I think I hate you too

Он проснулся около семи, его первый урок начнется ровно в 10:30, и у него было почти три дополнительных часа, чтобы поспать. Как бы ему ни хотелось остаться в тепле своей постели, он все же встал с нее и зевнул, прежде чем пойти прямо к своему шкафу, чтобы одеться. Он надел удобную одежду и, в довершение всего, надел свою любимую пастельно-голубую толстовку с капюшоном, схватил рюкзак и вышел из своей комнаты. Причина, по которой он хотел пойти пораньше, заключалась не в завтраке, предложенном в кафетерии, он был вкусным и всё такое, но единственной реальной причиной, по которой он собирался уйти пораньше, было то, что он хотел увидеть Джисона. Он знает, что всегда видит его красивое лицо и трогательную улыбку, но ему просто хотелось быть рядом с ним больше, тем более что недавно произошел поворот событий, и Джисон что-то скрывал. Минхо чувствовал необходимость как-то помочь ему и вернуть эту улыбку на его лицо, он не знал, как он это сделает, но попытка не повредит. Прежде чем покинуть свою квартиру, Минхо обязательно наполнил миски кошачьим кормом и водой для своих кошек, прежде чем попрощаться с ними. Добравшись до кампуса, он прошел по тротуару и краем глаза заметил знакомые светлые волосы, чувствуя, что это может быть Джисон, он посмотрел в этом направлении, и его рот открылся. Какого хрена? Он хотел быть счастливым, он действительно хотел. Джисон был прямо там, человек, которого Минхо отчаянно хотел увидеть, но была одна проблема: какого черта он спал на скамейке? Минхо потянулся к телефону и проверил время. Время было 7:47 утра; не слишком ли рано спать снаружи перед университетом на чертовой скамейке? Что было поводом? Две мысли пришли ему в голову; Либо Хёнджин выгнал Джисона из его собственного общежития, либо он, должно быть, добровольно ушел. Бедняжка — Минхо просто хотел обнять его. Он подошел к скамейке и сел рядом с Джисоном, который так мирно спал. Он обнимал себя, а его голова была слегка склонена набок. "Мило", думает Минхо, ему нравится, как красиво выглядит Джисон, даже когда он спит. Он хотел разбудить его и спросить, почему он спит на скамейке, но решил дать ему поспать — должно быть, он так напряжен или что-то в этом роде. Возможно, сейчас самое время и ему немного вздремнуть. Понравившись эта идея, Минхо откинулся на спинку скамьи и закрыл глаза. На удивление, сонливость пришла довольно быстро. Он был уверен, что сможет проснуться сам, по крайней мере, до того, как проснется Джисон. Спустя, казалось бы, несколько быстрых минут, он проснулся от того, что что-то упиралось ему в руку, он игнорирует это, просто желая снова заснуть. Он снова почувствовал это и решил снова проигнорировать это. — Минхо Хён? – Он слышит, как Джисон говорит мягким тоном, и Минхо тут же открывает глаза и замечает, что его голова покоится на руке Джисона. Как он оказался здесь? Он сел прямо и уставился на Джисона, который смотрел на него — по-видимому, ожидая чего-то, Минхо не знал, о чем Джисон думал в данный момент, но выражение его лица выглядело не слишком хорошо. — А, доброе утро, Джисон-а, — говорит Минхо, а затем зевает, заметив, что выражение лица Джисона расслабилось. — Могу я спросить, почему ты спал на этой скамейке? Тебе не нравится твоя кровать или что-то в этом роде? — Мне просто захотелось здесь поспать, — пожимает плечами Джисон, а затем встает. – На скамейке? – Минхо спрашивает и тоже встает. – Я не знаю, как ты можешь спать на этом, моя задница так болит. – Он потирает задницу, чтобы доказать свою точку зрения, что только заставило Джисона хихикнуть. — Так ты собираешься пойти в столовую? – Минхо подошел немного ближе к младшему, который кивнул в ответ и повернулся к зданию. – Тогда ладно. Когда они подошли к столу, Джисон сразу же застыл на месте, из-за чего Минхо врезался в него сзади. Он почувствовал некоторую тревогу, исходящую от Джисона, и он подходит к нему и наблюдает за его лицом, он выглядел озадаченным. Чем он недоумевал? Минхо смотрит туда, куда смотрел Джисон, и тоже чувствует легкое беспокойство. Феликс, Сынмин и Чонин смотрели на них двоих, выражение их лиц было мрачным — для Минхо они не казались сумасшедшими, они выглядели обеспокоенными . – Что-то не так? Что то лицом? — спрашивает Минхо и проводит рукой по челку. – Надеюсь, я не так уж плохо выгляжу. — Нет, все в порядке, — отвечает Феликс и странно смотрит на Джисона, тон его голоса звучал немного не так, бодрость давно исчезла, он звучал так, как будто был чем-то раздражен. Минхо перевел взгляд на Хёнджина, который смотрел прямо на