идеальное свидание

      Чимин лениво шагал по забитой людьми улице рядом с университетом, стены которого торопливо покидали студенты. Кто уходил домой, кто на подработку, а кто-то перекусить в ближайшее кафе. Все куда-то бежали, занятые своими жизнями, а Чимин радовался этим на удивление спокойным мгновениям. Рядом шёл Хосок, что-то активно рассказывая о Юнги и Чимин пытался отвечать, пусть и односложно, но участвуя в разговоре. Обычно он был более общительным наедине с другом, но сегодня хотелось немного тишины и приятного одиночества. Но сегодня был только четверг и у Чимина было слишком много заданий из университета.       — Зайдём в кафе? — вдруг спросил Чимин, перебив Хосока на полуслове. Видя сомнения на лице друга, Пак продолжил: — Мне надо сделать доклад по фотожурналистике. Не хочу сидеть в четырёх стенах.       — О, давай, — кивнул Хосок после небольших раздумий. Чимин сразу свернул в их любимое кафе, где часто сидели студенты, но в котором, на удивление, было не так людно, как должно было быть.       Кафе встретило их тихой музыкой, шумом посуды и негромкими переговорами студентов, закончивших на сегодня занятия. Официанты ненавязчиво протирали столы, стараясь не мешать посетителям, а светлый интерьер и мягкие кресла придавали уюта помещению, так же как и тёплый свет. Вывеска над кассой была написана от руки на тёмной меловой доске, на ней были нарисованы забавные стаканчики кофе с глазами и улыбками, создавая заведению в какой-то степени дружескую атмосферу.       Чимин отправился к свободному столику, сев к двери спиной, а Хосок пошёл делать заказ, даже не спрашивая друга о его предпочтениях. Чон слишком хорошо его знал. Оглянувшись на Хосока, Чимин достал телефон и открыл диалог с Чонгуком.

15:39

Мы в кафе

Столик слева от входа, в самом углу

Наглый говнюк 15:40 Ты ещё позже не мог написать? Мы почти ушли

15:40

Если бы я с самого утра сказал Хосоку, что мы идём в кафе, то это было бы подозрительно

Обычно это происходит спонтанно

Наглый говнюк 15:40 Сделал бы вид, что это было спонтанно Признайся, ты сделал это специально

15:40

Конечно, я сделал это для того, чтобы ты подумал

Хоть раз в жизни это стоит сделать

Новый опыт, все дела

Наглый говнюк 15:41 За что мне такой ужасный партнёр попался

15:41

За всё хорошее

Вы идёте?

Наглый говнюк 15:42 К сожалению идём

15:42

К сожалению?

