Не в мою смену

Санами проснулась. Она сладко потянулась и, открыв глаза, увидела кого-то впереди. Парень, который лежал на соседней койке – она его узнала. Санами видела его в цветочном магазине Ханы, это же... Фуу Яманака! "Что с ним случилось?" – подумала блондинка и привстала, откидываясь на спинку кровати. Принюхавшись к аппетитному аромату, она повернула голову и нашла на тумбе возле себя поднос с едой: чай с сахаром, рис и суп. Она с удовольствием поставила поднос на кровать и приступила к еде. Скоро покончив с ней, она убрала поднос назад на тумбу и довольно улыбнулась. На душе было легко-легко, только одно гложило ее... Вдруг в палату постучали. Санами замерла на месте, когда увидела, как глава Учих заходит в комнату и молча ставит стул рядом с ее постелью. – Тебе лучше? – спросил он. – Только что проснулась, – девушка пожала плечами. Мадара сел на стул. Он рассматривал ее, словно сканировал, пытаясь найти ответ на свой вопрос. Он очень долго молчал, показалось Санами, и она уже неловко заерзала на месте, ища на что бы отвлечься. – Многое я заставил тебя пережить, – произнес вдруг он. Внимание девушки снова приковалось к нему. – Вы... – начала она неуверенно, но тут же разозлилась. – Да! Из-за вас я потеряла жилье, из-за вас мы поссорились, да и вообще!.. – Я всегда думал о клане... – он неосознанно оперся рукой о край кровати. Санами долго смотрела на него и, кажется, впервые видела его грустным. Она положила свою руку на его ладонь. – Если бы я этого не хотела, я бы ушла сразу, – серьезно проговорила она. Они смотрели друг другу в глаза, казалось, вечность. Многое этот Учиха хотел бы сказать в этот момент, но не мог. Он всегда неосознанно надеялся, что люди поймут его без слов. Самые близкие, к слову, справлялись. – О себе я забыл задолго раньше... чем о тебе, – Мадара горько усмехнулся и забрал ладонь. Он встал и подошел к двери, нажимая на ручку. – Поправляйся, – сказал он, не оборачиваясь. – Вы уже уходите? – с печалью спросила девушка. Он закрыл дверь. Санами устало положила голову на стену позади. Вот она – эта оставшаяся проблема, которая и гложила ее. Теперь, когда с Хикаку все улажено, Санами вспомнила о себе. И поняла, что, кажется, влюбилась... Мадара всегда был неприступной горой. Порой девушка не понимала всех его действий – так она думала. А вышло наоборот. Он, как и она, отдал все ради других, но забыл про себя. И Санами понадеялась, что, может, сейчас, когда они пустили всех себя на помощь другим и наконец справились... у них появится шанс?.. Санами обняла себя двумя руками и грустно шмыгнула носом. Не похоже, что Мадара готов, только... зачем тогда он приходил?.. Сенсей не заметила, как в палату вошла медсестра. Она справилась о ее самочувствии и пообещала скоро принести обед. Тогда Санами нашла часы на стене и обнаружила, что уже час дня. – Простите, – перед тем как уйти, медсестра была остановлена Санами и ее вопросом. – А что случилось с ним? – сенсей указала на соседа по палате, Фуу, который совершенно не приходил в себя. Медик вздохнула и ответила: – Истощение... Миссии миссиями, но до такого доводить нельзя! Надо же кушать в конце концов!..