Феликса, выражение лица высокого мальчика показывало, что он не в курсе. – Доброе утро, Минхо Хён! — сказал Чонин своим обычным бодрым тоном. Эта живость в его голосе вызвала улыбку на лице Минхо, и все, что он хотел сделать, это поглазеть на то, как очаровательно он выглядел, когда казался таким счастливым. Минхо отбросил эти мысли, ему пришлось подумать об их лицах всего несколько секунд назад, и это было не так уж приятно. –Как дела? – На самом деле у меня все отлично, просто я был немного сбит с толку, — отвечает Минхо, — надеюсь, по моему лицу не ползает какой-то жук, из-за которого вы, ребята, смотрите на меня так смешно. — Эм, так ты собираешься присесть или как, хён? — нетерпеливо и грубо спрашивает Сынмин, из-за чего Минхо прищуривается. Как он мог быть таким грубым и так говорить с ним? Минхо решил отмахнуться и рассмеялся в ответ, в его смехе было лишь немного юмора, это было гораздо больше того, что он назвал бы принужденным смехом, чтобы скрыть свое раздражение. — Вы, ребята, не выглядите такими счастливыми, — продолжает Минхо, — вы уверены, что с вами все в порядке? – Что ты имеешь в виду? Ничего страшного, и я уверен, что ты слишком много думаешь, — отвечает Сынмин, — Просто утро, знаешь ли. – Это звучало достаточно убедительно, иногда Минхо тоже мог немного капризничать по утрам. — Минхо-хён, я сейчас пойду, в кафе, — заявляет Джисон и быстро уходит, прежде чем Минхо успел ответить или спросить, может ли он присоединиться к нему там. Четверо, похоже, что-то затаили против Джисона, Минхо просто знает это. Почему Джисон просто так ушел? — Ты уверен, что ничего не происходит? Джисон буквально только что ушел, — указал Минхо, — Может быть… — он посмотрел на Хёнджина, — между тобой и Джисоном что-то происходит? Ты избегаешь его? – При этом вопросе Хёнджин неловко поерзал на своем месте и быстро взглянул на Чонина, прежде чем снова взглянуть на Минхо. Одни только эти движения практически ответили на вопрос Минхо, но он пока не хотел делать поспешных выводов. Ему нужен был прямой ответ. — Они не избегают друг друга, — отвечает Чонин и невинно моргает, глядя на Минхо. — Может быть, он хотел кофе или что-то в этом роде. Кафе возле универа довольно милое, мне самому нравится туда ходить. – Он смеется. Верно, думает Минхо и поворачивается, чтобы посмотреть на вход. Затем он подошел к свободному месту рядом с Феликсом и сел. Он прижался щекой к кулаку, что-то явно было не так. Если Джисон хотел выпить кофе в кафе, то почему он так быстро ушел? Почему он выглядел таким странным, когда подошел к этому столу? Почему он не сел и не поговорил с ними радостно? Почему они не сделали великого Джисона счастливым? Почему Джисон не поздоровался с ними? Почему они звучали так, как будто они что-то скрывали? Почему? Почему? Почему? Все эти вопросы, которые Минхо задавал себе в уме, высасывали энергию прямо из его мозга. Одно он знает точно. Даже если он слишком много думает, даже если он ошибается, он знает, что, черт возьми, что-то происходит. — Могу я рассказать вам кое-что смешное? — случайно спросил Минхо, и все посмотрели на него в недоумении — вероятно, потому, что он начал говорить из ниоткуда. Он убирает ладонь со щеки и упирается предплечьем в стол. – Кто-то очень расстроен. – Это смешно? — спросил Сынмин. – Разве это не должно быть грустным? "Прибереги вопросы на потом, маленькая умница" – Это забавно, потому что, — встает Минхо, — люди, к которым он обращается, общаются с ним как с дерьмом и что-то от него скрывают. — Это из-за Джисона? Потому что если это так, то я не уверен, что ты пытаешься сказать! – Феликс отвечает оборонительно, и этого было достаточно, чтобы добавить несколько негативных моментов в дружбу Минхо с ним — его симпатию к нему медленно падала. – Тогда почему он избегает Хёнджина? Тогда почему он так ушел? Очевидно, что-то происходит, и никто из вас не хочет встать и сказать правду, — холодно говорит Минхо, — правда освободит вас~ – О, как смело с твоей стороны предположить, что мы не говорим правду, — усмехается Сынмин, — подумай, прежде чем делать поспешные выводы, хён. – Минхо просто хотел задушить этого ублюдка прямо сейчас. – Потому что ты говоришь неправду, а я не дурак, — закатывает глаза Минхо, — если ты не хочешь ничего говорить об этом, тогда ладно, я не буду настаивать дальше. – Он разворачивается и направляется прямо из столовой. Если они не собирались ничего говорить, у него не было другого выбора, кроме как работать над выяснением вещей самому. ********* В кафе Джисон наматывал соломинку на чашку кофе со льдом, он