Спасибо, нянька

— Ликси~, я уже устал, давай ты. У меня руки уже его попку не держат. — Хорошо, — Феликс взял в руки малыша и начал бегать, чтобы тот успокоился. Он отдал обратно ребёнка в руки Хвана и пошёл за едой. — Давай, малыш, кушай, — приговаривал отец. — Я что они ещё, кроме пюре едят? — Думаешь я знаю? Я сам отец первый раз, — начал агрессировать Хёнджин. — Успокойся, папочка. — Ты сейчас от чьего имени это сказал? — Смотря от кого ты хочешь слышать, — ухмыльнулся младший. Когда они закончили кормить сына, им в головы пришла идея побыть на едине.

***

— Ну Йэни~ пожааалуйста. — Э, мать, это ваше создание. Почему я должен с ним сидеть? — малыш посмотрел на Яна своими крохотными, но большими и полными интереса глазами и засмеялся. — Ладно. Во сколько заберёте? — Часов в восемь. — Чё так поздно? — малыш прижался своей головкой к груди Чонина, — Хорошо, будем ждать, да хёнликсёныш? — Как ты его назвал? — вкинул бровь старший. — Покеда, — и нянька скрылся за дверью. — За чипсами! — Ты идиот? — Да. — Я тоже. Чур берём рефлёные. Они уже приехали домой с чипсами, газировкой и хорошим настроением. Выбрали фильм, взяли купленное и легли под одеяло. Младший закинул ногу и руку через Хвана, тем самым обездвижев его. Они выбрали романтическую комедию. Когда дело дошло до постельной сцены, Ёнбок почувствовал под ногой твёрдый бугорок, но не придал значения. "Пусть напитается" пронеслось в голове. Когда фильм закончился, Хёнджин выключили телевизор и предложил лечь спать. — В такой день? — Феликс начал водить пальцем по ткани майки в районе пресса, — никто не кричит, не пукает, — это слово насмешило старшего, — не просит есть. Только ты. И я, — он прильнул губами к другим. Хван сразу пустил чужой язык в свой рот, мыча в поцелуй. Позже начал покусывать нужную губу, а после посасывать и зализывать, как бы извиняясь за причинённую боль. Губа Ликса идеально подходила в рот Хёнджина, а его верхняя губа, в свою очередь, подходила в рот Ёнбока. Они как инь и янь. Хёнджин запустил свои руки под майку, поглаживая бока, на что младший начал извиваться, стоная в поцелуй. От нехватки воздуха Феликс оторвался, но когда Хван потянулся за продолжением, тот положил палец на его губы и широко улыбнулся, сползая вниз и убирая одеяло. Из домашних шорт с мишками высовывался бугорок. Не смотря на совместного ребёнка, Хван всё ещё не мог привыкнуть так открываться партнёру. Феликс снял шорты вместе с боксерами, и увидел уже вставший член. Он опалил головку своим дыханием, на что услышал шипение. Ёнбок взял в рот только головку, посасывая её, облизывая и играя. — Ликс, пожалуйста.. — Хорошо, папочка, — после этих слов он медленно взял в рот всю длину, постепенно ускоряя темп. Иногда замедляя темп, не давая кончить. Когда он уже собирался опять отстраниться, почувствовал руку в своих волосах, направляющую его движения. Он не стал сопротивляться. Ещё раз всасывая всю длину, он почувствовал тепло во рту, растекаещиеся по горлу. Он открыл рот и, о господи, как это пошло выглядело. Перед Хёнджином сидел весь растрёпаный, со спермой во рту и сбившимся дыханием Феликс. Сперма начала капать с языка младшего, и во избежании этого, Хван поднял пальцем подбородок Ли, чтобы тот всё проглотил. После этого действия он опять прильнул губами, уже не спеша проталкивать свой язык. Потом старший почувствовал приятную теплоту, и не понял, откуда у ликса столько слюны, а потом до него дошло, что тот проглотил не всю сперму. — Ты что творишь?! — Хаха, понравилось? — он указал на вновь появляющийся бугорок. — Ой, иди в жопу. — Если только ты в мою, — он пошёл к тумбочке доставая смазку. Снял с себя шорты с боксерами и начал растягивать себя, попутно выдавливая стоны. Эта картина была настолько развратной, что ни Хёнджин, ни его член не могли сдерживаться. Хван убрал руки Ли, и сам начал растягивать дырочку. Сначала один палец, потом второй, затем третий, а дальше.. пустота. Но это длилось не долго, так как Ёнбок почувствовал в себе орган, сразу нашедший простату. Стоны Феликса вырвались один за другим, хотя Хван совсем немного шевелил стволом. После активных движений, Феликс стонал во весь голос, ни боясь никого и ничего. А что? Пусть завидуют, ведь этот прекрасный мужчина с тёмными волосами, длинными и красивыми пальцами, руками с венами, высоким ростом, пухлыми губами, замечательным смехом и модельной внешности только его. Голос старшего был также прекрасен, особенно в момент стонов, как например сейчас. — Хён...д-джи..н, я... с-сей..йчас... — Давай, солнышко, ты заслужил, — с рыком в голосе сказал Хван, после чего и сам кончил. Выйдя из размякшего тела, он упал без сил, но всё же нашёл их, чтобы убрать синюю прядь с прекрасного лица. Они улыбнулись друг другу, и в объятиях уже хотели уснуть, как на телефон Хёнджина поступил звонок. — Э, отцы года, про чадо своё не забыли? — Нет конечно, уже одеваемся и выходим, а что? — Вот зачем врать, а? Я по голосу слышу, и догадываюсь зачем вы ребёнка сбагрили. Меня уже другие люди просвятили, — Феликс на заднем фоне превратился в чайку, а Хёнджин просто хихикнул в трубку и сказал что скоро будут. — Хён. — А? — А нам же его ещё будет нужно к горшку приучать... — И заниматься половым просвящением... — Ты совсем?! — А ты хочешь чтобы он сам порнуху в тихую смотрел? — Он не будет таким заниматься! — Поживём увидим, а пока думай о горшке, — на лице вновь появилась улыбка. — Вот чёрт, мне ещё отмываться нужно. Спасибо, Хван Хёнджин. — Ну солнышко, не злись, не забеременеешь ведь, — комната озарилась звонким смехом. — Как смешно, а отмывать ты меня будешь? — Могу. — Давай, — и они вдвоём пошли в душ. Через 40 минут оба были чистенькие и одетые у порога дома, чтобы выехать за малышом. Через полтора часа они уже снова сидели дома и играли со своим сыном. А тот в свою очередь начал ползать, на что оба отца пустили слезу от счастья, что их ребёнок уже так вырос.