•••

Мадара шел по улице Конохи в хмурой задумчивости. Спрятав руки в карманы штанов, он думал о себе, о клане и... о Санами. Он врал себе, что пришел к ней, потому что она помогла его клану. Он обманывался тем, что Санами заслуживает жить в его клане именно за ее подвиг. Он с радостью спишет свою привязанность к ней на что угодно, лишь бы не быть честным, прежде всего, с самим собой. Учиха остановился, когда проходил мимо одного заведения. Сквозь распахнутые двери кафе он увидел Обито, Рин и их товарища Какаши. Разговор донесся до его ушей. – Ты не можешь позировать для изображения на скале в очках, Обито! – возмущалась Рин. – Почему?! Этой мой стиль! – возмущался он в ответ. – Потому что если тебя изобразят в очках, будет казаться, что у тебя нет глаз, – ровным тоном объяснял Какаши. – А если глаза все-таки изобразят, то будет казаться, что они выпали из орбит. Будешь Хокаге-посмешищем. – Че сказал?! Мадара пошел дальше. Так, он дошел до дома брата. Когда ему было плохо, Изуна – единственный, кому он мог довериться. Изуна тем временем куда-то намылился. Мадара застал его завернутым в длинный халат и танцующим перед холодильником. Он намазывал паштет на хлеб. – Куда это ты собрался? – угрюмо спросил старший, закрывая за собой сёдзи. – Нии-сан! – Изуна испуганно обернулся и схватился за грудь. – Ты бы хоть стучал! – он шумно выдохнул и с осуждением покачал головой. – Я иду на массаж! Разомну уставшие косточки! Мадара поморщился и сел за стол, смотря на то, как валит пар из чайника со свежезаваренным чаем. Воспоминания о чае Санами, которым она как-то его угощала, пронеслись в голове, хоть он того и не хотел. Мадара стиснул челюсть. – Наливай, я же знаю, ты любишь, – бросил вальяжно Изуна, который за чем-то потянулся на верхние полки гарнитура. – Я заказал у Яманака букет к инаугурации Обито. Обещали сделать за полчаса. Надо будет забрать. "Букет", – повторил про себя Мадара и недовольно цокнул. Кто же из его знакомых так любит цветы? – А Изуми решила податься в учителя Академии, – Изуна сел напротив Мадары с двумя чашками в руках, как вдруг заметил, что у брата дергается глаз. Он поставил кружки на стол и, следя за тяжелым взглядом Мадары, сложил руки, как школьники за партой. – Я слышал, Санами выписывают в три. – Ты специально? – гневно рыкнул старший Учиха. Изуна довольно улыбнулся. – Нии-сан, – говорил он деловито, – иди в больницу, встречай Санами. – У меня дела, – сухо ответил тот. – Я обо всем позабочусь. Мадара тяжело вздохнул. Изуна продолжил: – Ты сделал все, что мог. Ты добился того, чего хотел. Хватит, Мадара, иногда надо думать о том, чего хочешь ты. – Я хочу блага для клана. – Клан счастлив, – заверил младший. – Иди, скоро она начнет собирать вещи. Мадара неохотно встал из-за стола и направился к двери. Он выглядел со стороны, как инопланетянин, пытающийся проанализировать все до мелочей. Он открыл сёдзи. – Я все равно проверю, – серьезно доложил он отоото. – Ну, разумеется! Иначе ты не Учиха Мадара! – воскликнул Изуна.

