Гэгэ!

Се Лянь и Хуа Чэн мирно спали в мягкой кровати, нежно обнимая друг друга не желая отпускать. Красная вуаль, прикрепленная к верху кровати полностью закрывала оба силуэта, словно пряча их от этого суетного мира. Собиратель Цветов всегда просыпался раньше своего возлюбленного, и это утро не было исключением. Томно открыв глаза он увидел перед собой его любимого, разве это утро уже было не прекрасно? Улыбнувшись, Князь Демонов взял одну из многочисленных прядей Се Ляня, и поднёс её к своим губам. Волосы Се Ляня были мягкими и шелковистыми, гладить или целовать их было одно удовольствие. Хуа Чэн вдыхал слабый, но в тоже время дурманящий запах супруга до тех пор, пока Се Лянь не открыл глаза, едва пробуждаясь ото сна. Улыбнувшись Князю Демонов он позвал: -Доброе утро, Сань Лан. На что Хуа Чэн ответил полным любви голосом "Доброе, гэгэ". Они могли любоваться друг другом часами, но к сожалению их покой прервал Се Лянь. Подскочив, Бог Войны глазами нашёл неподалёку лежащую одежду и быстро надел ее на себя. Хуа Чэн даже не удивился его поведению. Если его возлюбленный так вскакивал и быстро одевался, на то была одна простая причина:новая молитва,а значит и новая просьба о помощи. Мигом одевшись, Хуа Чэн принял облик девятнадцатилетнего привлекательного юноши и поправил одежду любимого дабы она смотрелась хоть каплю пристойнее. На такое стремление Хуа Чэна идти за ним, Се Лянь ни капли не удивился, а лишь искренне улыбнулся. Он прекрасно знал, что Князь Демонов будет всегда рядом с ним, если будет малейшая возможность. И эта одержимость Хуа Чэна им ему даже нравилась, он и сам сильно тосковал по возлюбленному, когда тот уходил по срочным делам и оставлял его одного, в этом жестоком сером мире. Начертив заклинание "Тысячи ли", Хуа Чэн и Се Лянь переместились в маленькую неприглядную деревушку, называемую "Деревней И". Пейзажи ее были непривлекательны, да и находилась она в гуще тёмного леса. Пройдя несколько улиц, распрашивая селян, Бог Войны и Князь Демонов быстро добрались до главной улицы, в которой и была вся проблема. Она представляла из себя лишь бездну, дна которой не было видно, и от неё несло зловонным ярко-выраженным запахом крови. Даже простак поймет, что когда-то эта улица была оживленна движением селян и выкриками торговцев. Но сейчас все было не так. Причиной этих перемен, по словам опрашиваемых жителей, было "землетрясение" посреди ночи. "В ту ночь черепица с грохотом падала около домов и жители собирали свои пожитки. Когда все успокоилось, староста сделал вывод, что все селяне были живы, и многие дома целы. Вот только посреди главной улицы зияла широкая бездна. Понимая, что дело плохо и большинство жителей сидят в своих домах, как в клетке, староста деревни весь вечер и ночь возжигал благовония самым разным богам войны, с просьбой " убрать" бездну, но все безрезультатно. Ходя по миру в поисках новых храмов он забрел в одну деревню, где на ее окраине стоял храм, именуемый не иначе как: "Храм Водяных каштанов". С надеждой в глазах староста возжигал благовония. Далее скитаться по миру у него не осталось сил и он снял комнату на ночь. " Именно так и выглядела эта история,и конечно же Се Лянь не смон остаться равнодушен к просьбе о помощи и сразу же поспешил помогать. Вот только что делать с этой дырой он до сих пор не понимал. Се Лянь присел на корточки и в нос ему ударил резкий запах крови,но это его не остановило, бывало в разы хуже. Хуа Чэн же стоял в новом для Се Ляня облике сзади, и смотрел на его ровную прямую, словно