еще не сделал ни глотка, спрашивая, почему они так холодно смотрят на него. Он ничего не сказал никому из них, кроме Хёнджина и Чонина, у них была причина так смотреть на него, кроме Сынмина и Феликса? Почему они делали то же самое? Эти холодные глаза послали ему сигнал тревоги, говоря ему просто уйти, и вот он в кафе, с трудом понимая, что происходит. – Привет. – Джисон поднимает взгляд и улыбается, увидев Минхо. Он чувствовал, что его нужно сопровождать сюда, и был более чем рад видеть Минхо всего в нескольких дюймах от него. — Могу я присоединиться к тебе здесь? — Да, конечно, — говорит Джисон и указывает на сиденье прямо напротив него. Минхо садится, и они оба смотрят друг другу в глаза. – Если ты собираешься спросить о том, что было раньше, я не хочу об этом говорить. Извини. – Все в порядке, я просто хочу убедиться, что с тобой все в порядке. Ты хорошо себя чувствуешь? — спрашивает Минхо. — Нет, — Джисон поджал губы и начал чертить узоры на пластиковой чашке, — я не чувствую себя хорошо. — Все будет хорошо, Джисон, я знаю, что не должен этого говорить, потому что не знаю, что именно происходит, но просто знай, что прямо напротив тебя есть кто-то, кто сделает все, чтобы помочь тебе, и готов помочь, ты почувствуешь себя лучше, — говорит Минхо и так тепло улыбается. Джисон отрывает от него взгляд и смотрит прямо на свой кофе со льдом. — Спасибо, — бормочет Джисон, переводя взгляд в глаза Минхо. Мягкость в глазах другого вселяла в него некоторую уверенность. Минхо такой хороший человек и друг. – Ох, и взгляды, которые они бросали… они были направлены не на тебя, а на меня. У них нет никаких причин делать это с тобой. Так что не обижайся. — У них нет никаких причин делать то же самое с тобой, Джисон, — отвечает Минхо, его улыбка исчезает. — И ты тоже, не обижайся, ладно? Просто продолжай улыбаться. – Джисон почувствовал, как слезы наполняют его глаза, он попытался скрыть это, опустив голову, но это только заставило слезы капнуть на стол. Минхо вздыхает, но ничего не делает. Джисон не хотел, чтобы он что-то делал, легкого молчания было достаточно. — Все будет хорошо, и я всегда буду с тобой. Джисон снова встречается взглядом с Минхо. – Спасибо, я постараюсь вытерпеть. – В любое время можешь просить о помощи, — улыбка Минхо стала шире, а его глаза превратились в полумесяцы. Он выглядел так красиво, когда искренне улыбался, это было так ярко, как сияющие звезды в ночном небе. — Просто держись там и приходи ко мне, если что-то не так, хорошо? Джисон кивает в ответ и думает, что сказать. Он был очень благодарен, но он уже поблагодарил его. Он ценил заботу Минхо о нем. — Я думаю, ты мой третий любимый человек, — наконец удается сказать Джисону после нескольких секунд недолгих размышлений. Он наблюдал, как глаза Минхо слегка расширились, его улыбка немного померкла, но она все еще была на месте, и он несколько раз моргнул, вероятно, задаваясь вопросом, правда ли то, что сорвалось с губ Джисона. — Третий? — дуется Минхо, Джисон кивает и усмехается. – Не самое любимое место, но, по крайней мере, я ближе к первому. – Теперь это Джисон расширил глаза. Минхо хотел быть его первым любимым человеком? Он стряхнул с себя мысли и взял свой кофе со льдом, он уставился на дно, видя, как лед уже начал таять. Он все равно приложился губами к соломинке и выпил кофе, не желая тратить его зря. Минхо прижался щекой к ладони и уставился на стол. Как только время приблизилось к 9:30, Джисон встал, и Минхо сделал то же самое и выжидающе посмотрел на Джисона. В какой бы класс ни собирался пойти Джисон, Минхо хотел следовать за ним. Его первый урок начинался в 10:30, но он хотел остаться с Джисоном. Его первый урок не может быть слишком плохим, не так ли? – Какой у тебя урок? — быстро спросил Минхо, прежде чем Джисон отошел. – Искусство, — просто ответил он. Да, это звучало не так уж плохо, все, что ему нужно было делать, это рисовать и рисовать, верно? – Хорошо, я присоединюсь к тебе в этом классе, хотя мой первый урок начинается в 10:30, — смеется Минхо. — Почему ты вообще так рано пришел в универ? – Джисон смеется. – Тебе надо было еще немного поспать. – Минхо не хотел говорить ему, что единственная причина, по которой он пришел в школу рано, — это увидеть его. – Нет, мне не хотелось спать, — отвечает Минхо, хотя несколько дополнительных часов сна были бы большим благословением для его разума и тела, особенно с учетом того, что занятия в университете были очень лихорадочными. Но зачем ему спать, когда у него было небольшое солнышко, за которым он сразу же следовал, направляясь