Спасение или очередная смерть?

Ярко рыженький хвостик вилял вверх и вниз, махал и призывал поближе к себе. Шелковый, словно еще пару минут назад его старательно расчесывали. Кокетливые и небрежные движения странным образом учащали темп сердцебиения. Приглашавший войти в глубь леса, стать маятником на пути. Алиса что-то определенно хотела, ведь она никогда не появлялась в присутствии кого-то постороннего. Все впереди и сзади начало размываться. Фокус настроился и скоординировался на извивающемся рыжем шерстянном шлейфе. Расстояние между заснеженными деревьями начало увеличиваться. Лицо царапалось о встречный ветер. Дыхание начало хрипеть. 《Ты куда?!》Под ногами закрепитали сугробы. Ветки угрожающе тянулись к глазам, надеясь выцарапать их из глазниц.《Антон! Прекрати бежать!》Только приблизился тот к Алисе, как лисица тут же исчезла за деревом и появилась в 30 метрах за елью, игриво и плавно скользя. Петров бежал, не заостряя внимания ни на что. В голове эхом звучали собственные шаги.《Беги помедленнее! Что ты там увидел?!》Подобно гипнозу, затуманенный разум. Крики Ромы доходили до перепонок так, будто он кричал из под воды. Тайга зловеще улюлюкала. На очках успели примерзнуть снежинки. Лиса снова пропала, хвоста нигде не видно. За то теперь, из тьмы янтарные глазки, усмешливо сузившиеся, сверкали из теней за кленами. Казалось даже, что поблескивали и клычки. Школьный хулиган, на удивление, перестал задавать вопросы и просто следовал другом. Неужели додумался наконец? Холод обжигал щеки. Локтями прикрываясь от веток, прорывался упорно, страшно разодрав куртку. Алиса постоянно поспевала ловко удрать и появлялась все дальше и дальше. Вихрь свистел в ушах. Кололо левый бок. Сзади трещали ветки, которые не треснулись под Антоном. Еле-еле вырвавшись из особенно запутанных веток, они вывалились из них вдвоем на снег. Перед ними вновь восседала эта не симметричная железная коробка. В голову пришла глупая мысль о мышеловке. Правда, без какого либо сыра. И эта ловушка идет к тебе сама.... От него шел могильный холод. Злорадно поскрипывал и возвышался над ними. Обледенелый, кровельный, ржавый, помятый, грозный. Антон стоял, пока ему внушали дикий страх и полыхала глубоко в нем чуждая ярость. Однако Рома затащил того за шкирку за дерево и взглядом усмирил внутреннюю злость. — Нам нужна засада. Если сами туда полезим: Раз, - поднял указательный палец, из зажатого кулака — не спасем Бяшу. Два, - поднялся средний — нас самих придется после спасать. — Какая засада?! - рявкнул — У меня ни черта нету! Я — вон: - взмахнул руками. — Совершенно безоружен! Рома зашипел, прижимая палец к губам. Пошаркал в карманах. В правой руке блеснула нож бабочка. Во второй — засохшие листья от букета, предназначенного для Полины. Да уж, гроза всех маньяков. И что им делать? Не идти же на рожон с одним ножом, вопреки здравому смыслу? А вооружаться камнем, да обсохшей палкой... даже мысль об этом заставила стыдиться себя! На что им теперь слепо надеяться? Рома не пойдет назад. Ни за что. Даже если это будет лучшим решением. Из раздумий опять вырвали вопросом. — Как ты нашел "его"? - глаза с прищуром. Видели его насквозь. Не пропустят ни единый признак лжи на его лице. Любой сдвиг или напряг мышцы вызовет подозрения. Петров нервно закусил губу. А поверит ли он, если рассказать про Алису? Девочку, в маске лисы с хвостом, за подолом курточки? Думать об этом уже как-то неловко. Если и поверит, то — проверит. Потребует доказательств. Если она и явится, то тогда какого лешего ей знать про гараж неведомо откуда, и не быть при этом еще пойманной им? Его самого напрягло это заключение. Ведь действительно, странно это. Что ее оберегает? Убережет ли она их? Сумеет? Или только его, оставив Рому там? Теперь таить в себе подозрения не выйдет, сознание бьет тревогу. Спустя минуту молчания, Антон поматал головой, судорожно и расстроенно вздыхая. — Я не могу пока об этом говорить. — И