Тварь

Райва пребывал в шоке. Его милое личико так вытянулось в изумлении, что я чуть не засмеялась, но рисковать не стала и поспешно отвернулась, делая вид, что разглядываю небольшую уютную гостиную, в которую меня и императора Шьямалана привёл сойлар. Меня удивил большой камин, в котором, весело потрескивая, горел яркий огонь. Вот, собственно, и всё освещение гостиной. Возле камина стояли два кресла и низкий столик, уставленный спиртным и лёгкими закусками. На полу лежал бежевый ковёр с длинным ворсом, а всё остальное пространство занимали стеллажи с книгами. Сойлар Кайрана и император Шьямалан прошли к камину и уселись в удобные кресла. К ним тут же подскочил Райва, разлил по бокалам ровай и протянул поочерёдно правителям. - Принеси ещё один бокал, Райва, - обратился к молодому прислужнику сойлар, - сегодня нас будет трое. Райва поклонился и вышел из гостиной, а я посмотрела на удобно развалившихся в мягких креслах правителей великих империй, ещё раз окинула комнату в поисках какого-нибудь стула и не найдя ничего лучше, уселась на ковёр возле кресла Кайраны. Сняв лодочки со ступней, я с наслаждением зарылась пальцами ног в мягкий ворс ковра, откинула голову на подлокотник кресла и закрыла глаза. - Удивительно, как сильно доверяет тебе девушка, Кай, - заговорил Шьямалан на вайри, - люди так расслабленно ведут себя только в присутствии родных. "Удивительно, как плохо вы знаете людей, уважаемый император, - подумала лениво, - я просто устала бояться". Да и скорый конец всех этих мучений придавал мне внутреннего спокойствия - всё-таки сойлар смог донести до меня мысль, что Нир скоро забудет обо мне и отпустит. Да, больно, да, обидно, но, наверно, жизнь такой и должна быть - со своими взлётами и падениями. Я позволила себе лёгкую улыбку и открыла глаза. Как раз вовремя - в гостиную вошёл Райва, налил в принесённый бокал ровай и отдав мне, тихонько удалился. Я тут же сделала пару больших глотков и потянулась за красивым красным плодом, похожим на спелое яблоко. - Нет, Саша, - мягко произнёс сойлар по-русски, забрал из моих рук плод и протянул другой, фиолетовый. - Красный фор не пойдёт тебе на пользу, съешь лучше балк, он на вкус напоминает человеческий виноград. Я посмотрела на этот самый балк диаметром сантиметров в семь и рискнула откусить. Фрукт и правда напомнил мне виноград, только намного слаще и сочнее. Кайрана удовлетворённо улыбнулся и обратился на вайри к другу: - Как ты, Шая? Айамиа грустно улыбнулся и посмотрел на огонь в камине, а я получила возможность рассмотреть инопланетянина. Шьямалан был удивительно похож на человека, только идеальные, слишком чёткие черты лица выдавали в нём чужого. Длинные серебристые волосы императора были небрежно собраны в высокий хвост будто в спешке, глаза в свете огня искрились багровым, а тёмные ресницы отбрасывали длинные тени на фарфоровые щёки с россыпью серых пятнышек, создавая впечатление, будто мужчина задумчиво смотрит сквозь пространство, разумом находясь не в этой комнате, а где-то очень далеко. Будто почувствовав на себе взгляд, император посмотрел на меня и на его чувственных губах заиграла мягкая улыбка. А мне вдруг стало так уютно и спокойно, будто меня только что благословил сам Господь и забрал все мои страхи с собой. Я ощутила непреодолимое желание как можно скорее коснуться Шьямалана, обнять его, получить отеческий поцелуй в лоб и даже успела привстать, но была грубо одёрнута назад сильной рукой сойлара. - Шая, перестань. Ты же знаешь, как ваше присутствие влияет на некоторые чрезмерно эмоциональные расы, - услышала я сквозь затуманенное сознание голос сойлара и словно очнулась от гипноза. - Извини, - отозвался айамиа, - я так давно не контактировал с людьми, что позабыл об их восприимчивости к нашей ауре. Восприимчивости? Да у меня такое ощущение, будто я пообщалась с самим Богом, а потом ещё и ребёнком себя почувствовала, давно не видевшим своего отца! Это было сродни