в художественный класс? Художественный класс Джисона был не так уж плох, хотя Минхо немного раздражало то, как профессор странно на него смотрел. Минхо пришлось отмахнуться от этого взгляда. Может быть, этот взгляд прекратится, как только он действительно запишется в художественный класс. Минхо, конечно же, предпочел сесть рядом с Джисоном, с кем еще он хотел сесть рядом? Он заметил, насколько Джисон сосредоточен на своей работе, и расстраивался, когда его работы не получались такими, как он хотел. Это было что-то простое — профессор хотел, чтобы они нарисовали воображаемое место, а Джисон пока нарисовал только круг. Он повернул голову к профессору, который шел между рядами столов, изучая работы студента, Минхо отвел взгляд и опустил взгляд на свою работу. Он еще не начал рисовать, но решил профукать, чтобы профессор не приставал к нему. Он даже не собирался записываться в этот класс, он не хотел получать оценки за свою ужасную работу. – Мне нравятся твоя работа… – Голос немного напугал Минхо, и он резко поднял голову и посмотрел на профессора, который смотрел на его работу. Казалось, он проявлял интерес к моей работе. – Ты очень интересно рисуешь, это кошачий остров? – Минхо посмотрел на свою работу и увидел, как он нарисовал так много странно выглядящих кошек, потому что не умел рисовать. Он также нарисовал человека посередине, лежащего на траве (или, скорее, резким торопливым мазком, который он создал), человек, которого он создал, был основан на нем самом. – Да, это место с большим количеством кошек, и я лежу в траве, — объяснил Минхо, — я просто очень люблю кошек, и это вдохновило меня нарисовать себя с таким количеством кошек. – Вау, как креативно, — похвалил профессор. Минхо гордо улыбнулся, ему понравилось, как его простой набросок получил комплимент. – Но не забудь потратить время на свою работу, она выглядит плоской. Попробуй добавить немного теней, так это добавит больше глубины и выделит твою работу. Попрактикуйся в штриховке и попробуй использовать эталонные фотографии для кошек, учебники, могут вам помочь. – Улыбка Минхо дрогнула при этом, но он все равно принял критику — даже несмотря на то, что он сдержанно хотел ударить профессора кончиком художественного карандаша, который он позаимствовал у Джисона. – Хан Джисон, ты поправляешься. – Профессор перешел к Джисону и внимательно изучал его работу. Минхо посмотрел на работу Джисона, и его губы сложились в «о», Джисон на самом деле был очень хорош в искусстве, и его набросок до сих пор выглядел так красиво, но почему он излучал такие мрачные вибрации? Похоже, он нарисовал поле с чем-то вроде кувшина посередине, а внутри этой чаши был человек, он выглядел незаконченным, но что-то в его сердце подсказывало ему, что это то, что Джисон чувствовал прямо сейчас, или это было эмоции, которые блондин испытывал внутри. — Не скажешь мне, что это за воображаемое место? — Человек в глуши и заключенный в банку, — минимально объясняет Джисон, настолько настороженно звучал его голос. — А, хорошо, ты молодец! — ободряюще говорит профессор и переходит на другой стол. – Нравится моя работа? — спрашивает Минхо Джисона и указывает на свою бумагу. – Да, это так мило, — хихикнул он, — очень на тебя похоже. – Спасибо, — улыбнулся Минхо, — надеюсь, моим кошкам тоже понравится. ********* Его урок психологии сегодня прошел не так уж и плохо. Время пролетело очень быстро, но главным образом потому, что мысли Минхо были заняты Джисоном и только Джисоном. Блондин была его главным приоритетом, и ему нужно было разгадать эту тайну, скрытую за хмурым взглядом Джисона. Джисон чувствовал себя в ловушке? Застрявший? Это были единственные мысли, которые приходили ему в голову, именно то произведение искусства, которое создал Джисон, заставило эти мысли накапливаться в голове Минхо. Неужели другие заставили его так себя чувствовать? Вероятно. Не было никакой другой причины, чтобы настроение Джисона погрузилось во тьму. Ему нужно было что-то с этим делать, он не хотел, чтобы Джисон чувствовал себя так, он не хотел, чтобы Джисон чувствовал, что он держится один. Минхо мог прийти к выводу, что все это связано с Хёнджином. Все было хорошо до отсутствия Минхо, и весь этот хаос нахлынул на него, пока он отдыхал после универа. Джисон и Хёнджин раньше были хорошими, вели себя такими счастливыми, вели себя как друзья. Он скептически отнесся к их словам, они звучали слишком оборонительно, слишком оборонительно, особенно Сынмин и Феликс. Их глаза говорили о многом, гораздо больше, чем они говорили. В них было что-то, что