сано в дом, Вакаса провёл того в гостиную и помог сесть на диван. Присев рядом с ним, он дождался, когда Шиничиро переведёт дух и объяснит причину своего позднего визита.       — Прости, что так поздно, — он сглотнул слюну и откинулся на спинку дивана, наконец расслабляя напряжённые мышцы. Вакаса заитересованно повернулся в сторону Шиничиро, сжав колено до такого состояния, что рука начала болеть. Он пытался таким образом успокоить свои нервы, чтобы не сорваться прямо тут. Шиничиро снова принял сидячую позу и серьёзно начал.       — Мне будет нужна твоя помощь. Вот прям срочно, Вака. Только ты сможешь это сделать. — Шин взял руки Вакасы в свои и несильно их сжал, заставляя того ещё больше нервничать. Однажды сердце Вакасы не выдержит и он точно умрёт из-за этого идиота.       Вырвав свои руки из хватки чужих, Вакаса встал и, пройдя за диван, опёрся на него. Сердце всё ещё стучало настолько быстро, что заставляло его думать, что оно так пробьёт ему сначала рёбра, а потом уже грудную клетку.       Насколько это позволяло, он успокоился и попытался думать головой, а не чем-то другим.       — И какая помощь от меня требуется? — Вопрос был предсказуем даже для него, но он всё равно задал его. Вакаса отошёл от дивана и присел на его подлокотник спиной к Шиничиро.       — Ты же знаешь, что скоро у Манджиро день рождения. Так вот, мне нужно, чтобы ты его отвлёк в этот день. — Шиничиро приблизился к Вакасе и повалил того к себе на колени. — Так то лучше. Ты ведь поможешь? — спросил Шиничиро, не замечая, как на чужом лице расползается румянец. Он приблизил своё лицо ближе, чем следовало бы.       Вакаса, неожидавший таких действий, всё ещё находился в прострации, но когда черноволосый приблизился ещё ближе, то вообще застыл, словно статуя. Покраснев, как маков цвет, он отвернулся и кашлянул, привлекая внимание его друга. Шиничиро наконец заметил состояние Вакасы, не отодвигаясь, а наоборот рассматривая черты лица беловолосого. Аккуратный нос, тонкие губы, которые сейчас были поджаты, и красивые глаза с довольно густыми ресницами белого цвета придавали ему более женственный образ. Необычный цвет глаз его друга завораживал и одновременно заводил Шиничиро. Опомнившись, он удивлённо посмотрел на Вакасу, заливаясь румянцем и быстро отстраняясь, прикрывая рот и щёки рукой. Вакаса сам быстро отодвинулся на другой конец дивана, прикрывая лицо руками.       Вакаса не впервые замечает, как он странно реагирует на действия Шиничиро. Его прикосновения, нежный голос и его забота о нём — всё это заставляет его сердце биться быстрее. Но в последнее время что-то происходит не то, как будто что-то должно произойти плохое. Его интуиция никогда его не подводит, но он очень надеется, что она на этот раз ошибается.       Сбоку послышалось покашливание, которое привлекло внимание Вакасы и разрушило неловкое молчание между ними.       — Кхм, я задам тот же вопрос. Ты не против ведь мне помочь? — По голосу Шиничиро можно было понять, что тот волнуется. Повернув голову в его сторону, Вакаса увидел увидел то, что заставило его пустить смешок. Покрасневшие щёки и нервное теребение кофты заставило что-то внутри Вакасы трепетать от нежности и веселья. — Что такого смешного! — Сано недовольно, даже злостно процедил это сквозь зубы.       — Ничего. Ты просто выглядишь смешно. — Лицо Шиничиро ещё больше насупилось и брови свелись к носу, а губы растянулись в тонкую линию.       — Дурак, Вака, дурак!       Эта ситуация ещё больше смешила Имауши, заставляя его забыть на некоторое время о его кричащей интуиции. Шиничиро что-то там кричал на него, пока он, схватившись за живот, смеялся. Отсмеявшись, он вдруг что-то вспомнил.       — Ой, я кажется не ответил ведь. Я так-то не против отвлечь твоего мелкого. — Вакаса вытер выступившие от смеха слёзы, откидываясь на спинку дивана и кладя руку на живот. — Но если он будет слишком меня доставать, я могу дать ему смачного такого леща. — Заметив замешательство на лице Шина, он закатил глаза от наивности его друга, а может ли он теперь его так называть после того, как он признался себе в своих чувствах к нему. — Не делай такое лицо, Шин. Ты же сам знаешь, каким может быть твой брат.       — Хорошо, всё, чтобы Манджиро не узнал о его подарке. — Шиничиро также откинулся на спинку дивана, заново расслабляясь.       — Раз мы всё решили, то по пивку? — Вакаса даже не стал дожидаться ответа, а сразу пошёл за ним к холодильнику.       Придя с несколькими банками пива, он поставил их на стол и подал одну из них Шину, также беря для себя. Садясь на диван, он открыл банку и отхлебнул немного, наслаждаясь прохладой напитка и его вкусом.       — Может посмотрим фильм? — предложил Шиничиро, делая ещё один глоток.       — А почему бы и нет. — Вакаса поставил банку на столик и подошёл к коробке с фильмами, начиная их перебирать, выбирая какой бы лучше подошёл.       Выбрав фильм, он поставил его в проигрыватель и, нажав кнопку, запустил. Сев обратно на диван, он попытался найти пульт, но, обратив внимание на Шиничиро и заметив, как тот держит пульт, он уселся более удобно, готовясь смотреть фильм и наслаждаться зрелищем.       Прошло более половины фильма, а Вакаса чувствовал сонливость, которая мешала ему смотреть дальше. Зевнув, он сделал последний глоток пива. Посмотрев в сторону черноволосого, Вакаса приблизился к нему и положил голову ему на плечо, устраиваясь по-удобнее. Довольно улыбнувшись, он прикрыл глаза от усталости, чувствуя наплывающее спокойствие, так ещё его нежно поглаживали по голове, перебирая волосы. Так он и заснул, чувствуя только спокойствие и блаженство.       Пробуждение было не из лучших. Вакаса упал с дивана, ударившись подбородком о пол. Привстав, он потёр ушибленное место и окончательно проснулся. Встав на ноги, он прошёл на кухню, где на столе стоял стакан воды и блистор таблеток. Взяв пачку в руки и выдавив таблетки, он запил их водой. Положив всё на место, он заметил записку, взяв её в руки и прочитав, он улыбнулся и положил обратно, направляясь к чайнику.       Поставив его греться, он опёрся о столешницу и задумался.       Интуиция вчера затихла, но сейчас опять давала о себе знать, тревожными звоночками опевещая его о том, что произойдёт что-то плохое. Свист чайника отвлёк его от размышления. Вака, заварив чашку кофе, стал наслаждаться бодрящим напитком.                                           ***       Сидя на диване в гостиной Сано, он смотрел, как Манджиро и его друзья что-то бурно обсуждают, совсем позабыв, что уже как час время недетское. Рядом с ним был Такеоми и Бенкей, которые что-то обсуждали попивая пиво.       Вакаса прикрыл глаза от усталости, что норовила заставить его упасть прям на ходу. Как на зло, чувство в его груди усилилось и заставляло быть на взводе весь день. Радовало то, что Манджиро не выкидывал чего-то неожиданного, если бы он это сделал, то Вакаса даже не знает, чтобы сделал с ним.       Из кухни вышел обеспокоинный старший Сано, подзывая к себе Вакасу.       Зайдя на кухню, его попросили присесть, сделав так, как его попросили, он внимательно стал ждать объяснений, что же случилось.       — Я не буду тянуть. — Старик сглотнул ком в горле, пытаясь держать себя в руках. — Шиничиро попал в больницу с открытым кровотечением. И сейчас находится в реанимации.       Вакасу прошиб холодный пот, слишком уж была эта новость неожиданной. Быстро сорвавшись с места, он кинулся на улицу, чтобы сесть на байк и помчаться на всех парах в больницу, нарушая любые правила дорожного движения, но сейчас это мало волновало его. Обгоняя машины, что по его мнению ехали слишком медленно, он проклинал себя не самыми благими словами, еле сдерживая слёзы. На перекрёстке всё-таки пришлось остановиться и дождаться зелёного цвета. Как только светофор переключился, он стартанул настолько, насколько это позволяла мощь его мотоцикла.       Остановиви байк прям около входа в больницу, он вбежал в здание и, найдя взглядом стойку регистрации, бросился к ней, пугая девушку, которая занималась заполнением бумаг.       — Где сейчас Сано Шиничиро? — Вакаса еле сдерживал себя от убийства, поэтому ему нужен был ответ как можно быстрее, но похоже девушка этого не понимала, поэтому так медлила. Постаравшись успокоиться, он спросил тоже самое уже более спокойно. — Кхм, пожалуйста, скажите, где можно найти пациента по имени Сано Шиничиро? — Девушка теперь приветливо улыбнулась и стала искать что-то в компьютере.       — Сано Шиничиро перевели из реанимации в отдельную палату, молодой человек. — Девушка посмотрела на него, глазами спрашивая нужно что-то ещё.       — А в какой именно он сейчас палате?       — 101 палата, первый этаж. — Поблагодарив девушку, он побежал к нужной палате.       Подходя к нужной двери, он заметил двух мальчишек, что сидели около двери и плакали, утирая сопли вместе со слезами и слюнями. Не обращая на них какого-либо внимания, он открыл дверь палаты, сразу заходя в помещение, где пахло одними медикаментами.       Вакаса присел рядом с койкой и взял руку Шиничиро в свою, поглаживая ту большим пальцем. Шиничиро лежал весь бледный с перебинтованной головой и подключённый к разным аппаратам, что фиксировали признаки его жизни.Пульс был, но не такой, как у обычного человека.       