Двойное попадание

Звуки взрыва быстро заставили прийти в себя, переключив внимание с внутреннего мира на внешний. Рыдания стихли под давлением плохого предчувствия. Обычное состояние для организма, в преддверии типичных проблем для ниндзя. Конечно, разрешить ее могли и без ее участия, но Наруто привыкла быть впереди всех. А если перевести на лисий - лезть туда, куда не просят, а на учихвоский - выскочкой. Поэтому, громко шмыгнув, Наруто поспешила вытереть пыльным рукавом остатки проявленной слабости, но сделала только хуже. Опухшие глаза зачесались от мелкого песка. Первой быть не получится. Наверняка, и Тобирама, и Хаширама, уже выдвинулись в сторону взрыва, пока она тут размазывает по лицу сопли. Грязно выругавшись, она встала на ноги, безуспешно пытаясь проморгаться. Очевидно, что тереть глаза грязными руками - плохая затея. Очень плохая, раз вытерла их до такой степени, что ей мерещится Широ Зецу, которого здесь быть не должно. Но и поднявшись на ноги, принимающий все более четкие контуры, Белый Зецу оставался на месте, бессовестно мозоля взгляд. Жирный такой намек, что ей не привиделось. Он настоящий. Был настоящим - отсутствие дыхания и рана от меча на грудине, наглядно демонстрировали отсутствие жизни в мутированном теле. — Какого хрена? — замялась на месте Наруто, в упор глядя на труп. У нее на лице явно отразилась высшая стадия неприятия происходящего. — Такого, — Саске кивком указал ей за спину, и Наруто обернулась, споткнувшись взглядом за второй аналогичный труп. — Вот дерьмо! — плохое предчувствие стало чем-то большим, ужасающе тревожным. А в купе с похищением Куро Зецу Шукаку… Наруто мгновенно высвободила Кураму, ища источники злых намерений. Как раз в стороне взрыва нашлась парочка. — Ты, — она указала пальцем на Мадару, — беспрекословно следуешь за мной. И чтобы я не делала, не останавливаешь, — грозно блеснув взглядом, строго произнесла она, олицетворяя крайнюю степень серьезности. Мадара скривился от ее командного тона, тем самым выражая, что интонации ему не по нраву, но Наруто плевать. Надо будет, она за шкирку потащит. Прогремел еще один взрыв. На противоположной стороне от первого. И еще. В строящемся селении воцарился хаос. Учиха помрачнел, во взгляде полыхнули красные всполохи гнева. Сложив печати, Мадара создал клонов. — Отличная идея, — удовлетворенно улыбнулась Узумаки, создавая пять копий. Так ведь будет куда быстрее выявить источник проблем. — Стоит попробовать. К счастью, парами, клоны без помех рассредоточились.

***

Ветер хлестал в лицо. Ветки то и дело цеплялись то за волосы, то за одежду, иногда царапая кожу. Но Наруто было плевать. Она, не видя препятствий, мчалась вперед. Даже тяжелый, осуждающий взгляд в спину, не мешал двигаться к своей цели. А цель заключалась в поисках здешнего Курамы. Она не хотела терять и минуты, боясь, что и Кураму может постичь та же участь, что и Шукаку. «Не может» — оскорбленно отозвался в мыслях лис. «Всякое может быть,» — так же мысленно, парировала Узумаки. Несколькими часами ранее она и подумать не могла, что Черный Зецу будет отлавливать хвостатых, подавляя их волю. А Белый Зецу, вместо того, чтобы по-прежнему оставаться заключенным в кокон жертвой Шинджи, разгуливал по отстраивающейся Конохе, стравливая ранее враждующие Кланы, перечеркивая все усилия по достижению мира. «Я не настолько слаб, как эта псина сутулая,» — оскалился демон. Наруто тяжело вздохнула. Она ни сколько не преуменьшала сил Кьюби, отлично зная, что девятихвостый и сам в силах постоять за себя. Особенно цельный. В ней же всегда были половинки. Поэтому, вопрос безотлагательным никак нельзя было назвать, но… повинуясь тревожному порыву, она мчалась вперед, несмотря ни на что. Если она не сделает этого сейчас, то изведется. Спать спокойно не сможет, пока не будет уверена, что Курама в безопасности. Эгоистично? Несомненно. Чувство вины беспощадно вгрызалось в сердце, заставляя чувствовать себя паршиво. Мадара молча следовал за ней. И за его молчание она благодарна. Только нотации выслушивать не хватало. Без него понимала, что