говорило Минхо, что они настроены против Джисона. – Это чертовски раздражает! – Минхо ворчит и пинает ничего перед собой. Смех, доносившийся издалека, заставил кровь прилить к ушам. – Что раздражает? – Тэн прошел перед ним и остановился. – Не иметь возможности танцевать в течение месяца? Расслабься, это не сильно на тебя повлияет. – Да, это раздражает. Это влияет на меня, разве ты не знаешь, как сильно я хочу появиться сегодня в клубе? Разве ты не знаешь, как сильно я хочу продолжать участвовать в танцевальной команде, потому что я один из директоров? Ненавижу быть таким больным, — сердито говорит Минхо. Тен положил руку на плечо Минхо и слегка сжал его. – Вещи случаются, Минхо, иногда это может выйти из-под твоего контроля, но твой запрет на танцы будет снят. Держись. – Хорошо, хён, — отвечает Минхо, — но это одна вещь, из-за которой я расстроен, есть кое-что еще, что происходит, и я хочу это исправить. – Что такое? — Я бы не хотел говорить прямо сейчас, — отвечает Минхо и с тревогой прикусывает нижнюю губу. — Все в порядке, — похлопывает его Тэн, — если когда-нибудь захочешь поговорить о чем бы то ни было, просто напиши мне. — Спасибо, — улыбнулся Минхо. Тэн попрощался и ушел. Минхо снова вздыхает и направляется прямо к столовой. Подойдя к столу, он хмурится. Там были все, кроме Джисона, его глаза скользили по каждому лицу за столом. Сынмин был поглощен своей книгой, Чан слушал музыку, Феликс и Чанбин разговаривали друг с другом (больше похоже на флирт друг с другом), а Чонин разговаривал с Хёнджином. Все казалось нормальным, кроме того, что Джисона здесь не было. Минхо задумался, где он был, стоит ли спрашивать? Когда Хёнджин повернул голову к Минхо, Минхо мрачно посмотрел на него, пытаясь выстрелить в него холодом, и он был взволнован, когда Хёнджин улыбнулся ему. — Привет, хён. – Делает вид, что ничего не произошло. — Ты знаешь, где Джисон? — спрашивает Минхо, не желая больше быть с ним добрым. Хван Хёнджин – причина безмолвных страданий Джисона, причина того, что бедный блондин плачет в одиночестве и продолжает терпеть боль. — Вообще-то он… – Нет, мы его не видели, — отвечает Чонин, перебивая Хёнджина, Минхо был ошеломлен, что заставило его так прервать Хёнджина? Как он мог это сделать? Минхо начинал злиться на него, почему Чонин так себя вел? Что случилось с этим маленьким ублюдком? Он становился таким раздражающим, и кто дал ему право говорить вместо Хёнджина. Минхо ожидал большего от Чонина, он считал Чонина милым ангелочком. Он не мог не чувствовать себя настолько разочарованным в нем. Может, он просто обострился? Но это не значит, что Хёнджин не имел права заканчивать свои слова. — Я спрашивал Хёнджина, Чонин-а, — Минхо пытался сохранять спокойствие, хотя его настроение так и готово было взорваться. — Что ты хочешь услышать? Ты хочешь ответ, который хочешь услышать? Что мы видели Джисона? Потому что не видели. – Несмотря на угрожающий взгляд, который он бросил на Минхо, его голос все еще звучал собранно и терпеливо. — Дай Хёнджину закончить , — снова требовательно говорит Минхо. — Нет, Джисон еще не приходил сюда, мы действительно не знаем, где он, — немедленно ответил Хёнджин. Минхо облизнул нижнюю губу, пытаясь уменьшить раздражение. – Все хорошо? — спросил Чан, он снял наушники и с беспокойством смотрел на Минхо. – Да, – просто отвечает Минхо и направляется к свободному месту рядом с Чанбином, который разговаривает со своей потенциальной любовью всей своей жизни. Чонин и Хёнджин что-то скрывали, они были слишком очевидны. Он спокойно сел опираясь подбородком на холодные пальцы — все переосмысливая, соединяя сложные куски. Через минуту ему в голову пришел план. Это могло сработать, а могло и не сработать, но он так гордился тем, что придумал умный план с участием своего маленького друга... — Чанбин-а, — тихо говорит он и хлопает его по руке, отвлекая от разговора с Феликсом. Феликс взял пакет с молоком и начал потягивать напиток. — Что случилось, Минхо? — Мне нужно поговорить с тобой наедине, — шепотом отвечает Минхо, достаточно слышно, чтобы его услышал Чанбин. Чанбин понимающе кивает, и они встают со своих мест. Прежде чем уйти из-за стола, Минхо бросил последний взгляд на Чонина, который тоже смотрел прямо на него с подозрением в глазах. Минхо немного пожалел, что посмотрел на него, он знал, что это только вызовет больше подозрений у младшего, но ему было все равно. — Итак, о чем вам нужно поговорить? — спросил Чанбин, как только они оказались в немного пустом коридоре, мимо проходило лишь несколько учеников. — Джисон, — отвечает