I think I hate you too

– Все в порядке? – Джисон услышал обеспокоенный вопрос своего лучшего друга Хёнджина. Он не ответил, вместо этого он сидел на краю своей кровати и смотрел в окно. Джисон смотрел, как весенний дождь льется с мрачного серого неба, заливая лужи, создавая рябь. Звук дождя успокаивал, по крайней мере, Джисона. Сегодня был первый день университета, а буквально вчера они переехали в это общежитие на втором этаже этого высокого пятиэтажного современного общежития. — Джисон-а, посмотри на меня, — вздохнул Хёнджин, и Джисон оторвал взгляд от окна и посмотрел прямо в красивые карие глаза Хёнджина, показывая серьезность. — Скажи мне, что случилось? Ты ведешь себя не так, как обычно. В чем дело? Все было неправильно. Джисон чувствовал, что тревога занимает его разум, он слишком нервничал, чтобы ступить в университет. Было бы все такое разное, разные люди, сложные классы и, наверное, большие классы, битком набитые учениками. Это должно было отличаться от того, что было в старшей школе, хотя сама школа была настоящим адом, он не знал, как выжил без каких-либо повреждений. — Не знаю, думаю, я просто останусь здесь, ты можешь пойти на урок без меня, — пробормотал Джисон, и глаза Хёнджина немного смягчились от понимания, прежде чем он подошел к кровати Джисона и сел рядом с блондином. мужской. – Нервничать — это нормально, я понимаю, как ты себя чувствуешь, — начал Хёнджин, — но, может быть, это изменится, когда ты испытаешь, что такое первый день, и, возможно, твои нервы скоро уменьшатся. Плюс я хочу испытать первый день, с тобой , Хан Джисон. Джисон посмотрел на свои пастельно-синие пижамные штаны, и его разум затопило сомнение, все ли будет в порядке? Должен ли он просто бороться со своими нервами и уйти? Как будто Хёнджин почувствовал сомнения Джисона, черноволосый мужчина положил свою руку поверх руки Джисона и сжал ее. Тепло, исходящее от рук Хёнджина, помогло успокоить его беспорядочные мысли, и он снова посмотрел в его карие глаза. – Я слышал, что в кафе недалеко от нашего общежития подают действительно хороший кофе, и у них есть много разных десертов, может быть, даже шоколадный торт или чизкейк, твои любимые, так что, может быть, позже сегодня мы сможем пойти туда вместе, после того, как закончим с нашим первым днём занятий? — сказал Хёнджин, сменив тему, и сердце Джисона подпрыгнуло от этих слов. Он любил эти пирожные, это была его любимая еда, и она никогда не переставала утешать его время от времени печали. Если бы ему сказали написать эссе о чизкейке или шоколадном торте, он обязательно это сделал бы. – Тогда пошли, мы не можем опаздывать, — сказал Джисон, выполняя план Хёнджина с легкой улыбкой, играющей на его губах, и поднялся с кровати, направляясь к своему шкафу. Поскольку день был дождливый, он решил надеть черные рваные джинсы, серую рубашку и черную джинсовую куртку сверху, а затем нашел свою любимую черную шапку и надел ее, закрывая большую часть своих светлых волос, за исключением челки. Решил воздержаться. Что ж, этот наряд не совсем подходил для проливного дождя снаружи, по сравнению с Хёнджином, Хёнджин был правильно одет для дождя, он выглядел теплым и уютным. Они вдвоем вышли из общежития, схватив свои рюкзаки, и начали спускаться по лестнице, и как только они оказались на последней ступеньке, Джисон озорно улыбнулся про себя, прежде чем побежать, оставив Хёнджина на секунду ошеломленным. — Эй! Джисон-а! Подожди меня! – Хёнджин выкрикнул и сразу же рассмеялся. Джисон продолжал бежать под проливным дождем, не заботясь о том, что холодные капли просачиваются в его одежду и касаются его кожи. Он мог слышать, как Хёнджин старается изо всех сил, чтобы догнать его, и слышал, как вздыхал старший. — Помедленнее, а? – Джисон проигнорировал эти слова и продолжил двигаться своими тонкими ногами, оставив Хёнджина страдать позади него. – Я думал, у тебя хорошая выносливость, танцор Хван. – Джисон хмыкнул. ********* Наконец он добрался до кафетерия и стал ходить в поисках места, где сидел другой его друг Сынмин. Сынмин написал Хёнджину, что он будет в университете пораньше со своим соседом по общежитию, чтобы позавтракать пораньше. Когда Джисон ходил, его туфли издавали раздражающие хлюпающие звуки. Он даже чувствовал, какие у него