струна спину. Он представлял, как под этой лишней одеждой спрятаны алые укусы, оставленные им на бледной, словно фарфор, коже и невольно облизнул нижнюю губу. Се Лянь же, не замечая изменения в поведении возлюбленного, продолжал изучать бездну. Ее стены были на удивление гладкими, без единого выступа. С ее дна, словно поднимаясь все выше,стены были размазаны пятнами запекшейся крови. Воистину, зрелище вгоняемое ужас в обычного человека. Изучив вид бездны, Бог Войны поднялся и развернулся к Хуа Чэну, потирая точку между бровей: -Сань Лан, нужно найти старосту и обсудить наличие нужных нам талисманов и артефактов. Хуа Чэн кивнул: -Хорошо, гэгэ. Пройдя с десяток метров, Се Лянь обернулся к бездне, недоверчиво взглянув на нее. -Гэгэ, в чем дело? Се Лянь лишь качнул головой в отрицательном жесте и, развернувшись, пошел обратно. В сердце Князя Демонов прокралось сомнение. В последнее время, Его возлюбленный вел себя мягко говоря странно. Он почти не смеялся и стал особо жесток к своим немногим друзьям. Изначально Хуа Чэн был даже рад, что Его возлюбленный больше не обращает внимания на своих друзей, но потом он осознал, что было в этом что-то неправильное. Даже к нему он стал холоднее, чем прежде. Хоть он улыбался ему по утрам, всячески хвалил и говорил о том, как сильно он любит его, Собиратель Цветов все-же заметил не единичную странность в поведении Се Ляня. Каждый раз, когда Хуа Чэн целовал его или же обнимал, Се Лянь дожидался пока тот отвернется и протирал белым платком кожу так яростно, что она сильно краснела. А во время их соития отворачивал лицо, не давая себя поцеловать, даже взглянуть на лицо возлюбленного для Собирателя Цветов не представлялось возможности. Хоть Се Лянь и был очень стеснительным, но он всегда, поборя себя старался исполнить просьбу Хуа Чэна и поворачивал лицо,а в последнее время словно пропускал слова мимо ушей. Князь Демонов, сердце которого негодовало от дурного предчувствия, хотел было ответить сквозь зубы неохотное "хорошо", но Се Лянь уже отвернулся, словно хозяин от презираемого им пса. Хуа Чэн лишь промолчал, думая, что могло случиться с его мужем. Дурное настроение? Какое-то событие? А может.. Он сам был недостаточно идеален для Се Ляня, и тот его разлюбил?.. Князь Демонов всегда боялся, что он будет недостаточно хорош, или же то, что Се Лянь был с ним всё это время лишь из жалости.. Погруженный в свои мысли, Хуа Чэн не заметил, как Бог Войны встал на самый край бездны. Белые просторные одежды Се Ляня развевались на ветру, а сам он все ниже и ниже склонялся над бездной. Бог Войны, подумав, что ему показалось, хотел было развернуться и вернуться к Хуа Чэну, сказав тому, что ничего не случилось, тем самым успокоив его. Но когда он на пятках развернулся и хотел было пойти к Хуа Чэну, он не смог сохранить равновесие и, не удержавшись, упал в бескрайнюю бездну. Надрывный крик пробудил Князя Демонов из своих мыслей. Осознав, что это кричит его супруг, он со всех ног бросился к бездне. Надрывный крик Се Ляня, терзал сердце Хуа Чэна, разрезая его на мелкие кусочки. Князь Демонов всегда отличался холодным умом, который всегда был кстати. Но в этот раз он не знал что делать. В образе девятнадцатилетнего юноши Хуа Чэн был не так силён, и не теряя ни секунды, не задумываясь, что его могут увидеть селяне принял свой истинный облик. Он судорожно смотрел по сторонам, мысли его путались, из-за чего голова Князя Демонов безумно пульсировала. Се Лянь же все это время старался ухватиться Жое за какой-нибудь выступ, но