Минхо. Чанбин поднял бровь. – Чонин, Хёнджин, Сынмин и даже Феликс теперь относятся к нему по-другому. – Это заявление заставило лицо Чанбина исказить беспокойство. – Что ты имеешь в виду? – Я не знаю, как объяснить, но, похоже, у них теперь есть что-то против него. Я и сам не знаю всей истории, похоже, их маленькая дилемма возникла, пока меня не было. – Честно говоря, я тоже кое-что заметил, Джисон немного изменился, он гораздо более расстроен и сдержан в эти дни. Он был таким тихим на уроках музыкального производства, что я даже указал на это однажды во время обеда. В тот день Джисон плохо ел свой обед, он явно выглядел расстроенным, Чан спросил, все ли с ним в порядке, и Джисон сказал, что ему нужно немного побыть одному, и ушел. Феликс даже указал, что кто-то ведет себя по отношению к нему как сука, — объясняет Чанбин. "Кто-то вел себя как стерва с Джисоном?" спросил Минхо про себя и нахмурил брови. Этот кто-то заслужил удар кулаком в лицо. Если он узнает, кто этот человек, он разорвет их на части и разрушит их гребаную жизнь. – Тогда Феликс и Сынмин что-то знают, Джисон мог рассказать им, что происходит, — заявил Минхо. Злость царапала его изнутри, и он изо всех сил старался сохранять хладнокровие. — Скорее всего, — отвечает Чанбин. – Может ли это быть что-то между Джисоном и Хёнджином? Эти двое не так часто находятся рядом друг с другом, они не разговаривают друг с другом и избегают друг друга. Когда то они оба были громкими и много разговаривали друг с другом, а теперь этого как будто не было. – Минхо был рад, что Чанбин тоже заметил что-то между Хёнджином и Джисоном, и Минхо не нужно было говорить себе, что он, возможно, слишком много думает обо всем этом. –Может быть… – Минхо продолжает – Чанбин, ты довольно близок с Феликсом, верно? – Чанбин поднял бровь. – Да, а что? — Ты должен помочь мне с моим планом – Это преступление? Я не хочу попасть в беду. – Нет, идиот, это просто. – Минхо продолжает объяснять план. ********* Чанбин очень нервничал и чувствовал, что он плохой человек, потому что согласился с планом. Когда он сел за стол в кафетерии, он наблюдал за каждым из них, и его взгляд остановился на Хёнджине, который выглядел таким блаженным, как будто ничего не произошло. Он отрывает взгляд от черноволосого мальчика, так как тот не имел никакого значения в данный момент, и вместо этого посмотрел на симпатичного мальчика рядом с ним, который ел свой обед. — Привет, Феликс, — говорит Чанбин, Феликс посмотрел прямо на него, все еще пережевывая еду. – Могу я поговорить с тобой наедине после того, как ты закончишь есть? Это очень важно. – Феликс проглотил свою еду и кивнул в ответ. Когда младший закончил есть, они встали из-за стола и направились из столовой в какое-то тихое и уединенное место. — О чем вам нужно было поговорить? — спросил Феликс. — Это насчет Хёнджина и Джисона, я заметил, что они ведут себя странно рядом друг с другом, — объяснил Чанбин, и Феликс нахмурился. — Не мог бы ты рассказать мне, что происходит? – На самом деле, Джисон причинил боль Хёнджину. – Чанбин был ошеломлен. План Минхо был настолько умным, что Феликс определенно легко выдал бы секреты Чанбину, потому что он был близок с Феликсом. – Вот почему они такие. — Что ты имеешь в виду? Джисон не стал бы так поступать. — Так сказал Чонин, — пожал плечами Феликс, — Джисон капризничает, потому что Хёнджин был с Чонином, и он ревнует. – Джисон ревнует? Это было невероятно, Джисон не выглядел из тех, кто будет ревновать к таким вещам. Он был таким маленьким мягкотелым и ставил других выше себя. Может быть, это то, что Чанбин видел снаружи, мог ли Джисон быть другим человеком внутри? Помимо того, что видит Чанбин? – Ты уверен? — спрашивает Чанбин, еще не веря словам Феликса. — У меня есть доказательства, — Феликс полез в карман и вытащил телефон. Он передал трубку Чанбину. – Чонин объяснил ситуацию Сынмину и мне. Чанбин посмотрел на текстовое сообщение, оно было очень длинным, и когда он прочитал его, ему показалось, будто нож вонзился ему прямо в сердце. Инни [21:56 PM]: Эй, ребята, я знаю, вы двое можете быть обеспокоены тем, что происходит с Хёнджином и Джисоном, так что я объясню, что происходит. Когда Хёнджин сказал Джисону, что встречается со мной, Джисон плохо отреагировал и сказал, что больше не хочет с ним дружить. Кажется, он ревновал. Он сказал Хёнджину так много ужасных вещей и задел его чувства. Вот почему Джисон избегает Хёнджина, хотя тот не сделал ничего плохого. Я был так потрясен, когда Хёнджин рассказал мне об этом. Мне жаль, если мы не сказали вам двом