мокрые носки и как намокли от дождя подол джинсов. Может, бежать было не такой уж и хорошей идеей, и он знает, что Хёнджин убьет его, как только доберется до столовой. Через пару секунд осмотревшись, он, наконец, заметил Сынмина, сидящего за столом посередине со своим соседом по общежитию, у которого были белые волосы, этот человек издалека выглядел довольно соблазнительно, а черты его лица кричали о красоте. Улыбаясь про себя, Джисон начал подходить к их столу, но пока он шел, человек с каштановыми волосами мчался в его сторону, из-за чего они оба врезались друг в друга. И поскольку подошва обуви Джисона была все еще довольно влажной, он в конце концов соскользнул назад и тяжело приземлился на спину, заставив его поморщиться от боли, и, к его ужасу, брюнет приземлился прямо на него, их лица разделяли всего сантиметры. Джисон покраснел от смущения, которое он испытывал, и почувствовал на себе взгляд студента. Хуже того, брюнет не сводил с него глаз, и смотреть людям прямо в глаза было тяжело, особенно если Джисон плохо их знал. Когда казалось, что другой мальчик пришел в себя, он встал, и Джисон сделал то же самое, и они снова встретились взглядами. На лице брюнета было бесстрастное выражение, прежде чем на его лице появилось самодовольное выражение. – Хорошенький светловолосый мальчик, вроде тебя, должен смотреть, куда идёт, ты же не хочешь сломать свои драгоценные косточки, не так ли? – Брюнет поднялся, прежде чем смахнуть невидимую пыль со своей одежды. Джисон не мог не думать о нем как о дерзком человеке, он преступник или что-то в этом роде? Он не выглядел слишком милым и дружелюбным. – В следующий раз, когда ты столкнешься со мной вот так, я прослежу, чтобы ты заплатил за это, это пустая трата моего драгоценного времени. – Джисон изо всех сил старался сдержать насмешку. Он хотел повторить слова, сказанные ему брюнетом, если это были угрозы, то, конечно, слабые, это только раздражало Джисона. Он никоим образом не собирался показывать страх, он считал, что страх делает человека слабым. Брюнет бросил последний взгляд, прежде чем подбежал к своему другу, который ждал его, и Джисон наблюдал, как они оба направились к очереди за завтраком. Он заметил, как друг брюнета секунду смотрел на него, прежде чем заговорить с наглым придурком. — Язвительный ублюдок, — проворчал про себя Джисон, прежде чем, наконец, направился к столу, за которым сидел Сынмин. Добравшись туда, он рухнул на стул и посмотрел на седовласого мальчика, а затем на Сынмина. — Ты не будешь завтракать? — спросил Сынмин. – Не голоден. — Где Хёнджин? — Я оставил его под дождем, — ухмыльнулся Джисон в ответ. — Да, этот гребаный негодяй сделал это, — внезапно появился Хёнджин и усмехнулся, садясь рядом с блондином. Он поставил пакет с клубничным молоком на стол и откусил шоколадное печенье. Он бросил злобный взгляд на Джисона, который в ответ рассмеялся. – Что случилось с твоей танцевальной энергией? — самодовольно спросил Джисон. – Заткнись. То, что я хорошо танцую, не означает, что я могу хорошо бегать. Такой рэпер, как ты, может выпалить столько быстрых слов за определенное количество секунд, так что неудивительно, что ты можешь хорошо дышать, бегая вот так, — заявил Хёнджин, открывая пакет с молоком и просовывая соломинку в открытое отверстие, прежде чем выпить розовую жидкость. — Ты говоришь как Сынмин, — заметил Джисон, заставив Хёнджина закатить глаза. — Как бы то ни было, по крайней мере, я звучу так же умно, как и он, — возразил Хёнджин. — В любом случае, — откашлялся Сынмин, останавливая двух друзей от ссор, и посмотрел на седовласого мальчика, — это мой сосед по общежитию и друг, Феликс. – Здравствуйте, меня зовут Феликс, и я из Австралии, я много работаю, чтобы хорошо выучить корейский, — сказал Феликс своим глубоким бархатным голосом и искренне улыбнулся. Джисон слегка расширил глаза, он был очень удивлен, встретив кого-то, кто также говорил по-английски, как и он. Этот университет был в основном полон студентов, которые говорят в основном на корейском языке, так как это университет в Сеуле. – Здравствуйте, меня зовут Джисон, и я шесть лет учился в Малайзии, когда был ребенком, поэтому я довольно хорошо говорю по-английски, — представился Джисон по-английски и увидел, как глаза Феликса