•••

Мадара остановился прямо перед дверями больницы. Учиха постоял минуту, потом был деликатно подвинут выходившими из здания людьми и, поймав дверцу, зашел внутрь. Слева сидел секретарь, а возле него стоял охранник в зеленом жилете, который отдал честь главе полиции. Учиха кивнул ему и сел на потертые мягкие диванчики, стоявшие вдоль бледно-желтых стен. Учиха положил локти на колени и уперся взглядом в пол. Мимо прошли пациенты в сопровождении врачей. Они оставили за собой шлейф медицинского спирта, и Учиха поморщился. Он взглянул на круглый циферблат, который висел над входом. Чем больше он ждал, тем яснее осознавал, что его место здесь. Он со скрипом поднялся и принялся медленно ходить из стороны в сторону. Скоро он услышал знакомый голос и обернулся. Санами тащила в руках небольшой, но, судя по всему, тяжелый чемодан – тяжелый для того, кто только что выписался из больницы. Она вышла из палаты, помахала кому-то рукой, кого-то поблагодарила и пошла навстречу. Девушка сразу же заметила Мадару и застыла в проходе. Учиха сам подошел к ней. – Ты встала на ноги, – сказал он, подходя к ней. Он потянулся к ее чемодану. – Да... – растерянно ответила Санами, рассматривая Учиху, как привидение. – Время пролетело незаметно... Санами отдала ему чемодан. Он пошел к дверям. Она за ним. – Куда ты пойдешь? – спросил он, как только они вышли на улицу. – Думаю, пока к подруге. Потом придется вернуться на родину. Санами оглянулась: в саду больницы цвела сакура. Запах розовых деревьев окружил их со всех сторон. Она с удовольствием вдохнула аромат, запрокидывая голову, чтобы полюбоваться голубизной чистого неба. – Ты помогла моему клану. Чего ты хочешь взамен? Проси. – М? – Санами отвлеклась от невольного любования розовыми лепестками. – Исполню любой каприз, – утверждал он. – Все, что угодно? – спросила она, и легкий теплый ветер затрепал светлые волосы. – Все, что хочешь. – Вы сделаете? – Санами хитро сощурилась. – Обещаю, – твердо ответил Мадара. Извилистыми изгибами ветер пронес лепестки сакуры мимо девушки. Санами внимательно следила за ними, пока они не покачались в воздухе, как облако, и не осели на землю. Тогда Санами сказала: – Будь со мной искренним, – она подняла глаза с земли и встретилась глазами с ним. — Хотя бы раз. Мадара не думал долго. Он знал, чего хотел. Учиха аккуратно поставил чемодан на землю и сделал пару шагов навстречу девушке. Оказавшись близко, он остановился, следя за ее реакцией. Ее щеки порозовели. Он убрал прядь распущенных волос у лица за ухо, и его ладонь легла на ее щеку. Он притянул ее к себе и поцеловал. Санами обняла его в ответ.

•••

Итачи и Изуми лежали на траве. Шум водопада шелестел где-то вдалеке, за спиной, но не сбивал своей силой поток мыслей, текущих непрестанно в голове Итачи. Он любил размышлять, возможно, делал это даже чаще, чем стоило бы! Однако в этот раз – в отличие от всех прошлых дум – мысли вещали ему о том, что приносило ему радость. Изуми, лежавшая рядом, тыкавшая пальцем в небо и постоянно что-то вещавшая; клан, осознавший наконец, что деревня – не враг, что они могут жить мирно, что жители и верхушка готовы принять Хокаге-Учиху; глупый младший братик, прибегавший из Академии и хваставший достижениями перед отцом за ужином... – У меня есть чувство... – Итачи заговорил тихим, низким голосом, и показалось, что тяжелые мысли снова ненадолго завладели его умом, – будто все могло быть по-другому... Итачи поднял глаза к небу и едва уловимо, невесомо, как пушинка, улыбнулся. – Спасибо за то, что все сложилось именно так. Изуми залюбовалась его улыбкой. Девушка сжала его ладонь в своей. Она чувствовала, что то бремя, которое лежало на его плечах все это время, исчезло, что он стал свободен в своих мыслях и чувствах, что теперь он по-настоящему счастлив. Изуми улыбнулась еще шире. – Эй, ну что?! Когда свадьба?! – они услышали крик со стороны леса. Изуми приподнялась и увидела Шисуи в компании Акеми. – Какая свадьба, о чем ты?! – закричала Изуми. – Вроде бы старше, а такой дурак! – А-ха-ха, а что я сказал? – виновато засмеялся Шисуи. – Мы идем смотреть инаугурацию, – Акеми поставила ладони ко рту, чтобы ее было лучше слышно. – Вы идете? – Скоро подойдем! – выкрикнула Изуми. Шисуи и Акеми пошли дальше. Они прошли сквозь редкий лесок, и на подходе к площади Акеми вдруг резко остановилась и потянула Шисуи за руку. Учиха, не ожидавший такого, вопросительно посмотрел на нее, замечая, что она волнуется. – Шисуи, скажи мне честно, – заговорила она тихо. – Тебя что-то тревожит? Ты устал от чего-то? – она вглядывалась в его лицо. За его спиной уже виднелась деревня. – Может, от какого-нибудь долга?.. Расскажи мне, умоляю. Шисуи нахмурился. Акеми напряглась. А что если он скажет "да"? А что если он чувствует что-то подобное? Акеми закусала губу – ей давно нужно было поговорить с ним об этом! Заводить такие серьезные разговоры в разгар праздника, может, и не самая лучшая идея, но Акеми больше не могла ждать. Она напряглась всем телом. Она ждала ответа... а Шисуи ка-а-ак... засмеется! – Ничего подобного! – возразил он с искренним удивлением. – Я счастлив! Почему ты спрашиваешь о таком? – Мне как-то приснился странный сон... – Акеми продолжила, но уже выдохнула, постепенно забывая свои тревоги. Она неловко улыбнулась. – Будто ты говоришь, что устал от долга... Учиха хмыкнул. – Это слова отчаявшегося человека, – Шисуи взял ладонь девушки и пригласил идти, – это не про меня! Акеми широко улыбнулась и обняла Шисуи крепко-крепко. – Я давно хотела тебе кое-что сказать... – Шисуи обернулся к ней. Девушка нервно сглотнула. Они оба замерли, повисла пауза... – Не ходи ты на этот водопад! У меня от него мороз по коже! – эмоционально закричала Акеми, оттаскивая Шисуи в сторону от леса. Учиха громко рассмеялся.