как это понимать?! - возмутился Пятифанов — И я, что, должен вот так согласиться с тобой? Когда специализированные в этом люди не могли найти эту херню, а ты, недавно появившийся здесь, умудрился "его" за пять минут встретить?! - на щеках заходили желваки, меж бровями появились складки. — Ты сам знаешь причину того, почему они "его" не нашли. - Рома отвел глаза, нехотя кивая, чувствуя в груди указательный палец. — И да, должен согласиться. У меня свои тайны. Антон опередил возмущения Ромы, который только открывал рот, подняв ладонь и сжав ее. — И не надо. Ты и сам от меня много чего таишь. Ведь так? Мы — квиты. - голос стал более низким. Полуприкрытые глаза говорили за себя. Товарищ закусил губу. Антон попал в цель этим доводом. Минут напряженных десять, они и слова не вымолвили. В их доверии появилась трещина, но подавать вида никто не хотел. Не сейчас. И не после. Но Рома все еще благодарен ему за Полину. Поэтому.... сам он может не сомневаться в нем. А Рома?... Их опять охватили терзающие недавних событий воспоминания. За все это время, казалось, что такого ничего не происходило. Было оно лишь каким-то кошмаром. Не существенной вещью. Белый снег внизу начал отливать алым оттенком. Из под оправ очков потекли слезы. Пальцы с хрустом сжались. Дрожало дыхание. Зашелестела куртка. Как же совестно перед ней. Хоть после относительно недавних событий он и возненавидел ее, но даже врагу такогоне пожелаешь. Чего она не натерпелась прямо.... перед..... Плечо крепко сжала рука друга. Рома не смотрел на него, просто дал волю рыданию и, наверно, скорби. Да и плечи теперь не дергались, с такой-то хваткой. Что-то успокаивающее было в этом жесте. Что-то, что отвергло трещину в доверии. Видимо, ее и не было. Шмыгнув носом, Антон сомкнул чужую руку в своей. Приятно было иметь какую никакую опору. Свет, когда вокруг них сгущалась тьма. Брови удивленно дернулись. А ведь действительно, стало еще темнее. Прошло уже достаточное время. Неужели, маньяк не выйдет? Или он уже давно, до их прихода? Пятифанов тряхнул плечо одноклассника и убрал ладонь, отправившись в сторону. Что он там нашел? Деревянный хруст, длившийся более двух секунд, оповещал о сорванной массивной ветке. Он, что, серьезно? Воистину. Он притащил широкую и судя по виду тяжелую палку. Можно назвать и дубинкой в целом. — Шутишь? — Абсолютно нет. Ты через чур консервативен, Тоха. - губы дрогнули в улыбке. — Я пырну его разок, а ты отрубишь его этим. - подкинул в руках — Ничего сверхественного. А как эффективно-то! Хулиган бросил в него киллограм четыре чистого дерева и усмехнулся. — Времени нет. Пошли. Я иду первым. - вышел из тени засады и стремительно направился к гаражу. Антон не столь стремительно, но старательно шел за другом. Сейчас решится все. На кону теперь — 3 жизни. Каждый шаг, казалось, отсчитывался до его "внезапной" смерти.《18... 19...》Где-то уже на 40 он закончит. Тайга трепещуще выла перед гаражом. Вороны, хрипя, каркали, предвещая их. Шелестел за ними весь лес, таивший множество тайн. Следил за каждым шагом. Царапался ветками за ними. Коварно ожидая момента, чтобы схватить за шкирку и утащить куда подальше. Обмерзшие пальцы до боли сжали подобие оружия. Как в садике, когда каждый из палки представлял себе всесильное оружие, мощности которой нет равных. А вдруг, там и нету Бяши? Вдруг, там все еще мясорубка и тот фарш..? Что будет, если они переступят порог? Может, это ловушка? Осталось пару шагов. Взглотнув, Антон окликнул вперед идящего на смерть Рому. — Хей, не заходи сразу. Отойди в сторону и открой. - голос, странным образом не дрожал, а даже был уверенным. Хотя внутри все орало. — Хорошо. - без вопросов согласился Пятифанов. Он доверился ему, уже хорошо. Осталось, лишь только Антону себе. Хулиган подошел к воротам и переглянулся через плечо. Антон встав на носочки, взглянул на ворота. Их кровавые отпечатки пропали, был лишь нетронутый примерзший снег. Жутко. Рома