На птичнике с утра событие случилось.
Привёл хозяин нового жильца.
Дивились ку́ры, стоя у крыльца.
Такого видеть сроду им не доводилось.
Шикарный цвет — сине́е не сыскать,
На голове возложена корона,
Перо к перу, в глазах рябит та гладь.
Но закудахтали все ку́ры от другого.
Сосед их новый сделал гордо круг,
Окинул взором прочих птиц, лишь мельком,
Подня́л он голову и жестом характерным
Раскинул хвост. Все онемели вдруг.
Огромный, словно озеро за домом,
И переливы зеленью на нём.
Впервые стих в том птичнике весь гомон,
Застыли петухи в почтении немом.
Пока ходил павлин с монарха видом,
Очнулись куры и наперебой
Устроили делёжку всей толпой
Кому достанется самец тот видный.
«Посторони́сь! — кудахтала Хохлатка,
Несушка в возрасте. — Не выросли ещё!»
«Сама посторони́сь! — парировала Натка. —
Тебя спросить забыли, старое бревно».
«Не знаете, вести себя как надо.
И высидеть не сможете птенцов.
Топтать он будет от рассвета до заката.
Кто справится? Ну? Кто пойти готов?»
Полдня собачились, хоть курицами были,
Делили нового соседа без конца.
И даже петухи под сению крыльца
Остановить тех куриц так и не решились.
Под вечер всё-таки они договорились.
Хохлатка в гости первая пошла.
Павлин на неё глянул свысока,
Но удостоил быстрого кивка.
Вслед им все взгляды с любопытством устремились.
Вернулась быстро, грустно изрекла:
«Когда б я знала, что в минуту б уложились,
Визит такой перенесла б на никогда».
***
С тех пор на птичнике все знали поголовно:
Каким красивым ни был бы твой хвост,
Под ним нет чуда, нет красивых звёзд —
Скрывается обычная куриная там жопа.
Поменьше пафоса, не задирайте нос!