•••

Перед тем как отправиться лицезреть событие года, Изуна решил цепануть с собой брата. Однако уже на подходе к дому его насторожили открытые сёдзи. А уж когда он увидел на пороге незнакомый, но разобранный чемодан, и вовсе подумал, что ошибся дверью. Нии-сана, который жевал онигири за столом в новом синем халате, Изуна в упор не заметил и отправился сразу к лестнице. – О-о-о... – протянул он, зайдя на второй этаж в комнату брата. Справа теперь стоял шкаф. Рядом со шкафом прибились крючки для одежды, и последняя висела на них аккуратным, проглаженным по стрелочкам строем. Он пошел дальше. У кровати появилась тумба, плиточный пол в ванной отрастил себе ковер! В душевой кабине горой ломились понаставленные на полочке тюбики с гелями и шампунями для ухода за непослушными волосами. Изуна спустился на первый этаж, задумчиво почесывая затылок. Довершил картину агератум прекрасного синего цвета в горшке на подоконнике. – Ничего себе... Вот это перестановочка... – Я научу его здороваться, он пока плохо поддается дрессировке, – сказал Мадара, на что Санами, брызгавшая цветы в горшке из пульверизатора, рассмеялась. – И это все за одно утро! – Изуна выкатил глаза по семь копеек и упал за стол напротив брата. – Санами, ты меня пугаешь! – Мой дом наконец-то напомнился уютом, – Мадара промурлыкал, как большой, довольный, толстый кот, и заел жареную креветку листом сухой нори. Только сейчас Изуна заметил, что на столе стояли чаши с супом, креветками, нори, грибами и рисом. В центре композиции пыхтел паром пузатый чайник. Они вышли из дома спустя пару минут, и младший Учиха не переставал гундеть всю дорогу. – Ты бы присмотрел за ней, а, – шептал на ухо Мадаре Изуна, идя по улице. – А то скоро заведешь кота, будешь каждый день чистить лоток... Вставать в шесть утра, стоять со шлангом, поливать огурцы в огороде!.. На главной площади Конохи собралось много народу этим днем. Учиха, Хьюга, Сарутоби, Яманака... Мадара, Изуна и Санами протиснулись сквозь толпу, занимая место в партере: все-таки их оболтус сегодня коронуется! – Жители Конохагакуре! – объявил Намикадзе Минато. Он стоял на крыше резиденции Хокаге. – Я представляю вам нового, Пятого Хокаге! Учиха Обито! Было так ярко, что не понятно: это солнце вышло из облаков или Обито воссиял от радости. Итачи зажмурился, как жмурятся люди с плохим зрением, когда пытаются понять, что это вдалеке: кот или черный полиэтиленовый пакет. Шисуи занес руку надо лбом и широко улыбнулся. Изуми и Акеми взялись за руки и по-девичьи взвизгнули. – Я же говорил. Он годится в Хокаге! А ты "нет-нет"... – сказал Мадара Изуне и нарошно не обратил внимания на то, как отоото испелил его драконьим пламенем, повалившим из ноздрей. Жители деревни зааплодировали. "Вперед, Обито!" – услышал Мадара рядом с собой. Это была Рин. Глаза Обито наполнились слезами. Мадара с усмешкой покачал головой. Когда все закончилось, Учихи вернулись в квартал. Сегодня там был праздник.

