Бетельгейзе

      Холодная августовская ночь окутала маленький городок, который ещё не спал. На улице мерцал свет автомобильных фар и уличных фонарей, магазинных вывесок и окон жилых домов. Ночной город всегда живёт своей, совершенно отличной от солнечного или пасмурного дня, жизнью.       Вместе с городом не спал и парень, шестнадцати лет, который сидел на лавочке у подъезда своей подруги. Он подумал, что сегодня та самая волшебная ночь из всех, которые только бывают, чтобы произнести заветные слова. По телу прошлась волна лёгкой дрожи. Раздалась быстрая мелодия и дверь подъезда открылась.       Ксюша улыбнулась и посмотрела на Серёжу.       — Привет, — сказала она.       Он приобнял ее за плечи и, отстранившись, спросил:       — И как тебя мама только отпустила?       — Меньше вопросов — больше времени. Зачем ты меня позвал? А то толком ничего не объяснил.       Ксюша поправила выбившую прядь волос за ухо и вдохнула волну свежего летнего воздуха.       — А вот пошли за мной и узнаешь! — улыбнулся Серёжа.       — Если бы я тебя не знала, то подумала, что ты маньяк.       Нахмурившись, Серёжа сказал:       — Если бы это было так, тебя бы тут уже не было. И ты сама сказала: меньше вопросов — больше времени. Пошли скорее!       Серёжа развернулся и потянул Ксюшу за запястье. Когда она начала идти следом, он отпустил.       Сквозь плохо освещенные дворы и темные закоулки, они шли вдвоем и молчали. Ксюша понятия не имела, куда они идут, пока Сережа раз за разом прокручивал в голове те слова, которые он так давно хотел сказать. При этих мыслях низ живота стягивало, а голова легонько кружилась.       Остановившись перед подъездом девятиэтажки, Серёжа развернулся и посмотрел на Ксюшу. Она ничего не сказала и просто смотрела в ответ. Кивнув, Серёжа подошёл к двери и ввел код. Они поднимались по подъездной лестнице все выше и выше.       Второй, третий, четвертый этаж.       Сердце все чаще и чаще начинает биться, то ли от усталости, то ли от волнения.       Пятый, шестой, седьмой.       Бабочки порхают в животе и щекочут своими маленькими, мягкими крылышками. Всегда было интересно, а какого цвета эти бабочки? Наверное, голубые или нежно-голубые. Как небо или чистое море, как новая акварель, как капли росы или как глаза… Голубые глаза, которые отражают в себе цвет неба и свободы.       Восьмой, девятый.       Поднявшись на чердак, Серёжа протянул руку Ксюше и помог ей взобраться. Из кармана он достал связку ключей и, подобрав нужный, открыл дверь, которая вела на крышу.       — Ого, — протянула Ксюша, — вот это да!       С крыши девятиэтажки был виден ночной город, который мерцал разноцветными огнями.       — Почему именно сюда? — спросила она.       — Ну, здесь красиво. Нравится?       — Да… — сказала Ксюша, осматривая город. Они сели около края крыши и любовались видом.       Звёздное небо — это воплощение красоты, романтики, тайн и загадок мироздания. Людей всегда влекло разгадывать загадки вселенной. Всегда влекло рассмотреть каждую звёздочку, каждую планету нашей галактики.       — Знаешь… Я не помню от кого и где, но в детстве слышала истории про звёзды…       Развернувшись, она ткнула пальцем в ночное небо.       — Смотри, чуть левее от нас, где мой палец, созвездие.       — Какое? Там много звезд.       Закатив глаза, Ксюша обвела контур этого созвездия.        — Орион. Видишь, тут как будто пояс, а вон там плечи… — Ксюша водила пальцем, рассекая воздух, рассказывая о созвездии. Почувствовав на себе долгий взгляд, она повернулась.       — Эй! Я для кого показываю?!       — Смотрю-смотрю, — ответил Серёжа, подняв голову к небу.       — Так вот. Самая яркая звезда в созвездие Ориона считается Ригель, но вон та звезда, Бетельгейзе, затмевает Ригеля.       — Ого! Как Луна Солнце?       Рассмеявшись, Ксюша сказала:       — Нет, всего лишь на мгновение. Чтобы стать самой яркой звездой в созвездии.       — Прямо как ты… — завороженно произнес Серёжа.       Рука Ксюши резко зависла в воздухе.       — Что?! Ты о чем?       Не отводя взгляд от Ксюши, Серёжа ответил:       — Ты, как Бетельгейзе. Самая яркая звезда созвездия.       — Но…но самая яркая звезда в созвездие — Ригель! — не растерялась Ксюша.       — А для меня — ты…       Земля под ногами Ксюши качнулась. Только сейчас до нее стал доходить смысл сказанных слов. Пока Ксюша осознавала происходящее, Серёжа сократил расстояние между их лицами. Он прикрыл глаза, его ресницы дрожали, когда Ксюша подалась вперёд. Едва их губы соприкоснулись, а рука Серёжи зарылась в волосы Ксюши, все бушующее до этого волнение исчезло. Время перестало существовать. Секунды превратились в дни и годы. Он целовал ее так, будто от этого зависели их жизни, будто весь его мир теперь сводился только к губам Ксюши. Ксюша чуть отстранилась и произнесла:       — Останови меня.       Губы Ксюши горели, а кожу показывало. Она тяжело дышала, как будто пробежала марафон, но при этом ощущала в себе силу преодолеть еще столько же.       — Не хочу, — прошептал Серёжа в губы Ксюши.       Он отстранился и откинул голову назад, смотря в небо. Яркая звезда стремительно мчалась вниз, оставляя за собой яркий, волшебный шлейф. Выравнив дыхание, Сережа посмотрел на Ксюшу.       — Будешь моей Бетельгейзе?