все было тщетно. Как назло стены бездны были без единого выступа! Хуа Чэн, отчётливо видя нахмуренное выражение лица своего Божества до крови прикусил губу. После чего, не медля ни секунды, он послал в бездну огромное облако духовной энергии, дабы на нем удержать Се Ляня, но было слишком поздно. Бог Войны уже почти скрылся за кроваво-алой дымкой и облако не достигло его. Поборов себя, Се Лянь сквозь сжатые зубы что есть силы прокричал Хуа Чэну: -Сань Лан, не вини себя! Я тебя очень люблю, в этом нет твоей вины! Прокричав эти слова, он стремительно скрлыся из виду в кровавом тумане. По всей бездне прокатилось эхо, все больше зля Хуа Чэна. Как он мог не винить себя? Как это нет его вины? Не он ли опустил руку супруга и забылся в своих мыслях? Не он ли не смог его спасти?! Снедаемый гневом на самого себя, он склонился над бездной и начал кричать, словно Се Лянь мог его слышать. -Гэгэ! До нашей свадьбы оставался какой-то жалкий месяц! Почему ты бросаешь меня? Почему бросаешь меня одного?! Останься рядом со мной, не уходи, гэгэ... - он больше не мог кричать. Из его единственного левого глаза потекла слеза. Захлебываясь в соленой жидкости, Хуа Чэн хрипло бормотал себе под нос: -Всё же было так хорошо.. Почему ты больше не со мной... Вернись... Гэгэ, прошу, вернись... Не бросай меня... Гэгэ... Почему... Запрокинув голову он громко закричал. Этот крик был слышен в каждом уголке деревни, от чего все жители поежились, услышав его. Он был полон боли и ненависти к миру. Князю Демонов хотелось громить все на своем пути, но больше всего хотелось все же уединится с супругом... Собиратель цветов резко подскочил. Намереваясь спрыгнуть за своим любимым вниз, дабы умереть в один и тот же день, Хуа Чэн встал на край бездны. Ни секунды не сомневаясь в своем решении, он поддался телом вперёд. Но внезапно, схватив Князя Демонов за ворот, его рывками его кто-то оттащил от бездны на приличное расстояние. Хуа Чэн, ещё не осознавший, что его попытку умереть вместе с любимым пересекли, лишь непонимающим взглядом смотрел на своего "спасителя". Это был молодой человек с аккуратными чертами лица, одетый в темные одежды и серебрянные доспехи. Му Цин. -Мудила, у тебя что , совсем мозгов нет?! - заорал на Князя Демонов Му Цин. Хуа Чэн же, словно не слыша его, понурил голову с нечитаемым выражением лица. У Бога Войны был весьма взрывной характер м игнорирование естественно разозлило его. Он продолжал свои безумные крики, чего лучше бы он не делал. Опомнившийся Хуа Чэн, не вытерпев, замахнувшись наорал на Му Цина : -Да ты заткнешься наконец?! Твёрдый горячий от пережитых эмоций кулак пришёлся Му Цину прямо по лицу. Удар был настолько сильным, что Бог Войны отлетел на десяток метров, сильно ударившись головой об дерево. Не успел генерал потереть голову, как перед ним молниеносно появился Хуа Чэн. Демон схватил Му Цина за глотку, делая свою хватку сильней с каждой секундой. Сам Му Цин дрожащими грубыми ладонями боролся с удушением, но все было впустую. На последнем моменте, когда генерал уже чуть ли не потерял сознание, его бросили на землю,после чего Хуа Чэн своими кожаными сапогами пнул по его челюсти, дабы "уложить" этого нерадивого генерала. Звон серебряных цепочек, висевших на сапогах, одновременно раздрожал и предавал этой картине какую-то зловещую атмосферу. Уложив Му Цина на спину, Хуа Чэн сел на него и начал жестокими ударами избивать генерала, словно хотел раскрошить лицо этого ничтожного предателя и вбить его голову в землю. Рассудок Му Цина помутнился, в