Наглый говнюк 15:42 Не хочу видеть твою рожу

15:43

Раздражаешь

Наглый говнюк 15:42 Взаимно       — С кем переписываешься? — Хосок поставил перед Чимином поднос с кусочком торта для Чимина, клубничным чизкейком для себя и стаканчиками кофе, заставляя младшего вздрогнуть и чуть не выронить телефон. Чимин поймал гаджет в полёте и поднял на друга недовольный взгляд. — Прости, я не думал, что ты так увлечён беседой. С кем переписываешься? С Чонгуком? — поиграл бровями Хосок.       — С кем? С этим на… А…. Нет, — Чимин захлопнул рот, чуть не сказав то, чего не стоило. — Староста написал, просил помочь завтра.       — Тебе стоит научиться ему отказывать, — недовольно сморщился Хосок, плюхаясь на место напротив Чимина. — Он в последнее время слишком наглеет.       — Он просто просит помощи за то, что прикрывает мою задницу на занятиях, когда у меня совпадают смены с парами. Если я не буду ему помогать, то у меня будут проблемы с пропусками, — Чимин взял кусочек как всегда аппетитно выглядящего торта и облизнулся. Желудок скрутило, напоминая Чимину о том, что он сегодня пропустил завтрак, впрочем, как и во все другие дни.       — И всё же он слишком много просит, — Хосок отправил первый кусочек в рот. — Ты и так постоянно носишься с учёбой и работой, а тут ещё он со своими «отнеси то», «сделай это».       — Если я хочу закончить с красным дипломом, а я это хочу, то у меня не должно быть столько пропусков из-за работы, — Чимин довольно промычал: вкусная сладость попала в рот, будоража аппетит ещё сильнее.       — Может, мне с ним по… — Хосок начал говорить, но затих на полуслове, уставившись куда-то за спину Чимину. Пак оторвался от разглядывания торта и сначала вопросительно поднял взгляд на замолчавшего друга, а потом обернулся, встречаясь взглядами с Юнги и Чонгуком. Чимин удивлённо вскинул брови, так и замерев с ложечкой во рту. Чонгук тоже его заметил и прыснул в кулак.       — Раздражает, — буркнул себе под нос Чимин, поворачиваясь обратно к Хосоку, чьё лицо приобрело розоватый оттенок, а кончики ушей вовсе вспыхнули. Очевидно, Хосок не ожидал встретить здесь Юнги, с которым они никогда не виделись где-то помимо столовой и университетских коридоров. — Это ты его пригласил? — Чимин наклонился через стол к Хосоку.       — Нет, ты что, у меня даже его номера нет, — отрицательно покачал головой Хосок, паникующе заглядывая в глаза Чимину. — Что мне делать? Он меня заметил? Он сюда подойдёт? Что, если он не подойдёт? А что если подойдёт?       — Хэй, тихо, успокойся. Глубоко вдохни и выдохни для начала, — Чимин накрыл руку Чона в поддерживающем жесте. — Если подойдёт, то просто поздоровайся, веди себя как обычно. Это просто встреча, такая же как в столовой, — пожал плечами Чимин и вернулся в нормальное положение как раз в тот момент, когда к столику подошёл Юнги. — Привет, вы тут какими судьбами? — спросил Пак, как ни в чём не бывало интересуясь вопросом, на который у него есть ответ.       — У Чонгука проснулась неожиданная любовь к кофе, — Юнги сел рядом с молчащим Хосоком. — А вы? — Мин повернулся к Чону, ожидая ответа от него, а не от Чимина. Пак с плохо скрываемой улыбкой замолчал, не собираясь спасать друга.       — Чимину нужно сделать доклад, я за компанию, — тихо пробормотал смущённый Хосок, смотря в тарелку, но больше не притрагиваясь к торту.       — Вы часто тут сидите? — Юнги продолжил разговор, хотя обычно именно Хосок был тем, кто поддерживал огонь диалога между ними, а Юнги просто плыл по течению. Лёд тронулся, подумал Чимин. Пак отправил в рот последний кусочек торта и дёрнулся от неожиданности, когда рядом приземлился ещё один человек. Чонгук поставил стаканчик кофе перед Юнги и отпил из своего, слегка морща нос.       — Что заказал? — Чимин заглянул в стаканчик к Чонгуку, теряя интерес к диалогу друзей.       — Американо, — Чонгук поставил напиток на стол, не собираясь больше притрагиваться к этому горькому и невкусному пойлу.       — Слишком горький? — Чимин взял стаканчик и немного отхлебнул, смакуя вкус. — Тебе стоило заказать раф, если не любишь горький кофе, — посоветовал Чимин, тоже отставив стаканчик.       — А ты у нас знаток кофе? — выгнул бровь Чонгук.       — Профессия вынуждает, — хмыкнул Чимин.       — Я думал ты журналист, а не бариста.       — Считай я два в одном, — Чимин заметил, что Хосок перестал есть торт и полностью погрузился в диалог с Юнги, поэтому, спросив разрешения, Пак принялся за кусочек друга.       — Тебе стоит меньше есть, если не хочешь, чтобы разнесло. И так жирок, небось, на боках свисает, — поддел его Чонгук. Чимин закатил глаза и пихнул знакомого в бок.       — В таком случае мне это не грозит, — ответил Чимин, продолжая уплетать кусочек торта, невзирая на слова Чонгука. — Я хотел предложить тебе поменять твой кофе, но теперь я и пальцем не пошевелю, чтобы спасти твои деньги, — фыркнул Пак.       — А ты можешь? — недоверчиво спросил Чон.       — Конечно, я тут работаю не первый год. Но тебе это не светит, закатай губу обратно, — Чимин доел торт и поднялся из-за стола, взяв свой стаканчик, привлекая внимание друзей. — Мы с Чонгуком пойдём за соседний столик. Он обещал мне помочь с докладом, — объяснил свой поступок Чимин и перевёл взгляд на растерянного Чонгука, с которым Пак предварительно не обсудил план.       — Да, я обещал помочь, — кивнул Чонгук, моментально вживаясь в роль. — Доклад, ага…       — Фотожурналистика, фотографии, все дела, — объяснил Чимин.       — Фотожурналистика, да, я же фотограф, — несколько раз кивнул Чонгук, хватая свой стаканчик и тоже поднимаясь из-за стола. Чимин еле сдержал смешок, подхватывая рюкзак с ноутбуком и уходя в другой конец кафе, чтобы не смущать парочку их присутствием. — В следующий раз предупреждай, если что-то задумаешь, — прошипел Чонгук, шумно отодвигая стул и садясь напротив Чимина.       — Ты и так отлично сыграл, — издевательски протянул Чимин. — Ты был таким неловким, что, я уверен, они подумали, ты по уши в меня, — подмигнул Пак.       — Как лучший друг парня моего брата может быть таким раздражающим, — недовольно скривился Чонгук. Чимин нахмурился, про себя пару раз повторяя то, что сказал Чон, чтобы понять эту цепочку.       — Ещё сложнее не мог сказать?       — Ах да, прости, я забыл, что думать это не по твоей части, — помахал рукой Чонгук, отмахиваясь от Чимина.       — Конечно, только ты у нас тут гений, — закатил глаза Чимин, пиная Чонгука под столом. — И вообще, заткнись, у меня правда доклад.       — По фотожурналистике? — уже более заинтересованно спросил Чонгук. Чимин коротко кивнул, включая ноутбук и открывая пустой документ. — Какая тема?       — Репортажная фотосъёмка, — Чимин написал заголовок, тяжело вздохнув. Чонгук, немного подумав, пересел ближе к Паку.       — Я фотограф, — напомнил младший. — Я правда могу помочь.       — Тут где-то есть подвох, — недоверчиво прищурился Чимин.       — Замени мне кофе и я тебе помогу, — невинно улыбнулся Чонгук. Чимин усмехнулся и поднялся, подхватив стаканчик Чона, уходя к кассе. Уже через пару минут он вернулся, поставив перед Чонгуком другой стаканчик, на котором был написан чей-то номер. — Я, вроде, просил кофе, а не номер. Или ты решил так подкатить ко мне? Я тебя разочарую, у меня есть твой номер.       — Ты понравился моей коллеге. Это ореховый раф, как у меня. Так что там по репортажной съёмке? — Чимин вернулся к изначальной теме, выжидающе смотря на Чонгука. Младший выпрямился, — у Чимина в голове проскочило сравнение с павлином, распушившим хвост, — и принялся рассказывать о теме доклада.       Чимин старался записывать главные тезисы, задавал вопросы, а иногда просил остановиться, чтобы полностью записать какой-нибудь важный или интересный факт, пока ситуация позволяла. В привычной ситуации интервью у Чимина не было бы возможности останавливать собеседника, чтобы не прерывать его ход мыслей, но Чонгук не респондент, а Чимин пока не интервьюер, хотя вопросы Пака уже были точными, с запросом нужной информации, но в то же время оставляли место для полёта мысли.       