раньше, но именно поэтому Джисон так себя ведет. Он чувствует себя преданным только потому, что мы с Хёнджином встречаемся, что объясняет его грустное выражение лица и отказывается разговаривать с Хёнджином. Никому не говорите об этом и не поднимай эту тему. Сынмин [21:57]: Какого черта? Мне очень жаль, я не могу поверить, что Джисон так отреагировал! Он не имеет права причинять вам двоим вред! Я так разочарован в нем. Феликс [23:23]: Я так зол. Что, черт возьми, с ним не так? — Какого хрена… — бормочет Чанбин, — я не могу в это поверить. – Вот что я чувствовал. Я не мог поверить, я думал, что виноват Хёнджин, — нахмурился Феликс. Чанбин больше не мог видеть Джисона прежним. Джисон не был таким ярким, милым и милым человеком. Он был проклятым монстром, которому нравилось портить людям настроение. – Феликс, ничего, если я сфотографирую текстовое сообщение, чтобы просмотреть его позже? — спрашивает Чанбин. — Конечно, я не против, — уверяет Феликс. Чанбин достает свой телефон и делает четкую фотографию этих сообщений, прежде чем положить телефон обратно в карман и вернуть телефон Феликса. — Спасибо, — Чанбин улыбнулся ему. — Это все, о чем ты хотел поговорить? — спросил Феликс, собираясь уйти. — Да, спасибо, — говорит Чанбин и замечает, как перед глазами Феликса промелькнула какая-то грусть, прежде чем он развернулся и пошел прочь. – На самом деле не все – Он остановился и снова повернулся, чтобы посмотреть на Чанбина. – Я давно хотел сказать это… – Чанбин нервно посмотрел себе под ноги и почувствовал, что Феликс снова приближается к нему. Когда он видит ноги Феликса прямо напротив своих, он тут же поднимает глаза. – Что ты хотел сказать? — спросил Феликс. Чанбин немного помолчал, слишком боясь говорить, Феликс терпеливо ждал ответа. — Ты мне нравишься, Феликс, — бормочет Чанбин и чувствует, как его лицо пылает, — ты мне очень нравишься, и ничего страшного, если я тебе не нравлюсь, я просто хотел, чтобы ты знал… — Чанбин, — говорит Феликс, Чанбин ждал отказа, чувствуя, что Феликс не чувствует того же. – Ты мне тоже нравишься. – Широкая улыбка скользнула по губам Чанбина, и Феликс хихикнул. Он крепко обнял Чанбина, и Чанбин тоже обнял Феликса за талию. Он был так счастлив, что наконец-то дал волю своим чувствам, и был так счастлив, что Феликс чувствовал к нему то же самое. ********* Минхо думал, что его план очень хорош, он чувствовал себя буквально гением, хотя это был всего лишь простой план. Причина, по которой он попросил Чанбина о помощи, заключалась в том, что он знал, что Феликс и Чанбин любят друг друга и расскажут друг другу что-нибудь, плюс, хорошо зная Феликса, Минхо знал, что младший расскажет что угодно своему любимому человеку. Он был рад, что Чанбин согласился с планом, и сразу же вернулся в столовую, чтобы воплотить план. Минхо решил остаться на том же месте и подождать, пока Чанбин не вернется с какой-нибудь информацией. Он был готов услышать, кто причинил Джисону боль, и Минхо тоже был готов причинить боль этому человеку своими собственными руками. – Ты должен сказать мне, что происходит, ты выглядишь таким грустным, и я могу попытаться тебе помочь. – Минхо вырвался из своих мыслей, услышав знакомый голос. Он всегда мог узнать этот надоедливый голос. Когда он посмотрел в ту сторону, откуда доносился голос, внутри него вспыхнула ярость. Да, это определенно Дэкхва с тревогой смотрел на Джисона. Блондин сидел на предпоследней ступеньке лестницы. Минхо шел в их направлении, но все еще держался от них на расстоянии, не желая, чтобы они знали, что он был поблизости и шпионил. — Все в порядке, Дэкхва. Я сам со всем справлюсь, этим я и занимаюсь уже несколько дней, — вздыхает Джисон. Эти слова поразили Минхо в самое сердце, и он хотел утешить блондина. Он продолжает смотреть, и когда он видит, как Джисон быстро вытирает слезы, Минхо чувствует, как его ноги притягивают его ближе к себе. Как бы он ни хотел оставаться под прикрытием, ноги выдавали его. Дэква заметил его приближение, и выражение его лица исказилось от беспокойства до чистого раздражения. Минхо остановился прямо перед Джисоном, встал перед ним на колени и взъерошил ему волосы. И когда он услышал, как Дэкхва раздраженно вздохнул, Минхо понял, что это его спровоцировало. Минхо изучал лицо Джисона, он выглядел как полный беспорядок, не то чтобы он хотел быть грубым. – Все в порядке? — спросил Минхо. Джисон, конечно, кивнул в ответ . Минхо знал, что это ложь, но решил двигаться дальше. — Я тебе пока поверю. – Эй, Минхо, что ты вообще здесь делаешь? Ты не можешь дать нам немного