глазах потемнело, а в нос ударил резкий запах собственной крови. Прикрыв веки, его ресницы слегка намокли,а разъяренный крик Хуа Чэна и хлюпания размазанной крови на лице доносились откуда-то издалека. Наконец, потеряв самообладание, он потерял сознание. Еще около полутора часа Князь Демонов избивал безсознательное тело, не обращая внимания на то , что стоны боли и яростные крики в его сторону прекратились. Только спустя долгий промежуток времени Хуа Чэн осознал что сделал, но эта ситуация не вызвала у него никаких иных чувств, кроме отвращения. Он начертил заклинание на тысячу ли, положил Му Цина себе на плечо и втсупил в круг. Как не сложно догадаться, Хуа Чэн попал в Призрачный город. Проходя различные лотки, Демон принес Му Цина в Дом Блаженства. Кинув его на пол, он посмотрел на тело с презрением и цокнул языком: -А ведь когда-то именно ты обращался со мной несправедливо. Сказав это, он развернулся и быстрым шагом вышел из комнаты. Инь Юй, все это время стоявший у порога Дома Блаженства, после того как его хозяин ушёл, неспешно подошел к Му Цину. Дойдя до тела, Посланник Убывающей луны взял Му Цина под руки и, вздыхая, уложил его в кровать. Выходя из комнаты, Инь Юй лишь с сожалением посмотрел на генерала, думая: "Что-же ты такого натворил?.. В любом случае, теперь тебе придётся не сладко..." С этими мыслями он вышел из комнаты. ₊✧──────✧₊∘ Хуа Чэн обессиленный упал на кровать. Он хотел умереть прямо сдесь и сейчас, лишь бы в его памяти не всплывали сегодняшние события… Его сердце разрывалось от тоски по любимому. В его голове всплыл надрывный крик супруга, падающего в бездну, его бессмысленные попытки спастись, его последние слова. Хуа Чэн горько усмехнулся. "Разве это не он не смог спасти Се Ляня? Разве это не он всему виновник? Разве это не он виноват?..." Его сердце разъедала тоска и боль…Больше всего его душа болела из-за того, что он не проявил бдительность в этот день и дал себе возможность выпустить теплую руку супруга из своей. Все из-за него. Если бы он…" Вопреки человеческому строению, Хуа Чэн не стал оправдывать себя перед самим собой. Из его глаза текла горячая слеза, сопровождаемая мыслями: " Я виноват. Все из-за меня. Если бы не я, гэгэ был бы еще жив. Я просто ничтожен. Если бы в тот день гэгэ не спас меня от гибели я был бы какой-то грязной кучей крови, но гэгэ возможно был бы еще жив." Он начал винить себя, думая, что было бы, если бы тогда, на улице Шэньу Се Лянь не проявил милосердие? Наверное, судьба Се Ляня сложилась бы более удачно, чем сегодня. Но было слишком много этих "если"... Все же судьбу уже не изменить… Съедаемый тоской, Хуа Чэн сам того не ожидая, провалился в сон, крепко сжимая подушку в объятиях. ∘₊✧──────✧₊∘ Ему приснился Се Лянь. Все с той же добродушной улыбкой на лице. Обернувшись, он увидел Хуа Чэна, одиноко стоящего позади него. Его улыбка стала еще шире, а взгляд стал теплее. -Сань Лан, что-же ты стоишь там? - хохотнул Бог Войны Увенчанный Цветами и подошёл к Хуа Чэну: -Давай,проходи. Здание, в которое они вошли было скромным и едва пригодным для жизни, но ни Князя Демонов, ни Се Ляня это никогда не смущало. Любуясь друг другом, наслаждаясь друг другом, смотря друг на друга они не обращали внимания на такие мелочи. Да, это был все тот же Храм Водяных каштанов, все тот же Се Лянь. Хуа Чэн с горькой улыбкой на лице крепко обнял супруга и уткнулся в его плечо. Дыхание демона было обжигающим, он хриплым голосом прошептал : -Гэгэ, я люблю тебя. На что Се Лянь ответил взаимностью. -Гэгэ, хочу