сильнейшей эмпатии, какому-то невероятному магнетизму и абсолютному очищению разума от всех насущных проблем. На доли секунды я стала самым счастливым человеком на свете, не знающим забот и печалей. А потом всё резко закончилось. Я кинула недовольный взгляд на удерживающего меня сойлара, но Кайрана даже не взглянул на меня, продолжая осторожно поглаживать меня у основания шеи. - Как прошло пробуждение? - задал вопрос другу сойлар, - в империи порядок? - На удивление всё прекрасно, Кай, - улыбнулся удовлетворённо Шьямалан и поудобнее устроился в кресле, - Риони ди Айв оказался отличным управленцем. Я ни на мгновение не пожалел, что сделал его своим регентом перед тем, как погрузиться в сон. Единственное, что меня пугает, так это ухудшение политической обстановки на границах Зандората. Эти неугомонные ящеры обычно расширяли свои границы, изучая и захватывая никем не заселённые территории космоса, но пару лет назад вдруг передумали и обратили свой взгляд на свободные планеты, захватив с десяток под свой контроль. Бывшие руководители этих планет тут же обратились с просьбой о помощи к Совету Айамийской Империи, но Риони ди Айв не имеет полномочий выносить решений, связанных со вступлением в военные действия, не представляющие непосредственную опасность для империи. Поэтому он, согласно регламенту, отказал в помощи до пробуждения истинного Императора. И вот я проснулся и не знаю, как лучше поступить. Кайрана открыл рот, чтобы что-то сказать, но император остановил его, отрицательно покачав головой, взял бокал с роваем и осушил его одним длинным глотком, поставив его на столик, тем самым показав сойлару, что не хочет развивать эту тему. Кайрана укоризненно посмотрел на друга, но последовал его примеру и тоже выпил ровай до дна, наконец, отпустив мою шею. Я встала, взяла бутылку и наполнила бокалы правителей до краёв, а заодно и себе немного подлила. Мне стало не по себе от услышанного: слишком непредсказуемой оказалась вселенная за пределами Земли, слишком много опасностей поджидало мою маленькую голубую планету на просторах космоса, теперь вот какой-то чересчур воинственный Зандорат с ящерами во главе. Он, конечно, не людям угрожает, но всё же... Я плюхнулась в ноги сойлара и наполовину осушила бокал с роваем, откинув голову на колени Кайраны. - Всё-таки она бесконечно тебе доверяет, - произнёс император. Сойлар протянул руку и погладил меня по волосам. В последнее время Кайрана стал слишком часто касаться меня, но мне нравилось то чувство спокойствия и робкой защищённости, которые дарили мне его осторожные неуверенные прикосновения. Я довольно улыбнулась. - Как её зовут и кем она тебе приходится? - спросил Шьямалан. Мне стало жутко интересно, что ответит своему другу сойлар, и какое при этом выражение лица будет у обоих, поэтому я извернулась и украдкой взглянула на Кайрану. Сойлар печально улыбался, и от этой улыбки по спине моей побежали мурашки. И, кажется, даже император удивился такой реакции друга, поэтому взволнованно спросил: - Что-то случилось, Кай? Вайр ответил спустя долгих несколько минут: - Ты же знаешь, что вайры живут охотой. Охота для нас - единственный способ не переубивать друг друга. Мы находим планеты с условно разумными существами, моделируем возможный путь развития на основе их истории и, если обнаруживается, что данный вид - тупиковая ветвь, высаживаемся на планету и начинаем на них охоту. Сойлар замолчал, но за него продолжил поражённый Шьямалан: - И вы начали охоту на людей? - Да, - коротко ответил сойлар. - Но я столько времени поддерживал эту расу, Кай, я изучал её сотни лет и ни разу не пришёл к выводу об её тупиковости! - в голосе императора явственно читалось возмущение, порицание и негодование. - Они отдалённо похожи на мой народ, Шьямалан: и людской род, и род вайри склонны к самоуничтожению, - попытался оправдаться Кайрана. По-моему, так очень слабенько прозвучал его довод. - Только между нашими расами есть