отошел в право, схватив нож достойным захватом. Антон уложил палку на плечо, отходя влево. Оба схватили ворота и резко со скрипом раскрыли гараж. До боли знакомый голос, по овечьи звизгнул. Пятифанов расширил глаза, не веря ушам. Петров кивнул. Рывком зайдя в гараж, они уже собирались давать отпор, пойманному врасплох, маньяку. Но там стоял лишь испуганный их друг. Участник команды Вольтрона. Весь его рот был в крови, а рядом стоял тот самый тазик с фаршем из Кати. В голову пришла жутко глупая мысль о фаршированной индейке, которую делала на новый год мама. Его скормили человечиной. Сам он был весь белый, с выступающими слезами на глазах. Выпяченная по овечьи губа дрожала. — П-п...-пацан-ны-ы! - из-за рта потекло еще больше крови. Бяша был связан крепко. Обездвижена каждая часть кроме головы. Рома, стараясь держать хладнокровность, аккуратно и медленно подходил к Бяше, следя за каждой своей конечностью. Не просто так. Бабочка была на готове. Антон стоял спиной, держа в грозной позиции палку. Лампочка в гараже то гасла, то вновь включалась. Звук капающей крови из рта доносился эхом по гаражу. Каждый скрип, каждый шелест, хруст, стук, сопровождался мыслью, 《Сейчас зайдет!》но никто так и не приходил. К счастью. Здесь было темнее, чем в прошлый раз. Все обычные вещи, которые обычно лежат в гаражах, пропали. Значит, проводить через мясорубку Бяшу никто не собирался. Сырые стены, помятые, грязные, словно их поливали из шланга грязью. Доходили звуки рассекающейся веревки. А холод пробирал до костей, от продолжительной обездвиженности. И как только его одноклассник тут сидел? — Все. - оповестил школьный хулиган. Антон молча повернулся. Бяша опирался об плечо своего друга с пустыми глазами. На висках обильно стекал пот. Штаны были мокрые. Его таскали по снегу. Тот все еще заикался, был далеко за этой вселенной. Живой, самое главное. — Иди спереди. - скомандовал Ромка. Антон, почему-то, не противился. Они наконец уйдут отсюда. Хорошо бы было, навсегда. Скоро Антон придет домой, наконец встретит свой маленький лучик света. Обнимит и будет помнить все это, как нереальный кошмар. Посмотрит сегодня, скорее всего, Золушку или Аладина. Их давно не смотрела Оля. Завтра они вновь встретятся в школе. Там и Полина будет. Все в какой нибудь момент придет на круги своя. Перестанет его донимать. Когда нибудь. Выходя из гаража, в глаза ударил свет. Неужели в нем настолько темно? Луна и снег видимо хорошо освещает лес. Им нужно в миллицейский участок. Возможно, после их слов и выводов найти гараж получится легче. Главное..... про Смирнову не упоминать. И Бяшу лучше до дома довести. Рядом со взрослыми он будет в безопасности. Петров обернулся. Его друзья шли за ним и наконец выходят за его порог. Это закончится... Ворота резко, с громким стуком закрылись, ухватив Бяшу за капюшон. Из него вырвался истеричный крик. Антон резко обернулся, еще крепче сжав палку. Черты деревьев начали исчезать за туманом, окружавший их и гараж. Небо обрело абсолютно черный цвет без звезд и луны, поражая все законы рисования без черного цвета на картине. До них начало доходить рычание, скрежет, взмахи крыльев, жуткий смех. Ворота начали открываться в обратную сторону, таща за собой до смерти испуганных одноклассников. Рома, почти без доли растерянности, ухватился за бабочку, дабы перерезать капюшон. Антон рывком схватил руку Бяши и начал тянуть на себя всей силой, натягивая капюшон. Далеко в тумане появился тот самый звук флейты. Рома наконец приблизил нож к капюшону, как он неестественно ярко засиял, вызвав не пойми откуда нечеловеческий вопль, режущий уши. Оба товарища по несчастью неожидано навалились, так и не прорезав капюшон. Глаза расширились. Пред глазами появилась совершенно нежданная картина. У гаража словно оторвали плоть. В прямом смысле. Брызнула кровь. Гараж шатался. Разорванные извилины двигались, заживая на глазах. В ушах пищало, после такого мощного визга. Этот