Вздохнув, он понял, насколько он устал. Уложив голову на живот Ширичиро, Вакаса рассматривал пострадавшее лицо, не замечая, как засыпает.       Разбудило его то, что кто-то нежно поглаживал его волосы. Посмотрев, кто это делает, он увидел бодрого Шиничиро, который поглаживал его голову одной рукой, в другой сцепил их руки. Окончательно разлепив глаза, Вакаса выпрямился, потягиваясь.       — Как давно ты проснулся? Как себя чувствуешь? — спросил Имауши, поправляя волосы. Заметив то, что они всё ещё держат сцепленные руки вместе, он расцепил их и также размял.       — Недавно. — Шиничиро закашлял, и Вакасе пришлось подать тому стакан воды. Больной стал пить с такой жадностью, как будто он не пил неделю. — Не очень хорошо, голова болит и небольшое недомогание есть.       — Придурок и дурак ты, Шиничиро! — Вакаса легонько стукнул друга по ноге. — Я за тебя так волновался. Почему ты сразу не ушёл из мастерской? — Он старался сдерживать слёзы, но очень плохо получалось. Опустив голову, он пытался сдержать наровившие вырватся всхлипы.       — Вака, что. — Шиничиро через боль привстал и прижал к себе Вакасу, который всхлипывал, плача ему в плечо.       Он поглаживал его голову, успокаивая и ничего не говоря. Ему самому было больно видеть такого Вакасу, он выглядел настолько уставшим и разбитым сейчас, что хотелось просто дать ему выплакаться и как следует отдохнуть.       — Эй, стало лучше? — Шиничиро всё ещё поглаживал его голову и успокаивающе покачивался вместе с ним. В ответ он почувствовал кивок, но не перестал поглаживать Вакасу. Взяв его лицо в руки, он вытер солёные дорожки и теперь смотрел в красные глаза друга.       Рассматривая его лицо, Шиничиро остановил свой взгляд на губах Вакасы. Они были розоватого цвета, также видно было, что он их часто покусывал от нервов. Сглотнув, он поднял голову, всматриваясь в глаза напротив. Не увидев никакого протеста, он приблизился к ним и поцеловал. Сминая такие желанные сейчас губы, он вторгся языком внутрь, углубляя поцелуй. Вакаса наслаждался поцелуем, обвив шею руками.       Оторвались они друг от друга спустя несколько секунд, сразу же пытаясь восстановить дыхание. Первым, кто отстранился, был Вакаса, он встал, чтобы уйти. Открывая дверь, Вакаса опешил, когда прям перед его ногами упали дети и два их друга, один только дедушка Сано сидел спокойно на скамье.       — И вам привет. Здравствуйте, Сано-сан. — Вакаса перешагнул через эту кучу и пошагал к выходу из больницы.       Ребята встали и прошли в палату, сразу получая по голове.                                           ***       Как он добрался до дома, Вакаса помнит плохо. Этот день вымотал его, убив почти все его нервные клетки.       Устало упав на диван, он прикрыл болящие глаза. По хорошему, ему надо бы умыться, но так не хочется вставать.       Вспомнив о поцелуе, он притронулся к губам, всё ещё ощущая тепло чужих губ. Покраснев, он беспомощно застонал и ударил одну из подушек на диване. Думать сейчас об этом совершенно не хотелось, хотелось только спать и забыться во сне. Раздевшись, он направился в спальню, уже представляя, как поспит, а потом пойдёт и развеется в своём спортзале.       Вакаса не успел заметить, как уже прошла неделя и сегодня должны были выписать Шиничиро. Каждый вечер он вспоминал их поцелуй, который как будто специально не хотел забываться, постоянно напоминая о себе.       За эту неделю он узнал, кто же чуть не убил Шина, тогда он тоже чуть не убил тех детей, но так просто он их не простил, они в наказании должны были отрабатывать месяц у него и у деда Сано в додзё.       Так и прошла его неделя, самая изматывающая на эмоциальное состояние. Он всё ещё винил себя и не мог думать по-другому.       Сидя на веранде в доме Сано, он смотрел на луну, что освещала эту ночь. Сзади послышались шаги и совсем рядом с ним сели, приобнимая за плечи.       — Знаешь, Вакаса, а луна сегодня такая же красивая, как и ты. — Он приблизил своё лицо настолько близко, насколько мог. — Даже не так, ты намного красивее, чем эта луна. Я рад, что встретил тебя, Вакаса.       — Шин, ты чего? — неуверенно спросил Имауши, ведь сейчас Сано говорил такие странные вещи для него самого.       — Я просто говорю, что хочу, чтобы ты стал моей второй половинкой.       — У тебя всё же ужасные подкаты, Шин, но я согласен. Кому ты нужен кроме меня. — Вакаса приблизил своё лицо к губам Шина и оставил на них лёгкий поцелуй, быстро отстраняясь. — Пошли в дом, на улице становится холоднее.       Встав, Вакаса пошёл в сторону входа в дом. Не став отставать, Шиничиро догнал его и, довольно улыбаясь, прижал к себе теперь уже своего парня.