Украденные мгновения

      Казу не нравилась идея Инеж притвориться девушкой из «Зверинца», чтобы проникнуть на прием. Он прекрасно понимал, чего ей будет стоить возвращение туда — пусть даже и не на самом деле. Всё равно, как если бы его заставили найти нужный труп на Барже Жнеца. Он не хотел подвергать ее такому испытанию. Но, с другой стороны, Инеж была права: это отличный выход из сложившейся ситуации.       — Это рискованно, — сказал он, глядя ей прямо в глаза.       — А какая наша работа не рискованна? — почти с вызовом ответила она, взглядом говоря: «Я справлюсь».       Каз сжал зубы и отрывисто кивнул. Как бы он ни беспокоился за Инеж, шестеренки в голове уже начали вертеться, обдумывая план. Рядом с большим стеклянным куполом Каз выложил своей команде детали того, что было у него на уме.       Когда всё обсудили, Джеспер повесил на плечи два мотка веревки и сделал Уайлену знак следовать за ним, а Маттиас отвел Нину в сторону поговорить. Каз подозревал, что у этих двоих есть какой-то свой план и за ними стоит приглядывать, но сейчас он был рад предоставившейся возможности немного побыть наедине с Инеж.       — У меня для тебя кое-что есть, — с улыбкой произнесла она и вытащила из рукава тюремной робы его кожаные перчатки.       Каз пораженно уставился на них:       — Как…       — Я достала их из выброшенной одежды. Перед тем как полезть вверх.       — Шесть этажей в темноте.       Ему до сих пор было дурно от мысли, что Инеж поднималась не по давно остывшему дымоходу, как они предполагали изначально, а по раскаленному. Джесперу пришлось вытаскивать из ее ног расплавленные кусочки резины! Но она не сдалась — смогла выбраться и вытащить их всех. Ее храбрость и внутренняя сила восхищала его как никогда.       Инеж коротко кивнула.       — Ты — лучшее, что случалось со мной в этой жизни, — тихо произнес Каз, взяв ее ладонь и легонько сжав ее.       Инеж коротко сжала его пальцы в ответ, а потом отпустила.       — Пора.       Но Каз снова поймал ее руку:       — Инеж, — он провел большим пальцем по ее запястью, чувствуя биение пульса. — Если мы не выберемся, я хочу, чтобы ты знала…       Несколько мгновений он молчал. Произнести эти слова — воплощение его уязвимости — было невероятно сложно. Но он должен был сказать их сейчас, потому что потом, возможно, будет слишком поздно.       Инеж терпеливо ждала, не торопя его. Каз поднял взгляд, посмотрев ей в лицо:       — Я люблю тебя.       Глаза Инеж засияли, и она улыбнулась с бесконечной нежностью:       — Я тоже люблю тебя, Каз.       Протянув руку, она коснулась его щеки, и Каз наклонил голову, прижимаясь к ее ладони. Сердце бешено колотилось в груди. Он почти не верил своим ушам, не понимая, как такая светлая девушка как Инеж может любить такое чудовище как он.       — Постарайся уцелеть, — произнес Каз, поцеловав ее ладонь.       Инеж фыркнула и опустила руку. Когда-то — не так давно — он почувствовал бы облегчение от того, что к нему перестали прикасаться. Сейчас он испытывал только острое сожаление о потери ее тепла.       — Ты тоже, — Инеж развернулась и решительно зашагала к Нине.       Проводив ее взглядом, Каз тряхнул головой, прогоняя лишние мысли. Ему следовало сосредоточиться на деле, если он хотел, чтобы они все выбрались из Ледового Двора.