поступила, как всегда, глупо. Убежать сразу после уничтожения Белого Зецу из селения – плохая затея. Очень плохая. Вероятность повторения катастрофы велика, как никогда, а она единственная, кто может разобраться с проблемой. И она свалила. Просто взяла и без объяснений бросилась в лес, не оставив никому выбора, кроме как смириться с ее порывом, а Мадаре и вовсе последовать за ней. А ему, как главе клана, не желательно было покидать территорию. Его обязанность - находиться в тяжелые моменты рядом, и разбираться с последствиями проблем. Его авторитет итак пошатнулся в связи с перемирием, а сейчас и вовсе грозил рухнуть. Подавлять угрызения совести невероятно сложно. Вот-вот и чувство вины сведет с ума. — Мы не Белого Зецу преследуем? — впился в спину вопрос. Наруто вздрогнула. Понятно, почему с такой легкостью ей дали уйти. И почему Мадара безропотно следовал за ней. Все они решили, что она почувствовала врага. И доверились ей. А она не оправдала их доверия. — Нет, — отозвалась Наруто. Ответом ей послужил удар в спину, сбивший с пути. Нет, не удар, Мадара в одно мгновение поравнялся с ней, и с силой впечатал в ближайшее дерево, едва не сломав то. Наруто поморщилась от тупой боли в позвоночнике, и затылке. Но язык прикусила, оставив все свое возмущение при себе. Взгляд Мадары, хоть полный злости и гнева, не вызывал в ней обыденного желания показать, что плевать ей на его амплуа плохого парня. Его агрессия, в этот раз, грозила раздавить ее. — У тебя в голове, кроме ветра, есть еще что-нибудь? — он смотрел на нее, как на врага народа. Его взгляд резал наживую. Лучше бы он на нее с кулаками полез, а не смотрел так пронзительно, осуждающе. Наруто потупилась, не в силах держать зрительный контакт. Она понимала, что не права. Пальцы Мадары с силой впились в плечи, когда молчание с ее стороны, можно охарактеризовать красноречивым. Словесных нотаций не последовало, как и ожидаемых обвинений в эгоистичности. Мадара убрал от нее руки и потер лицо, отворачиваясь от нее, словно не в силах был смотреть. — Какого демона ты творишь? — в вопросе не было ни упрека, ни возмущения, только усталость и мрачное смирение. Мадара, в отличии от Саске, быстро смекнул, что сопротивляться бесполезно. Именно поэтому она не попросила Теме перенести их в тот самый храм, где они видели Кьюби. Было очевидно, что нарвалась бы на категоричный отказ. И не только потому, что ситуация в селение сложилась напряженная. — Спасаю нас, — тихо произнесла Наруто хлипкое оправдание, исподлобья поглядывая на своего спутника. Не думала она, что его осуждение так сильно отразится на ее моральном состояние. Мадара всегда был тем, на чье мнение плевать хотелось. Неприязнь, с налетом ненависти, на отлично справлялись со своей работой, не давая ей ни малейшего повода, чтобы переживать за него, или волноваться о том, что он о ней подумает. Но сейчас… от его реакции хотелось свернуться в клубочек, предаваясь самобичеванию. Отвратительное чувство. — Спаси меня от своей глупости, — Мадара перехватил ее взгляд, окатив очередной порцией гнева, неустанно полыхающего в глубине темных глаз. Злость его никуда не делась, продолжая тлеть внутри. — Они начали сбор хвостатых. Белый Зецу. Это все попахивает пришедшим в исполнение планом Вечного Цукиеми, — Наруто жутко хотелось оправдаться, чтобы вина не пыталась разорвать в клочье сердце. Но не понимала, как правильно сделать это. Мысли и без того в беспорядке. — Вот поэтому мы должны быть там, а не бежать туда, незнамо куда, — вспыхнул Мадара, и ее обдало подкашивающей ноги порцией Ки. — Мы направляемся в Кумо, — обозначила то место, куда она так стремилась попасть. — Мы возвращаемся, — твердо произнес Мадара. Нет, не смирился. Она ошиблась. — Нет, — скрестила на груди руки и с вызовом посмотрела на Учиху. Всем своим видом Наруто демонстрировала, что пойдет исключительно вперед, и не в его силах помешать ей. — Ты хоть понимаешь, что стоит на кону? — он медленно двинулся в ее сторону. Точно хищник, пытающийся загнать свою жертву в угол. — Я глава клана, я должен находится сейчас там. Моя