также расширились вместе с его улыбкой. — О, приятно познакомиться! – Беловолосый мальчик улыбнулся теперь невозможно шире, и его мерцающие глаза превратились в полумесяцы. Джисону он показался покладистым человеком, и Джисон был очень рад встретить кого-то милого из другой страны. – Привет, Феликс, я Хёнджин, и я думаю, тебе следует обменяться с нами номерами, друг, — усмехнулся Хёнджин, заставив австралийца хихикнуть. И Хёнджин, и Джисон обменялись с ним номерами, прежде чем у них закончился разговор о том, чтобы лучше узнать друг друга. – Сынмин довольно жестокий человек, — сказал Хёнджин, заставив упомянутого мальчика хихикнуть, — он никого не жалеет и сокрушает души своей злобой. — Ну, по крайней мере, я не такой, как Джисон! – Сынмин защищался и указал на блондина. – А что я? Я даже не жесток. – Джисон невинно улыбнулся и поднял бровь, ожидая, что скажет младший. – У него такое большое эго, и он думает, что он разносторонне одаренный. –Это факт, — заявил Джисон, — я могу петь, читать рэп, писать тексты, создавать музыку… – Прекрати. Почему бы тебе просто не подойти к зеркалу и не похвалить себя там, может быть, другому Джисону будет приятно услышать то, что ты скажешь о себе, — усмехнулся Сынмин, и Джисон опешил. Драматически он положил руку на грудь и изобразил притворную боль. — Может быть, другой Джисон любит меня больше, чем ты. — Да, да, я в этом уверен. Все они отвлеклись от разговора, когда увидели, что к их столику приближается еще один студент. Выражение его лица выражало беспокойство, он выглядел довольно ангельским. И вот когда все дошло до Джисона, этот мальчик был тем, с кем ушел эгоистичный брюнет. Черноволосый мальчик остановился перед ним, и его губы сжались в прямую линию, вызывая у Джисона чувство беспокойства. Он чувствовал, как его друзья озадаченно смотрят на него и мальчика перед ним. — Эй, я сожалею о том, что произошло ранее, — начал мальчик, теперь глядя на Джисона более теплым взглядом, — было так шокирующе видеть, как он ведет себя таким образом, обычно он так не поступает, поверь мне, он действительно искренний человек даже по отношению к людям, которых он не знает, но это не оправдание его внезапного поведения, и я не мог не чувствовать вины, так что мне очень жаль. – Нет нужды сожалеть! – Джисон тепло улыбнулся черноволосому мужчине — Это даже не твоя вина, но я думаю, извинения приняты Мальчик ответил хихиканьем, и улыбка Джисона стала шире. Хихиканье этого мальчика звучало так невинно и живо. Черты его лица выглядели так умопомрачительно мило, словно он был ангелом, упавшим с неба. То, как он улыбался ему, делало его невинно-милое лицо еще более заметным, если это вообще было возможно. — Между прочим, я Чонин, первокурсник, — мальчик протянул руку к Джисону, и тот принял ее, пожимая. — Я Джисон, тоже первокурсник, и, — блондин повернулся к своим все еще сбитым с толку друзьям и усмехнулся, ему нужно было кое-что объяснить, — это Сынмин, Феликс и Хёнджин, они тоже первокурсники. как мы.– Все трое посмотрели на Чонина и дружелюбно улыбнулись ему, на что он помахал им, улыбка все еще висела на его губах. – Можно узнать ваши номера? Было бы неплохо завести здесь новых друзей.– Все они радостно кивнули и обменялись номерами с Чонином, прежде чем он попрощался, сказав, что его друг ждет его, чтобы немного совершить экскурсию по университету. Как только мальчик ушел, Джисон с удивлением наблюдал, как Сынмин пошевелил бровями, глядя на Хёнджина, который яростно покраснел. –Что? — усмехнулся черноволосый мужчина. — Я видел это~, — ухмыльнулся Сынмин. — Что видел? – Ты пялился на Чонина, я видел, как твои глаза мерцали, когда он улыбался. – Его улыбка такая красивая! Он красивый и такой милый, я никогда не видел такого милого, как Чонин, за девятнадцать лет своей жизни, — мечтательно улыбнулся Хёнджин, заставив их всех рассмеяться. — Хёнджинни влюблён, — проворковал Джисон, и Хёнджин тут же закрыл лицо руками, а Джисон покачал головой и вздохнул, похлопывая старшего мальчика по спине, пытаясь успокоить взволнованного Хенджина. Было забавно, как Хёнджин не отрицал своей любви к симпатичному мужчине. — О чем говорил Чонин? Кто так с тобой обращался? – Хёнджин убрал руку с лица и повернулся, чтобы посмотреть на Джисона, меняя