Когда Чимин получил всё, что ему было нужно, то замолчал и принялся быстро печатать основной текст доклада. Его пальцы точно летали над клавиатурой, быстро печатая текст. Иногда Чимин стирал, иногда добавлял, иногда правил, а порой задумывался и останавливался. Чонгук с интересом наблюдал за пишущим доклад парнем, что был погружён в своё занятие так сильно, что не замечал ничего вокруг. Чимин знал своё дело и выполнял его на отлично.       Поставив финальную точку, Чимин откинулся на спинку мягкого стула и потянулся, некультурно зевая, а со стороны послышался смешок. Чимин дёрнулся, удивлённо смотря на Чонгука, про которого уже успел забыть. Чон заглянул в экран ноутбука, пробегаясь по написанному тексту глазами.       — Да у тебя талант, — Чонгук не льстил и не издевался, Чимин уже знал интонацию его голоса, когда тот говорил искренне.       — Спасибо, — коротко ответил Пак, не зная как реагировать на похвалу от того, от кого он не ожидал её услышать. Чонгук тоже замолчал, неловко почёсывая шею.       Чимин решил, что разговор окончен, поэтому кинул взгляд на столик Хосока и Юнги, где парочка всё ещё активно что-то обсуждала, несмотря на то, что прошло уже пару часов. Кажется, компания друг друга им нравилась и темы для разговора не заканчивались, они узнавали собеседника лучше, обсуждали что-то наверняка интересное, а вокруг их столика царила атмосфера романтики и уюта. Что нельзя сказать о столике Чимина и Чонгука.       — Так… — начал Чон, прочистив горло. — Куда собираешься пойти после универа?       — Не знаю, — вздохнул Чимин, возвращая внимание Чонгуку. — Мне к концу этого года надо выбрать направление, но я без понятия куда мне двигаться, — покачал головой Чимин, проводя руками по лицу, хоть немного снимая усталость.       — Ты хорошо разбираешься в фотожурналистике.       — Это не я разбираюсь, это ты хорошо объясняешь, — хмыкнул Чимин, наблюдая за реакцией Чонгука на комплимент.       — Спасибо, — так же коротко ответил младший, видимо, тоже не понимая как реагировать.       — Я не хочу идти в фотожурналистику. Это не то, ради чего я сюда поступал.       — Кстати, ты же должен быть на третьем курсе, да? Почему ты сейчас на втором? — Чонгук вспомнил то, о чём ему говорил Юнги: Чимин поступил позже на год.       — Скажем так, я решил взять перерыв после учёбы в школе и перед университетом, — уклончиво ответил Чимин. — А ты, почему пошёл учиться? Фотографам же не обязательно получать корочку.       — Я тут прохожу ускоренный курс, всего полтора года буду учиться. Потом ещё раз буду поступать, уже на кинорежиссёра, — Чонгук откинулся на спинку стула, допивая уже второй стакан кофе, который успел взять, пока Чимин писал доклад.       — Почему сразу не поступил на кинорежиссёра? — удивлённо и непонимающе спросил Чимин.       — Хочу подрабатывать во время учёбы. Эта бумажка из универа откроет передо мной больше дверей и поможет получить больше важных знакомств для будущей профессии, так что мне будет легче пробиться после выпуска, когда я отучусь на кинорежиссёра, — объяснил Чонгук, уже распланировав свою жизнь, в отличии от Чимина, который не знал что будет делать в следующем году. У Чонгука всё было идеально, всё следовало его плану, а Чимин действовал спонтанно и на эмоциях, он не любил планы и рамки, поэтому даже его жизнь текла непредсказуемо.       — Понятно, — коротко ответил Чимин, переведя взгляд на тёмный экран ноутбука. — Я пойду, — Пак увидел, что Чонгук хотел сказать что-то ещё, поэтому оборвал его и начал собираться.       — Мы в субботу пойдём в клуб, место и время скину позже. Если соберётесь, то напиши мне, я вас встречу в клубе, — Чонгук вытянул ноги, наблюдая за сборами Чимина.       — Хорошо, до завтра, — кинул на прощание Пак, вскоре скрываясь за стеклянной дверью и направляясь в общагу.       Чимину потребовалось всего несколько минут, чтобы дойти до общежития и подняться к себе на этаж. Кинув ключи на тумбу, Чимин снял кроссовки и повесил пальто, унося ноутбук с рюкзаком дальше в комнату, оставив вещи у своей кровати. Несмотря на то, что сегодня у него не было смены в кафе и он не бегал весь день за старостой, Чимин чувствовал себя невероятно уставшим.       