Мы любим Скабиора больше всех

Зимой в лесу весьма уныло. Проклятый егерский контракт. Но грязнокровка позабыла На ветке милый артефакт. Ванилью пахнет, шоколадом, Полоски — роза и сирень: Всё то, что Скабиору надо. Жилет поправив и ремень, Он в Лондон вмиг переместился — Отметить надо ж Новый год. Он огневиски там напился Изрядно, как на год вперёд. Занюхал шарфом, от ванили Кружилась очень голова. Сирень и роза… Стены плыли, И путались в мозгу слова. Он вспоминал. Девчонка эта… Желанней нету никого. И с шарфом эта эстафета — Лишь для него для одного. А для кого ж ещё иного? В лесах-то много ли мужчин? С ним — не сравнятся, право слово, Тому есть множество причин. Биг Бен ушедший год отмерил, Настал уж год очередной. А егерь с шарфом встал у двери, О чём-то споря со стеной. Найти бы шарфову девчонку! Ведь неспроста она на ель, На ствол смолистый, липкий, тонкий Шарф намотала. Что за цель? Подать сигнал? Ему, конечно! Он помнил с осени её! Ваниль и розу безупречно Хранило в памяти чутьё. Огнём желаний опалённый, По лесу рыскал взад-вперёд. Почти поймал, почти влюблённый. Он обязательно найдёт! «Привет, красавица!» — небрежно При встрече слово бросит ей, Её лаская взглядом нежно, Обнять желая всё сильней. Поладят враз они, бесспорно. Преград не будет на пути. Теперь им вместе и задорно По жизни весело идти. Январский день пришёл неяркий. Спал егерь с шарфом на столе. Ваниль, сирень — его подарки От грязнокровки на стволе. Вдыхал он запах шарфа снова, Лицом уткнувшись в ткань плотней. «Ну что, красавица, готова?» — Спросил он, стоя перед ней: Во сне уже нашёл милашку, Стон с дерзких губ её сорвав, Сорвал и юбку, и рубашку… Пока же жадно нюхал шарф. В тяжёлом утреннем похмелье Ваниль и роза, шоколад С сиренью вместе — злое зелье, Для Скабиора личный ад.