прожить с тобой вечность. -Сань Лан, я тоже Опустив руки и выпрямившись, взгляд Хуа Чэна был непоколебим, а его глаза покрыла пелена едва сдерживаемых слез. Охрипшим голосом он сказал : -Гэгэ, больше никогда не покидай меня. Для меня это как нож в сердце, воткнутый тобой… На что улыбка с лица Се Ляня мгновенно сползла. Прошло некоторое время, подумав, что гэгэ его не услышал, Хуа Чэн повторил еще раз. Но результата это не дало никакого. В сердце Демона пробралось сомнение. Разве он не должен был ответить: "Не переживай, такого больше не повторится" и, нежно обняв его, смущенно поцеловать?... Долгое время Князь Демонов ждал хоть какой-то реакции, но все впустую. Вдруг губы Се Ляня зашевелись: -Сань Лан, я… - но конец фразы не достиг Хуа Чэна, его разбудил грохот с коридора. Собиратель цветов под кровавым дождем очнулся от постороннего шума в холодном поту. Его глаз,раскрасневшийся от слез, душевной боли и ненависти к себе слипался, не желая видеть этот полный несправедливости и подлости мир. Проснувшийся Хуа Чэн хотел было надеть свои кожаные сапоги, но заметил,что уснул прямо в них. Сегодня он был крайне зол. Его раздражало каждое движение, каждый вздох. Быстро встав с кровати он гневно открыл дверь, чуть не сломав ее, и с нотками раздражения в голосе спросил мужчину, ожидающего возле двери его покоев. -Что за шум? Инь Юй же ответил: -Это Генерал Сюаньчжэнь очнулся. Как только он пришел в сознание, он требовал, что-бы его отпустили. В итоге сейчас ваши подчиненные пытаются справится с буйством генерала. Хуа Чэн же приподнял бровь: -О? Очнулся всего за вечер? Инь Юй же слегка удивленно посмотрел на него: -Градоначальник, с его прибытия сюда прошло два дня. И все это время вы отдыхали. -В самом деле? Посланник Убывающей луны кивнул: -Этот слуга не смел бы лгать градоначальнику. Ошеломленный, как быстро летит время Князь Демонов все еще не мог поверить, что все эти два дня ему снился Гэгэ, но даже за такой промежуток времени он не успел дослушать супруга…Ничтожество. Дослушав доклад Инь Юя, Хуа Чэн быстрым шагом дошел до главного зала, где его подчиненные "сражались" с Му Цином. Мелкая тварь лишь пыталась удержать Му Цина в Доме Блаженства, боясь нанести ему вред. Оно и понятно: кроме Се Ляня, Хуа Чэн больше никого сюда не приносил, ни впускал, и что было бы, если они причинили ему вред, а это оказался бы достопочтенный гость? Тогда не сносить им головы. Как только Хуа Чэн вошел в главный зал, все мелкие демоны, заметив его бросили свои попытки удержать буйного генерала и встали в ряды, тем самым приветсвуя градоначальника. Вид главного зала был мягко говоря плох. Личные подушки Хуа Чэна, которых он не жалел для Се Ляня, были хаотично разбросаны по всей площади. В большинстве подушек не осталось перьев, собственно все их содержимое было разбросано по полу, а некоторые перья все еще кружили в воздухе, подобно нежным лепесткам, плавно слетающим с дерева. При виде этого зрелища, Хуа Чэн изогнул левую бровь в немом вопросе. Му Цин же , стоявший в паре метров от него попытался ускользнуть, пользуясь ступором собравшихся, но как только он добрался до выхода, который был для Му Цина все равно что единственная возможность выжить, его снова окружили эти демоны, которых он успел за пару минут возненавидеть до мозга костей. Конечно, он мог смести всех этих низкоранговых призраков и демонов одним взмахом своей руки, но немного подумав, все же отступил. Ведь стал бы Хуа Чэн отвлекаться на своих подчиненных и заботится о них? Разве он не раздражится