Мысли роились в голове, не отпуская парня даже когда он пытался погрузиться в мир очередной книги, заданной по зарубежной литературе. Они переплетались, путались друг с другом, мешались с буквами и смыслом прочитанного, требуя к себе внимания. Чимин упорно не замечал их, но, когда через час он перелистнул лишь одну страницу, то с вымученным вздохом отложил книгу, перед этим оставив на нужной странице закладку.       Откинувшись на кровать, Чимин закрыл рукой глаза, позволяя мыслям охватить свой разум, но те, как только им уделили капельку внимания, задорно ускакали, словно кокетливые девицы, лишь махнув на прощание своими белокурыми косами и оставив за собой тонкий аромат духов, на удивление тяжёлых, таких же, как ощущения после неприятных раздумий, от которых Чимин пытался отмахнуться на протяжении часа.       Голова гудела и пухла. Чимин выпил таблетку, походил по комнате, открыл окно и снова лёг, уставившись в потолок. Потрескавшаяся побелка, серый бетон за ней. На стене, прямо у потолка, отходили обои. В этой комнате давно не делали ремонт, в точности как и в той комнате, которую он оставил в своём родном городе. Комнате, которую он делил с мамой и папой. Единственной комнате в их однушке, где не могла уживаться вся семья.       Чимину приходилось работать, чтобы оплатить своё место в общежитии, одежду и ежедневные расходы. У него не было выбора, он не мог бросить работу, так же как и не мог работать там всю свою жизнь. Он должен был получить образование, чтобы в будущем устроиться на более высокооплачиваемую работу, пробиться вверх по карьерной лестнице, но также он должен был на что-то питаться сейчас, в настоящем, чтобы через несколько лет у него была возможность завтракать и полноценно ужинать, а не делить одну порцию на два дня.       В отличии от Чонгука, Чимину нужна была работа не для выгодных связей, а чтобы просто выжить. Он не строил надежд, не строил планов, ведь в любой момент вся его жизнь могла повернуться на сто восемьдесят и пойти в обратном направлении, к той нищете, в которой он жил, даже если несколько лет. Когда он пошёл в школу, то родители отправили его в Кванджу, где жили друзья семьи. Чоны приняли Чимина как родного, старались не ограничивать его, но Чимин знал. Знал, что должен этим людям. Что они за просто так тратят вдвое больше, чем должны были. Из-за невыгодного знакомства, из-за бедных друзей и жалости к их сыну.       А у Чонгука был хоть и один родитель, но он мог обеспечивать его всем необходимым. Теперь, когда у Чонгука полноценная семья, он мог не в чём себе не отказывать, он жил в квартире с братом, имел собственную комнату и общую гостиную в придачу, душ и кухню в квартире. А у Чимина был душ с туалетом на этаже, кухня одна на всё общежитие и обшарпанный потолок с отходящими от стен обоями. Хосока хотели отправить в купленную квартиру, но Чон, как лучший друг, отказался от такой привилегии и отправился в это дешёвое общежитие вместе с Чимином, деля комнату не только с ним, но и с тараканами.       Чонгук мог позволить себе работать по желанию, мог распланировать жизнь так, как хочется. У него был план, где ничто не могло ему помешать, а у Чимина было желание выжить и не считать каждую копейку, потраченную на еду, чтобы денег хватило не только на оплату общежития, но и одежду, на которую он откладывал деньги весь сезон и покупал лишь самое необходимое, занашивая вещи до дыр в буквальном смысле. Он носил кроссовки, пока те не рвались, толстовки, пока они не протирались на локтях, джинсы, пока не расходились по швам.       Чимину было противно от своего положения в обществе, от своей бедности и дешёвой еды, которой он давился в столовой и по вечерам. Было противно от себя, когда позволял Хосоку платить за перекусы в кафе или их развлечения. От тараканов, снующих по коридорам и комнатам общежития. От всего, что Чимина окружало и своей беспомощности, невозможности изменить своё положение в ближайшие пару лет.