•••

Глава клана шел по кварталу. Играла музыка. От одной крыши к другой тянулись вывески с поздравлениями и гирлянды-огоньки. На небольшой площади в центре квартала, недалеко от здания полиции, накрыли, так сказать, поляну: расставили небольшие столики, устроили ярмарку, бесплатно раздавали данго... В этот день вся деревня развлекалась в квартале Учих. Мадара прошел мимо круглых столиков и услышал чей-то возглас "как круто, что вы близко к центру деревни! Пять минут от дома – туса!". Учиха самодовольно улыбнулся. Мимо него прошла старушка. – Этот праздник – замечательная идея, Мадара-сама, – сказала она ему и поклонилась. – Благодарю. Отныне между кланом Учиха и деревней будет мир. Она одобряюще кивнула и пошла дальше. Вдалеке, среди данго и прочих сладостей, Мадара увидел Санами. Она была в темно-шоколадном кимоно, вышитом белоснежными цветами. Она тоже видела его и ждала, когда он подойдет. – Я не умею, – неловко отозвалась она, когда Мадара пригласил ее потанцевать. – Научу. – Из твоих уст это звучит угрожающе, – сказала она и засмеялась, вкладывая свою ладонь в его. Он приобнял ее за спину, отчего девушка засмущалась, но постаралась это скрыть. – Наконец-то все закончилось, я так рада! – признавалась она, пока на фоне звучали медленный танец и веселая брань в очереди за сладкой ватой. – Хикаку вернулся, мы так долго к этому шли! Я поняла, что добро должно быть с кулаками, вот только... – она неловко пожала плечами, опуская глаза, – ... что если я не умею? – спросила она, поднимая вновь взгляд и встречаясь с черными глазами Мадары. – Все нормально, – заверил он ровным тоном, – достаточно найти того, кто согласится быть твоими кулаками. Санами ярко улыбнулась, как улыбаются счастливые люди. – Так тебе нравится клан Учиха? – Мадара по-лисьи сощурился. Санами неловко сделала оборот в танце. – Пожалуй, – она с любопытством следила за его реакцией. – Вы подарили мне бесценный опыт. Благодаря вам я умею общаться и с хорошими людьми, и с черствыми сухарями. – Последнее – про меня? – спросил Учиха. Санами весело покачала головой. – Главное, что теперь можно, наконец, выдохнуть, – на выдохе высказалась девушка. – Еще нет. – Как нет? – Санами распахнула глаза. – Осталось еще кое-что... На этих словах Учиха хитро улыбнулся, а Санами замерла на месте в изумлении.

•••

– Ой, спасибо вам большое! Вы так щедры! – радостный возглас Санами раздался в прихожей ее некогда арендованного жилища. – Что ты, Санами-чан! Рад иметь дело! Съезжаешь – пожалуйста! Никакой залог платить не нужно! Щеки хозяина как будто неестественно поднялись кверху. Он неловко крехтел и был любезен, как никогда. – Замечательно! – радостно подпрыгнула девушка, смотря на довольного Мадару, который держал мужика вверх тормашками за ногу одной правой. – Можешь даже забрать с собой что-нибудь на память... – спертым голосом сказал он и поймал руками край кофты, которая норовила оголить пузо. Санами радостно похлопала в ладоши.