прямая обязанность – защищать людей и свою территорию, а не бежать в какое-то там Кумо, — цедил он слова, словно змея яд. — Понимаю, — поддалась вперед Наруто, раздражаясь. Конечно же, в ответ он презрительно хмыкнул, не веря, что она понимает всю степень его ответственности. — И меня гнетет чувство вины, что вынуждаю тебя следовать за мной, — выпалила она то, что тяготит душу. Конечно же, Учиха не поверил, встретив ее чистосердечное признание откровенным недоверием. — Я не заставлю тебя понимать и прощать меня за мои поступки и действия, которые противоречат твоим устоям. Я делаю то, что в перспективе поможет отсрочить катастрофу - иду за девятихвостым биджу, чтобы объединить его с запечатанным во мне Курамой. Теперь понимаешь? — и выжидающе уставилась на Мадару. Почти умоляюще. Конечно же, она могла бы заставить его силой идти следом за ней. С ним справится гораздо проще, чем с непреклонным Саске. Только вряд ли им пошло на пользу, если бы она потащила Учиху за собой на силу. Её превосходство итак частенько проходилось по чувству его достоинства. А гордость у красноглазых, наравне с жизненно важными органами. Так что, этот вариант из последних. Ведь всегда можно договориться. Но, пока что, получалось из рук вон плохо. Мадара вот-вот раздавит ее совесть своими словесными манипуляциям, умело играя на чувствах. Но Наруто настолько упряма, что проигнорирует это. Даже истекай она кровью, или окажись без ноги или руки, все равно бы двигалась к поставленной цели. Любые препятствия преодолимы, пока она горит своими идеями. Этого у нее не отнять. Так что, убитую чувством вины совесть, она переживет, отложив на потом. — Тем самым ты накличишь опасность на нас, — очередная словесная нападка, призванная ее ментально размазать. Он безжалостно давил на больное, оживив в памяти воспоминания о нападении Пейна на Коноху. Только в том случае реально случилось чудо, здесь такого не будет. — Зато мы будем прекрасно осознавать, что они придут к нам. И будем готовы, — парировала она. Так себе стратегия, но рабочая. — Не явятся. Не за чем теперь, — медленно проговорил Мадара, реально задумавшись над ее словами. — Как я понимаю, Куро Зецу крутился вокруг меня, в надежде, что я воссоздам Риннеган. Теперь он ему не нужен, раз призвали Гедо-Мазо и без него, о чем свидетельствует появление Широ Зецу, — Учиха хмурился, высказывая вслух сложившуюся логическую цепочку. Наруто, пока вылавливала Широ, быстро его ввела в курс дела. — Явятся, потому что Курама будет у меня, — уверенно произнесла Наруто, ухмыляясь так, будто бы уже выиграла войну с Зецу. — Если мы этого не сделаем, они соберут хвостатых, и где-нибудь далеко-далеко от нас воплотят задуманное. Мы и глазом моргнуть не успеем, как погрузимся в вечную иллюзию. А если и смекнем, и опять же, не попадем под гендзюцу, то противостоять Кагуе куда сложнее, чем этой черной твари. Наруто поежилась. Эта женщина, будь она богиней, пришельцем, или самой могущественной куноичи, или кем она там являлась на самом деле, почти в одно мгновение уничтожила мир. Она реально боялась Кагую. Боялась так сильно, что внутри все холодело и по коже тек холодный пот, а мышцы сковывал паралич. Она жила с этим страхом все это время. Просто сейчас он отошел далеко на задний план. Поглощенная другими проблемами, она отвлеклась, забываясь. Даже сейчас, представив, что может повториться схождение кроличьей богини, ее затрясло. И в большей степени от страха, а не от негодования. Призраки прошлого быстро завладели сознанием, окуная в водоворот боли и ужаса. И она чувствовала себя той самой трусливой девчонкой, которая на первой серьезной миссии, при виде врага, хотела броситься наутек, истошно крича, но испуг был настолько велик, что придавливал намертво к месту. Одно только воспоминание о Кагуе норовило сломать волю. Сейчас она была один на один с этой непроглядной бездной. Без Саске, который всегда помогал держаться на грани, по самой смехотворной причине - если он может, значит и она сможет. Из трасна ее вывело тепло, схлеснувшееся с леденящим душу кошмаром. Наруто