уединения? Мы разговаривали, — врывается в разговор Дэкхва, и Минхо угрожающе посмотрел на него, пытаясь отпугнуть, но Дэкхва не сдвинулся с места. и он был похож на прожорливого зверя, готовящегося к нападению. Неужели Минхо испугается? Неа. Он был готов выбить из него дерьмо, если Дэкхва сделает какую-нибудь глупость. – Он мой друг. Я не могу утешить друга? — Ну, а он мой парень , — огрызается Дэкхва, — и я хочу, чтобы ты ушел, так что отвали. Мы с Джисоном разговариваем, а ты портишь настроение. — Как мое присутствие здесь портит настроение? Я пытаюсь улучшить настроение Джисона, а ты здесь поднимаешь из-за этого такой большой шум, — Минхо подходит ближе к Дэкхве, в его глазах появляется угроза. – Знаешь, у тебя очень плохо получается утешать его. – Спасибо за заботу, Ли-Мин-хо. Я постараюсь улучшить себя. А теперь, может, ты просто отвалишь и пойдёшь танцевать или что-то в этом роде? – издевается. – Ты поэтому сошел с ума? Может, тебе стоит проверить свой мозг. – Минхо сжал кулаки по бокам, и одно это действие сразу же насторожило Джисона, и он встал со своего места. – Может, тебе следует вычистить рот, ты несешь чушь, перестань вести себя так чертовски глупо, — огрызается Минхо, — иначе я пораню твою лодыжку. – Перестаньте ругаться вы двое! – Джисон наконец заговорил и встал перед Дэкхвой. Это немного задело Минхо, потому что Джисон, казалось, защищал Дэкхву, но он решил отпустить эту обиду, Минхо хотел как можно сильнее разозлить Дэкхву и разлучить его. — Джисон, не мог бы ты сегодня погулять со мной после универа? – Минхо с любовью улыбается Джисону, и он видел, как Дэкхва напрягся при этом. – Он будет со мной после универа, — говорит Дэкхва. – Я? — говорит Джисон, выглядя очень озадаченным. Минхо посмотрел на Дэкхву и ухмыльнулся ему. — Я сказал первый, — насмешливо смеется Минхо над Дэкхвой, а затем переводит взгляд на красивые карие глаза Джисона. – Похоже, сегодня ты свободен после уроков. Так что, не хочешь потусоваться? — Я подумаю об этом, — просто отвечает Джисон. Это был не тот ответ, которого хотел Минхо, но его это устраивало. По крайней мере, это не было прямое "нет". – Теперь ты счастлив, Минхо? Если ты хотел спросить об этом, уходи сейчас, — усмехается Дэкхва. — Да, я очень счастлив, — отвечает Минхо и бросает на Дэкхву самодовольный взгляд, глаза монетных головок горят от ярости. – Чао~ – Минхо машет рукой и уходит. ********* Минхо лежал на диване, закинув руку за голову, рядом с ним лежало несколько закусок. Его телефон лежал прямо у него на животе, он ждал, когда из телефона раздастся хоть какой-то звук, надеясь, что в конце концов Джисон напишет ему свой ответ. Как раз в тот момент, когда он собирался потянуться за нераспечатанным пакетом чипсов, его телефон издал блаженный звук, который Минхо так хотел услышать, и он немедленно схватил его и проверил имя, появившееся на экране. «Чанбин». Минхо знал, о чем пойдет речь. Чанбин [16:03]: Знаешь, как во время обеда мы говорили об изменении настроения Джисона? И как мы предположили, что между ним и Хёнджином что-то происходит? Ничего не происходит, и мы просто слишком много думали. Так что волноваться не о чем, Феликс объяснил, и это понятно. Джисон довольно далек, потому что занимается своими делами, а Хёнджин, конечно же, проводит много времени со своим парнем. Минхо вздохнул, прочитав этот текст, выключил телефон и положил его на кофейный столик прямо перед собой. В конце концов, он поторопился с выводами, но с чем имел дело Джисон, что уменьшило радость внутри него? Почему Феликс сказал, что кто-то ведет себя с ним как стерва, а теперь утверждал, что все в порядке? Звонок телефона вырвал его из мыслей, он взял трубку и широко улыбнулся имени, появившемуся на экране — Джисон. – Привет! — с энтузиазмом говорит Минхо. — Привет, эм… давай потусим, — говорит Джисон, и хотя Минхо не мог видеть его лица, он знал, что Джисон сейчас смущается. – Отлично! Я заеду за тобой в общежитие и отвезу в мое любимое место. Тебе понравится! – Минхо утверждал, что его счастье наполняло его так быстро, что он чувствовал, что вот-вот взорвется. — Хорошо, — рассмеялся Джисон, — увидимся! Минхо повесил трубку, вскочил со своего дивана и исполнил свой маленький танец счастья. Он был так счастлив пообщаться с Джисоном, у Минхо было несколько планов, и он хотел узнать Джисона еще лучше. Он хотел быть для него лучшим, каким он мог быть, всем, чтобы привлечь внимание Джисона, всем, чтобы иметь такого блондина, как он, вместо Дэкхвы, даже если бы это означало, что он должен был делать определенные вещи.