гараж — проклятие ада. И нож Ромы, мог быть чем-то рода оберега. Пальцы Ромы мертвой хваткой сжимали нож, а сам хулиган будто ждал объяснений от предмета в его руке. Бяша обнимал руку друга, обмазывая слезы и сопли об — и так несчастную — куртку. Плечо почувствовало, как что-то шмякнулось об него. В тумане начали бегать ужасающие силуэты, лишь маленькими деталями напоминавшими о его сказочных друзьях, с которыми он летал в небесах. Они недобро смеялись, улюлюкали, размывчато бегали и прыгали. Сердце билось яростью бушующего зверя. Рома потерял хватку. С зажатыми зубами и крупинками на глазах, он отчаянно держал сияющую, словно серебро, бабочку перед носом и махал во все стороны, разрезая сгущающую тьму. Антон с кипящей злостью взглянул в снег, ища, что в него в шмякнулось. Окровавленный кусок мяса необъяснимо подзывал к себе. Знакомый, лисий шепот тихонько приговаривал, как мама своего младенца перед очередной ложкой каши. 《Съешь...-съешь~, если хочешь спасти своих друзьяшек~...》самодовольно советовала хитрица. Сомнения били колокол. Можно ли ей верить? Совет достаточно скверный и странный. Чем ему и его друзьям поможет человечина, перед жестокими кровожадными убийцами? Хотя Алиса дала хорошую помощь, чтобы найти Бяшу. Но вдруг, чтобы заманить их? Что тогда? Зачем ей еще один фаршированный подросток? Какая тут выгода для него и для нее? — Отойди! Сгинь подальше! - кричал во все горло Рома, тыча ножом в клюв страшной сове, выбивая из темпа размышлений. Два огромных глаза ярко светились. Та хаотично и искривленно двигалась, стараясь подобраться через лучи, исходящие от бабочки. Кружила отрывисто головой. Все ее части тела, если таковыми они являются, отвратительно искривлены и каждое движение издавало гадкие хрусты. — А!-Оо...-отп-пус-с-сти... м..-меня! Рома! - протяжно и заикаясь, орал во все горло Бяша. Сова умудрилась ухватиться за его штанину и безжалостно тянула бедолагу обратно в гараж. Рома рухнул на живот, не пересилив ее. Та начала тащить Бяшу, пока тот отчаянно царапал пальцами снег, оставляя десяток линий за собой. Гараж скрипнул воротами, приберая гостя обратно. Пальцы уже сжимали хлюпкий кусок плоти. Обильно стекала кровь по кончикам пальцев. Это единственная призрачная надежда. Выбора нет. Закинув мясо в рот, Антон крепко сжал зубы и соединил губы в одну линию. Рот поглотил металлический вкус. Организм отвергал лишнюю плоть через рвотные рефлексы, которые подросток старательно сдерживал. Психически все начало давить с несравнимой силой.《Жуй! Жуй!》Кричала в сознании Алиса. Была в ее голосе нотка усмешки. А челюсть-то окаменела. Расжать зубы никак не получится. На это уже стальная воля закончилась. Неужели без этого никак?! — ПРОЧЬ! УЙДИ ЧУДИЩЕ! - слезы изрядно стекали по щекам, пока их хозяин через них старался рычать на сову. Во рту прыснула кровь. Зубы сжали мясо. Вкус человечины стал невыносим. А смотрящий за всей этой картиной поменялся местами с другим. Ярость сорвалась, как бешенная псина с цепи. — Сгинь с глаз моих и оставь их, пока я тебе все крылья не общипал, дранная курица! - голос зашипел, словно брошенный в воду раскаленный металл. Каждая буква вибрировала, а из дёсен пошла кровь. Глаза будто стали прицелом снайперки. Антон скалил зубы, задрал подбородок. Грозно расправил плечи. Плечи дрожали от гнева. Кровожадное лико не собиралось быть жалостливым. Сова только испуганно остановилась, но не отпустила Бяшу. Силуэты вокруг перестали бегать. Замерли, как околдованные. Ощущение безграничной силы только подпитывало желание власти. Доминирование над кем-то утоляло жадный голод. — Мне повторить?! - сделал шаг — Я тебе твой клюв отломаю, только сунься ты к "моим"! А ну живо отпустила его! - угроза прозвучала, как удар железа о железную пластину. Также долго гудела по всему лесу. Сова выпустила штанину одноклассника из клюва и удрала в гараж. Но желания заканчивать не было. Лико уходить совершенно не желало.....