тему. — Ну, когда я шел, один парень врезался в меня, и мы оба упали, и он разозлился, ничего страшного, — пожал плечами Джисон, и Хёнджин подозрительно прищурился, прежде чем встать, чтобы выбросить свой теперь пустой пакет клубничного молока. – Этот парень кажется легкомысленным», — заявил Сынмин. – Как ты? – Хёнджин ухмыльнулся, возвращаясь на свое место. –Замолчи. ********* Утренняя пара математики прошел не так уж плохо, как он ожидал. У него была эта пара с его лучшим другом Хёнджином, и они оба провели весь лекционный час, тихо разговаривая друг с другом, пока профессор математики учил какие-то странные алгебраические уравнения, которые Джисон не мог понять. Он не совсем отстой в математике, и при этом он не силен в математике. Джисон мог понять некоторые вещи, а некоторые вещи он просто не мог. Конечно, ему не следовало разговаривать с Хёнджином и не сосредотачиваться на лекции, но он ничего не мог поделать, этот урок был чертовски скучным. Джисону не нужно было обращать внимание на эту лекцию, потому что профессор заявил, что он разместил заметки в Интернете, чтобы ученики могли использовать их в качестве справочной информации в учебе и домашнем задании. В настоящее время был класс здоровья, этот класс тоже был неплохим. Помогает то, что профессор говорит с энтузиазмом, не давая Джисону заснуть. Ему действительно нравился этот урок, хотя предмет просто преподавал вещи, основанные на здравом смысле, и он узнал большинство этих вещей в старшей школе. Джисон был просто рад, что это было легко. – Поэтому практика безопасного секса важна, — преувеличенно сказал профессор Ван, а затем посмотрел на свои блестящие серебряные часы, прежде чем снова взглянуть на студентов с улыбкой на губах. – У вас осталась минута, теперь можете собираться.– Сказал он, прежде чем подойти к своему столу и убрать беспорядок из бумаг, файлов и ручек, которые были разбросаны вокруг. Джисон положил свой блокнот в свой черный рюкзак и застегнул молнию, и как только время, отображаемое на его телефоне, показало, что было ровно двенадцать, он неторопливо вышел из аудитории для лекций по здоровью, довольный тем, что был обеденный перерыв. Его желудок урчал, так как он не позавтракал, и ему очень хотелось заказать хороший сытный обед. Он повернул налево и направился вниз по лестнице, достигнув первого этажа. Справа от него была уборная, напротив большого современно оформленного кафетерия. Джисон решил сначала сходить в уборную, прежде чем пообедать. Он видел, как переполнена очередь со студентами, ожидающими заказа, и ему не хотелось ждать там, большое скопление людей вызывало у него сильное волнение, он уже чувствовал, как нервы пробегают в животе. Когда Джисон вошол в уборную, он был в восторге от того, насколько чистой она выглядела, над зеркалами была светодиодная подсветка, а стены были выкрашены в светло-серый цвет, а полки в уборной были черными, цвета смешивались и сочетались довольно хорошо. Это было мило, но запах в этом месте вызывал у него рвотные позывы, он пах мукой и старой мочой, смешанной с запахом ванили. Ну, по крайней мере, одна вещь приятно пахнет. Он пошел дальше, направляясь к прилавкам. Джисон увидел, что одна кабина посередине кем-то занята, поэтому он прошел мимо этой и следующей пустой, прежде чем направиться к последней в этом ряду и слегка прикрыл за собой дверь кабинки. Закончив, он спустил воду в туалете и уже собирался покинуть кабинку, но странные звуки остановили его. Любопытство взяло над ним верх, и он сосредоточился на звуке. Он мог слышать тихие движения и какое-то быстрое дыхание, и первое, что пришло ему в голову, было то, что этот человек может делать что-то действительно непристойное. "Зачем кому-то делать это в ванной? Этот человек казался слишком отчаянным." Отбросив эти мысли, говоря себе, что это не его дело, он вышел из прилавка и подошел к раковине, вымыв руки ванильным мылом. Джисону очень нравился запах ванили, он помогал ослабить негатив в его сознании и поднимал настроение. Он радостно вдохнул приятный запах ванили, смешанный с легким паром, исходившим от чуть теплой воды. – О, это ты, — он услышал, как кто-то сказал, этот голос звучал знакомо. Джисон был настолько отвлечен, что даже не услышал, как открылась и закрылась дверь кабинки. Он повернул голову вправо и чуть не отпрыгнул от шока, увидев, кто это был. Это был не кто иной, как тот дерзкий брюнет, и это был тот самый брюнет, который делал что-то, в этой кабинке. Его челка, мокрая от пота, прилипла ко лбу, и он все еще немного задыхался. На нем была спортивная сумка, он был спортсменом? – На что ты смотришь?