Все могут ошибаться

— Давно это случилось? — спросил профессор, расхаживая из одного угла комнаты в другой. Токио сидела за столом, она волновалась за Рио. — 11 дней, — тяжело проговорила девушка. Рио неизвестно где уже одиннадцать дней. — Где вы взяли спутниковые телефоны? — Разойдясь по двум кораблям мы сутки стояли в порту в Касабланке, — начала Токио, — Он купил их на черном рынке из Ливии. — В Касабланке, — задумчиво произнес профессор, подходя к столу. — Они не были зарегистрированы, — быстро добавила девушка. — Всё же были, как ты видишь, — он серьезно посмотрел на неё, явно не одобряя поступок парочки. — Помимо этого, продавец настучал на вас, — вступила в разговор Лиссабон, — И, конечно же, получил вознаграждение за донос. — Профессор, — руки Токио уперлись на стол и она посмотрела на мужчину, — Ты уверен, что Рио попался? — Иначе бы он тоже позвонил перевозчику, верно? — профессору было не менее сложно, на него резко свалились проблемы, которые решать придется ему, но как? — Но в прессе ни слова, — Токио не хотела верить, что её парня поймали, она до конца надеялась, что ему удалось сбежать, и он просто забыл номер телефона, — Уже 11 дней как его взяли. Такую новость власти обязательно бы сообщили. Зачем им это держать в тайне? Это же сенсация! Токио вглядывалась в лицо взрослых и понимала, что они что-то скрывают. Они знают то, чего не знает она, и ей это не нравилось. Она начинала понимать, что происходит. — Долго его могут держать без связи с внешним миром? — она спросила это у Лиссабон, как у бывшего инспектора. — 72 часа. — Где его держат? — девушка обеспокоено взглянула на профессора. Есть ли у них шанс спасти его? Профессор слишком долго молчал, — Его пытают? — спросила она, не хотя признавать реальность. — Я не знаю, Токио, я не знаю, — профессор ушел от стола, погружаясь в мысли. — Разумеются, его пытают, — Лиссабон знала, что не стоит скрывать правду от девушки, — В каждой демократической стране есть задворки для грязных игр, если дела принимают плохой оборот. А мы всё для этого сделали. Точнее, вы сделали. — Они не могут его пытать. Сейчас 21 век, — нет, она не верит, не верит, что Рио пытают, пока она находится здесь, в безопасности. — Конечно, могут. На высоте 10 километров в самолет ЦРУ вне любой юрисдикции или в Гуантанамо, даже у Испании был спецназ террористов, без дураков, Токио. Ты что, вчера родилась? — нервы сдавали и у профессора, он волновался за всех своих ребят, и сейчас тоже чувствует ответственность за Рио. — Профессор, — Токио подошла к нему и взяла его лицо в свои руки, — Мы должны вытащит Рио, ты слушаешь? Мы должны спасти Рио. — Есть ещё такие телефоны? — Токио отпустила его лицо и задумалась. — Да, у Хельсинки, — Токио выдавала друга, но сейчас это было необходимо. — Нужно собрать всех, — профессор решительно направился на выход, уже обдумывая как лучше дальше поступить. Токио побежала за ним и схватила его руку. — Профессор! Профессор, скажи, что спасешь Рио, — это человек единственный, кто может помочь её возлюбленному. — Как, Токио? Мы даже не знаем в какой он стране, тюрьме или чертовой дыре. Мы ничего не знаем. Ничего, — он ушел, оставляя Токио одну со своими мыслями. Вечером профессор зашёл в комнату девушки. — Нам нужно поговорить, — профессор встал перед ней. Она хотела подняться с кровати, но рука старшего остановила, — Сиди. — Что-то случилось, профессор? — Случилось, вы с Рио нарушили правило, которое я вам дал, — до Токио дошло, что профессор пришел её ругать, видимо, за телефон. Чёрт, — Я вам даю такие правила не просто так, а для вашей безопасности. — Я знаю, профессор. Но я тут не при чем, это Рио купил эти телефоны, и это он просил звонить ему, — девушка не хотела, чтобы профессор ругал её в первый день их встречи через такой огромный промежуток времени. — Ты взяла этот телефон? Звонила по нему? — профессор строго на неё посмотрел. Токио отвела глаза и закусила губу, — Видишь, к чему привело небольшое нарушение правила. Я удивлен, что кто-то попал в беду так рано, но не удивлен, что это вы с Рио. — Простите, профессор… — она подняла виноватый взгляд на него. Он сел рядом с девушкой на кровать и пригласительно похлопал по коленям. — Думаю, ты помнишь, что нужно делать, — он не принес ничего в руках, значит, её собираются просто отшлепать. Унизительно, но хотя бы не так больно. — А давай в этот раз ты меня простишь? Так скажем, подарок в знак нашей встречи, — она улыбнулась ему, надеясь избежать наказания. — Этой встречи не должно было быть вообще. Не пойми меня неправильно, я рад, что ты здесь, и мы смогли увидеться, но я бы хотел не в таких обстоятельствах и не так быстро, — он сжал губы, смотря как спадает улыбка с девушки, мужчина протянул руку и осторожно нежно погладил по коротким волосам, — Мы быстро закончим, и после этого твои действия в прошлом. — В итоге достанется только мне, — она скрестила руки и надулась. — Я думаю, Рио достаточно страдает сейчас, тебе не кажется? — Токио вспомнила, что её парень в данный момент находятся под пытками, и ей стало стыдно за свои слова. Она покорно легла на бедра профессора. Он положил руку на её спину в успокаивающем жесте и занес другую руку, крепко опуская на попу девушки. Токио дернулась и схватила простынь, сжимая её. Когда она думала, что рукой будет не больно, видимо, она просто позабыла как это. — Профессор, ваша рука из металла? — она сжала зубы, резко выдыхая на каждом шлепке. — Да нет, только кожа, мышцы, сухожилия и другие составляющие руки обычного человека, — профессор ответил немного в замешательстве, чем вызвал смешок у Токио, и невольно улыбнулся сам, — Токио? — Профессор, мне не очень удобно говорить в таком положении, — она попыталась уйти после особо сильного шлепка. — Просто послушай. Вы всё ещё под моей ответственностью, поэтому я рад, что ты сразу же связалась с перевозчиком и приехала сюда, — он не переставал наносить удары, лишь стал реже это делать, — Мы сможем что-то придумать и спасти Рио. Когда приедут остальные, у меня уже будет план, поэтому попытайся за эти дни взять себя в руки, — он наносил шлепки, покрывая всю площадь ягодиц равномерно. Кожа начинала розоветь, а затем краснеть. Он не собирался слишком сильно наказывать Токио, это порка скорее должна помочь ей расслабиться, в голове этой девушки много плохих мыслей, которые вряд ли дадут ей быстро уснуть. — Да, профессор, — по её щекам потекли слезы, но не от порки, от облегчения и надежды, если профессор сказал, что они смогут спасти Рио, значит, они это сделают. Профессор помог девушке подняться и обнял, давая выплакаться на своём плече. Токио лишь прижалась к своему ангелу-хранителю, полностью доверяя ему.