одно существенное различие, - продолжил оправдываться сойлар, - мы в прошлом убивали друг друга, потому что не могли побороть хищные инстинкты, а люди убивают друг друга из зависти. И зависть эта не к духовному развитию личности, а к материальным ценностям. Рано или поздно они бы уничтожили себя сами, Шая. Ого, вот это откровение я только что услышала. Так значит, вайры решили, что человечество всё равно однажды самоуничтожится, развязав очередную войну за ресурсы. А раз это всё равно однажды случится, то зачем ждать, ведь можно утолить свой хищный голод здесь и сейчас, просто приблизив неминуемый конец людской расы. - Ну круто, конечно, - хмыкнула я себе под нос и осушила бокал ровая. Подползла к столику, налила себе ещё и тут же ополовинила бокал, закусив фиолетовым фруктом, названия которого так и не смогла вспомнить. - И как долго вы охотитесь на Земле? - сокрушённо спросил Шьямалан. - Тридцать три года. - И сколько вы уничтожили? - Миллиарды. - Боги всемилостивые, Кай, - выдохнул поражённо Шьямалан, схватившись за голову. Император явно не ожидал настолько огромного числа уничтоженных вайрами людей, - а сколько осталось? - Не более ста тысяч, - констатировал факт истребления человечества сойлар, как нечто само собой разумеющееся. Голос его был спокойным и холодным настолько, что меня передёрнуло, и я поёжилась. А Кайрана продолжил: - Люди хорошо приспособились и научились прятаться, поэтому охота на данный момент проходит в вялотекущем режиме. - Оставь их, Кай, - умоляюще попросил Шьямалан, - люди и так натерпелись. С них хватит и того, что они пережили за эти годы. - Ты же знаешь, что я не могу. Если оставить их сейчас, однажды они наберутся сил и пойдут мстить. - С чего ты взял? - Это в их крови. Вся история человечества буквально кричит об этом. - Кай... - произнёс на выдохе император, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он не сможет переубедить сойлара, подумала я и осторожно поднялась на ноги. В голове было легко от выпитого ровая, а на душе скреблись кошки. Глубокая тоска проснулась в моём сердце и начала потихоньку затапливать каждый уголок души. Я подошла к окну с широким подоконником и поудобнее уселась. - А что тогда здесь делает она? - я услышала тихий голос императора Шьямалана, посмотрела на Кайрану и встретилась со взглядом холодных глаз. - Она - ошибка моего сына, - без тени эмоций на лице ответил сойлар, не отрывая от моего лица ледяного взгляда. Замолчал и вдруг тяжело выдохнул, закрыв глаза, а потом тихо добавил, - и, кажется, скоро станет моей ошибкой. - О чём ты, Кай? - удивлённо спросил император. - Ниарит из-за своей тупоголовости провёл с ней брачный ритуал, а она по своей наивности позволила ему этот ритуал завершить. Сойлар скорбно улыбнулся, сделал большой глоток ровая и продолжил: - Так что мой сын - двоежёнец, Шая. И если об этом узнает вайрийское общество, то его репутация будет растоптана. А ведь Ниарит однажды займёт моё место. Ему править огромной империей, а мальчишка - откровенный дурак! Мало того, что он подмял под себя девчонку низшей расы, так он ещё и притащил её на свою церемонию совершеннолетия, сделал эйили, а потом вдруг втрескался по самые уши в Изалай и не без помощи моей гулящей супруги женился на ней. Кайрана резко поднялся и некрасиво ткнул пальцем в мою сторону, загнанным зверем посмотрел на меня и эмоционально, совсем по-человечески выплюнул: - А знаешь, кто стоял у брачного ложа Ниари и Изалай? Она! Кайрана задержал на мне долгий нечитаемый взгляд, отвернулся и подошёл к камину. Последняя его фраза заставила меня вспомнить ту злосчастную ночь, когда я стояла в спальне молодожёнов и смотрела на то, что не должно видеть никому, кроме самих молодожёнов. Но закостенелые традиции Вайората умудрились извратить самый трепетный момент, который должны разделить супруг и его супруга между собой. И никто чужой не должен смотреть на то, как становятся одним целым мужчина и