– Мальчик усмехнулся, глядя на Джисона с ног до головы, как будто он был каким-то мусором, которому не место в этом месте. Джисон покраснел и отвел взгляд, потянувшись за бумажным полотенцем в дозаторе бумажных полотенец и вытер руки. Он услышал, как другой усмехнулся над этим его действием. — Я уверен, ты слышал, что я делал в кабинке. – Брюнет ухмыльнулся, а Джисон воздержался от закатывания глаз. – Что бы ты ни слышал, это не изменит того факта, что люди хотели бы, чтобы я их склонил. – Этот брюнет перед ним был не так хороша, как утверждал Чонин. Джисон чувствовал себя немного напуганным им, этот вспыльчивый мужчина рядом с ним мог избить его до полусмерти в любую секунду. Определенно похоже, что у брюнета проблемы с ним, так как он врезался в него сегодня утром. – Чшш– Брюнет усмехнулся и направился к двери, к облегчению Джисона. — Я никогда в жизни не видел такой стервы, — тихо пробормотал Джисон про себя, но тут перед ним промелькнуло осознание, и он был готов вырыть себе яму, заползти туда и ждать своей смерти. Он не слышал, как дверь в уборную открылась и закрылась, Брюнет все еще была там, и Джисон чувствовал, как напряжение витает в воздухе. Он облажался. — Что ты, блядь, только что сказал? – Внезапно его оттолкнуло к стене, и он издал небольшой писк от удара. Вся его уверенность и эго разлетелись вдребезги, и он остался со страхом. Взгляд, который бросал на него другой, был таким пугающим, что он чувствовал, как будто сжимается. Брюнет подошел к нему ближе, его лицо было в сантиметрах от него, не отрывая взгляда от испуганных глаз блондина. Брюнет был на дюйм или два выше его и выглядел очень сильным. – Как ты меня назвал? – Он усмехнулся, и Джисон стыдливо опустил голову, он просто хотел выбраться отсюда. Брюнет схватился за подбородок Джисона и заставил его поднять голову, заставляя блондина не иметь другого выбора, кроме как посмотреть на него. – Ответь мне, ты, дерьмо падшее! — Ты ясно слышал, что я сказал, сука, — пробормотал Джисон, но затем в глубоком сожалении закрыл рот. Он мог сказать, что усугубил ситуацию, потому что другой мужчина был ужасно зол. – Ох, ты сам напросился на это! – Сильный кулак, который столкнулся с его животом, заставив Джисона вскрикнуть от боли, после чего он вздрогнул, почувствовав адскую мучительную боль. А вот и рассыпающийся в прах голод, ставший теперь несуществующим, несмотря на то, что почти целый день ничего не ел. С прерывистым вздохом он встретился взглядом с глазами брюнета, и на удивление они показывали вину, а его рот превратился в маленькую букву «о», но в течение секунды его выражение изменилось на самодовольное выражение, как будто он был удовлетворен тем, что он только что сделал. И Брюнет отступил на несколько шагов и оглядел Джисона с головы до ног. – Ты чертов слабак. – Он громко рассмеялся. – Бедняжка, иди потренируйся, это тебе очень поможет, тупые ножки. — Я тренируюсь , и у меня есть мускулы, к твоему сведению, — сказал Джисон, защищаясь от унижения, а другой сказал ему: – Да правда? – посмотрел и поднял бровь. – Тогда докажи. Докажите это. — Я не вру… — Но прежде чем он успел закончить свое заявление, другой подошел к нему и задрал его серую рубашку, демонстрируя его шесть кубиков, и Джисон заметил, насколько впечатленным выглядел другой, прежде чем отпустить рубашку. – Даже если у тебя есть мускулы, это не меняет того факта, что ты слабый кусок дерьма, тебе лучше держаться подальше от меня, или я сделаю тебе еще хуже, чем сейчас, понял? – Брюнет пригрозил, прежде чем плюнуть Джисону в лицо, и он развернулся и вышел из уборной, оставив блондина одного. Слезы навернулись на его глаза, и он соскользнул на пол в уборной и подтянул ноги к груди, позволяя слезам течь свободно. Он не хотел, чтобы его первый день был таким. Он был уверен, что предстоящие дни будут тяжелыми, так как у него на голове висит брюнет, ожидающий, чтобы сделать его жизнь невыносимой.