и догонит его на полпути? Именно поэтому он не видел смысла даже попытаться сбежать. Исход неизбежен. Князь Демонов взмахнул своей рукой в жесте, означающем побыстрее проваливать демонам, обитавшим на его территории. Подчиненные, не осмелясь ослушаться, подавляя свое любопытсво поклонились хозяину, после чего хором сказали " Всегда рады помочь Градоначальнику" и все быстрым шагом вышли из здания. Дождавшись,пока все уйдут Хуа Чэн наконец перевел взгляд с входа на Бога Войны, стоявшего перед ним. Му Цин быстро поддался вперёд, намереваясь обездвижить Хуа Чэна, нажав на акуппатурную точку, после чего уже уверенный, что его похититель не сможет его преследовать, сбежать. Но Хуа Чэн присек его попытку, дернув его руку на себя, да так сильно, что Му Цину показалось, что пора прощаться с ней. Невольно Сюаньчжэнь при помощи кружения оказался спиной к Князю Демонов, что было весьма кстати для Собирателя цветов под кровавым дождём. Белым, словно обглоданная кость, ребром ладони Хуа Чэн с едва скрываемой мощью ударил Бога Войны по позвоночнику. Даже если Хуа Чэн и контролировал свою силу, удар получился весьма болезненным. Согнувшийся от боли пополам Му Цин вытер струйку крови, образовавшуюся в уголке его прекрасных алых губ. Превозмогая боль, он злобным тоном сказал : -Какого хрена ты творишь, скотина? Хуа Чэн, привыкший к оскорблениям с его стороны еще с детства спокойным тоном сказал: -Что считаю нужным. С каких это пор я должен перед тобой отчитываться? Я уже давно не тот ребёнок, что… -Так ты до сих пор таишь злобу… Не желающий слышать продолжение этой фразы, Хуа Чэн перебил его: -Изволь заткнуться. Разве я давал тебе право голоса? Именно, нет. Так вот, я уже давно не тот ребёнок, что терпел все твои крики,избиения и, несмотря на твое жестокое обращение к десятилетнему мне продолжал хорошо к тебе относиться. Разве ты забыл, кто бросил тогда умирать меня?! - уже срывающимся от злобы повышенным тоном выкрикнул Хуа Чэн. Было видно, что он давно хотел все это высказать. Его глаза покраснели от гнева,а брови нахмурились так, что были похожи на одну аккуратную линию. Му Цин, услышав его вопрос, представил события давно минувших лет и сердце его невольно сжалось в груди от боли. Как он мог не помнить?.. Как он мог забыть?! К горлу подступил ком, из-за чего Му Цин не смог дать ответ ни на один вопрос… Не дождавшись ответа, Хуа Чэн лишь продолжил : -Конечно, как ты мог забыть? Ведь ты главный виновник этой истории. Но, вижу что ты поздзабыл события далекой давности. Чтож, я напомню. Бог Войны, не в силах что либо произнести постарался закрыть уши. Он больше не хотел слушать эту историю давно минувших лет! Он давно закопал ее в самых потаенных углах своей памяти и уже долгое время о ней не вспоминал, отпустив горький осадок. Но сейчас ему хотят надпомнить заново обо всем! Конечно, он возжелал бы лучше что-бы его барабанные перепонки лопнули он на всю жизнь остался глухим, лишь бы не вспоминать ее вновь. Но попытка закрыть уши была слишком болезненной. От удара Хуа Чэна его тело все ещё не слушалось, из-за чего с таким трудом приподнятые к ушам руки предательски опустились, без возможности подняться. Ему оставалось только прикрыть глаза и продолжать слушать… Хуа Чэн же откинул с плеча несколько перьев, упавшив на него. После чего присел на корточки и схватил Му Цина за подбородок , сказав, странно ухмыляясь. -Слушай внимательно. Хуа Чэн отпустил подбородок Му Цина и присев на одну из валявшихся подушек, начал свой рассказ, основанный на его жизни.