женщина, связавшие свои жизни навсегда. - Это просто немыслимо, Шая., - вывел меня из неприятных воспоминаний голос сойлара, - Ниарит за эти пару месяцев наделал столько глупостей, что я устал их исправлять. Я не понимаю, что с ним происходит. И, наверно, никогда не пойму. - Он совсем ещё ребёнок, - попытался подбодрить друга Шьямалан, - ему нужно время, чтобы понять этот мир. Кайрана горько усмехнулся и повернулся к императору. Он выглядел в этот момент так, будто хочет сказать что-то очень важное, что-то очень личное, но боится. Может, боится быть не понятым своим лучшим другом? Или боится признаться себе в том, о чём хочет рассказать? Ведь мысли - это всего лишь мысли ровно до тех пор, пока они не преобразуются в слова... Сойлар вдруг сжал кулаки и заговорил, решившись всё-таки сказать то, что хотел: - А знаешь, что самое смешное? Я впервые за много лет начал испытывать эмоции. И первой моей эмоцией была жалость. Жалость к этой бедной девочке. И с тех пор во мне то просыпаются, то снова засыпают те чувства, о существовании которых я даже не догадывался. Он снова посмотрел на меня и резко отвернулся, горько прошептав: - Я часто думаю, что лучше бы Ниари её убил. Я шумно сглотнула и сделала небольшой глоток из бокала. Было непривычно видеть эмоционального Кайрану. Сейчас он неосознанно показал и злость, и удивление, и, конечно, жалость. Захотелось подойти, погладить его по голове и сказать что-то вроде: не переживай, всё будет хорошо. Но он не человек, так что пусть справляется со своими эмоциями сам. Я перевела взгляд на императора Шьямалана и почувствовала тёплое ощущение отеческого поцелуя на своём лбу. Благодарно улыбнувшись императору, я сделала ещё один глоток. А сойлар тяжело упал в кресло. - Знаешь, Шая, мне становится удивительно спокойно, когда Саша находится рядом со мной, - признался сойлар. Я чуть не подавилась фруктом, услышав слова сойлара и незаметно посмотрела на Кайрану - мужчина расслабленно запрокинул голову на спинку кресла и прикрыл глаза. Ничего в его позе не выдавало отношения к сказанному, и я задумалась, какой смысл сойлар вложил в свою фразу. - Так её зовут Саша? - спросил император. - Да. Странное имя. Шипастое. Напоминает твоё. Император рассмеялся: - Интересное сравнение. Совсем не в твоём духе. - Дааа, - протянул сойлар, мягко улыбнувшись, - когда девочка находится рядом, голоса рода в моей голове утихают, а иногда и полностью умолкают. И это так удивительно приятно. Это как штиль после мощнейшей бури. Тишина, за которой приходит умиротворение. Голоса рода? И они звучат постоянно в голове Кайраны? Это же, наверно, невыносимо. И, кажется, я поняла, почему взгляд сойлара мне всегда казался пустым и равнодушным - потому что сойлар слушает голоса своих предков - каждый день, каждый час, каждую минуту, и, возможно, даже общается с ними. Я горько вздохнула, ощутив слабую жалость к вайру. Но робкая радость из-за того, что ему нравилось находиться рядом со мной, была чуточку сильней. Я глупо улыбнулась и спрятала неожиданно заалевшее лицо в колени. Теперь мне стало понятно, что сойлар имел в виду - он сам и объяснил. Всё-таки хорошо, что я понимаю вайри. - Кай, ты случайне не... - не договорил император и умолк. - Что ты! - вдруг искренне рассмеялся сойлар, - я никогда не был способен на такие чувства. Да и стар я для такой чуши. Шьямалан недоверчиво приподнял бровь и заговорщицки улыбнулся: - Никогда не зарекайся, друг мой. Всё бывает в первый раз. Я попыталась понять, что имели в виду два короля, но слишком устала, ещё и ровай дал о себе знать - я засыпала на ходу. Поэтому, чтобы не отвлекать друзей от разговора, поудобней улеглась на подоконнике и мгновенно уснула. Я просыпалась пару раз: первый, когда почувствовала, как оказалась в объятиях сильных прохладных рук, второй, когда спина моя коснулась чего-то мягкого и приятно пахнущего цветами. Я зевнула, закуталась в плед и снова погрузилась в сладостный сон.