несколько раз моргнула, чувствуя, как глаза жжет с непрошенных слез. Втянутый со свистом воздух, как будто бы царапал сжатое спазмом горло, тяжело опускаясь в легкие. Под ребрами выпустила свои когти боль - все это время она не дышала, и вдох оказался мучительным. То, что ее накрыло - паническая атака. Спасительное тепло поднялось от лопаток по шее, к затылку. Мягко коснулось макушки, путаясь в волосах. Приятные мурашки, щекоча, опускались вниз по позвоночнику, разбегаясь по коже, прогоняя остатки сковавшего ее холода. — Ты как? — она бы не назвала тон, прозвучавшего вопроса Мадары, беспокойным или взволнованным. В его голосе не было ничего, что бы указывало на это. Потому что, подобного не могло существовать в отношении нее. Между ними царила неприязнь, на грани ненависти, и бесчисленное количество попыток доказать незаинтересованность в друг дурге. Наруто обозвала бы то, что сейчас происходило, дежурной учтивостью с привкусом равнодушия, если бы не его пальцы, аккуратно перебирающие светлые пряди на затылке и размеренный стук его сердца у нее под ухом. Она уже пришла в себя, и трезво глядела в лицо реальности, а не призракам прошлого, поэтому ему уже можно отстраниться, продолжая буравить злым взглядом, транслируя пренебрежение и недовольство. Но он по прежнему обнимает ее, согревая озябшее тело и измученное сознание. А она рада стараться, прижалась плотнее, ища утешения в подствленном плече, а точнее, груди. — Лучше, — Наруто силилась понять, как реагировать на происходящее. Как трактовать его поступок. Жалость, или же поддержка? Но перегруженный и раскисший мозг отказывался анализировать происходящее. Сил не осталось. Этот день, богатый на всякого рода происшествия, вымотал всю душу. — Это надо было сначала обсудить со всеми, — пожурил ее самостоятельность, на грани эгоизма, Мадара. — Возможно, коллективно мы бы придумали что–нибудь получше, чем это. — Другого выхода нет. Тепло чужого тела манило и успокаивало. Учиха согревал, подобно костру в прохладную ночь. Только ради этого она готова до скончания веков притворяться слабой. Наруто устало прикрыла глаза, ожидая, когда он оттолкнет ее. Сама она не хотела отстраняться, несмотря на то, что сил в ней предостаточно. Физических. Моральные же, были где-то на дне. — А ты подумала о том, что энергия Лиса войдет в резонанс? В тебе лишь часть. Энергия Ин будет преобладать над Ян, — выходило, что Мадара отговаривал ее, ища аргументы в другом месте. — Язык мой - враг мой, — фыркнула Наруто, сетуя на то, что поведала Основателям слишком много деталей. Интуиция подсказывала, что это существенный риск, но она была уверена в хорошем исходе событий. — Буду решать проблемы по мере их поступления, — думать о последствиях, дабы предотвратить нежелательное? Это для слабаков. Да и нет у нее ни времени, ни терпения, чтобы все обмозговать, как следует. — Эта версия Кьюби может воспротивиться, — зато у Мадары было и время и желание думать над этим. Вот и пускай думает, раз ему хочется, зря сотрясая воздух. — Это ты сейчас беспокоишься обо мне? — весело поинтересовалась Наруто, слегка отстранившись, чтобы заглянуть Мадаре в лицо. Учиха скривился так, будто бы его заставили съесть протухшую рыбу. Наруто рассмеялась. Мадара отпустил ее и отступил, делаясь камнем, а ей что и осталось, так это подавлять рвущееся наружу возмущение - хотелось и дальше стоять вот так в обнимку, наслаждаясь эфемерным чувством безопасности и уюта. — Многое о себе мнишь, — холодно проговорил он, возвращая вид надменного и высокомерного аристократа. Наруто припомнила бы ему поцелуй и, предшествующие ему, попытки доказать, что она возомнила о себе невесть знает что. Но вовремя прикусила себе язык. Споры лучше оставить на потом. — Я – лучик солнца в твоей черной жизни, — пафосно изрекла Узумаки, самодовольно улыбаясь. Мадара закатил глаза. И напряжение, сковывающее их, отпустило совсем. — Пошли. Быстрее дойдем, быстрее вернемся назад, — посерьезнела она, и, не став дожидаться согласия Мадары, двинулась вперед. — Ты заноза в моей заднице, — парировал Мадара, нагоняя ее.