Dunken on!!!!

Женщина удивлённо потупила взгляд, увидев "портфель" Антона. - Не уж то вы реально думали, что такой парень как я будет утруждать себя таким ГОРБОМ на плечах? Юноша подмигнул, хоть как-то меня выражение лица. Эта широкая улыбка, кажется буквально на все случаи жизни. Учительница все так же строго смотрела на Антона, будто у неё в голове какие-то инструкции по тому, что нужно совершить. - Эмм... Я сяду, ок? Парень сделал шаг назад, медленно садясь на случайно выбранное свободное место. Женщина тяжело вздохнула, повернувшись на 180 градусов. В классе эхом разнеслись слова о теме урока. Жирдяй, не обращая на это особого внимания, грозно посмотрел на парня. Взгляд говорил что-то типа "Я тебя запомнил", предвещая часы, дни, недели, месяцы издевок. Хотя, текущая ситуация вполне не нуждалась в этом взоре. Антон замер, и внимательно посмотрел на учителя, всем своим видом показывая, какой он старательный ученик. Только улыбка парня все никак не сползала с лица. Вопросы отбивались верными ответами, будто пыль, когда на нее дуют. После третьего учительница перестала спрашивать задания, понимая идеальную подготовку Антона. Урок продолжал идти спокойно, несмотря на то, как смеялся класс две минуты назад. Только иногда проскакивали издевки и шёпотки. Тем временем парень разглядывал всех, как и они его. Примечательные личности? Имеет ли право Антон судить по одёжке? Наверное да. Урок закончился, парень направился к дверям своего класса. Одноклассники тут же побежали за ним, на свободу. Невольно удивляюсь, как новенький который несколько секунд назад перешагнул черту под названием дверь, внезапно исчез. Семён нагнулся, над партой нового врага. Здесь одиноко лежала тетрадка, будто прося что бы в неё плюнули огромным жёлтым харчком, который тем временем медленно образовался среди гнилых жёлтых зубов. - Эй, парень. Я думал тебя уже попустило. Антон оказался сзади незадачливого хулигана. У парня явно был талант оставаться незамеченным среди толпы взглядов... Или нет? Кучка одноклассников тут же вспомнили недавний спектакль, продолжение которого они так ждали. Раздался смешок какого-то парня. Видимо осадок как после дождя, напоминание о позоре жирного. - А ты че здесь? Самый умный? Вопрос звучал крайне странно, если считать что обидчиком был именно Семён. - Ты под эту роль подходишь куда лучше, не думал? Парень прикрыл глаза, будто его совсем не волновал бугай перед ним. Жирдяй напряг пару извилин в мозгу, которые таки были. Ищет, что бы ответить. Вид Антона его жутко бесил, и вернуть репутацию можно только одним способом. Хулиган подался вперёд, при этом не сильно ударив парня. По его представлениям, это должно было хватить, чтобы поставить жертву в неловкое положение. Только Антон уже был слева, сам того не осознавая поставив подножку. Ноги Бабурина были сильными, но не относительно своего веса. Жирдяй не удержался и упал, открывая рот с отвратительным запахом. Тот приземлился на чужую парту своим прыщавым лицом. Новый харчок вылетел со рта, размазывая им как кляксой парту. Кляксой, которая красовалось на лице владельца. Те, что оставались в классе, рассмеялись с новой порцией смеха. Такое чувство, будто все только и ждали такого поворота. Но той самой искрой стал новенький, на месте которого быть никто не хотел. - Слушай, Паре... Но жирдяй слушать не хотел. Хотел испытать ещё одну попытку. Его прервала учительница, которая зашла что-то проверить перед самим уроком. - БАБУРИН! - Здоровяк остановился, как и одноклассники. Вторые обиженно смотрели на женщину, коя прервала шоу. Смотрела она то на несчастного Семёна, то на такого же беззаботного Антона. Далее парень особо не слушал. Гроб обязательства взяла на себя какая-то девочка, скорее всего отличница, и доверенная особа в классной учительницы. Обошёлся Антон только несколькими выговорами, что бы не лез к хулигану. Тот же в свою очередь отправился к директору, как будто это успокоит Бабурина. Антон устало прикрыл глаза, поспать сегодня не получиться. В столовой он не был, что ему там делать? Показывать всем как он опустошает очередную бутылку кетчупа? Зачем, если это спокойно можно делать в классе. Некая девочка поперхнулась, увидев это. Сразу же вспомнился то самый маньяк, иже уже пьёт кровь невинного Вовы. Семён наверное поглощает весь годовой запас еды в местном ресторане. Антон подозревал, что все самое интересное ещё впереди. Оставался пред последний урок, парень чувствовал себя лучше некуда. Он бы прыгал от радости, если бы не лень. Поэтому тот просто ограничился ещё более широкой улыбкой, которая также выглядела вполне природно, весьма к лицу. Он бы так спокойно шёл, напевая себе под нос. Его вид, создавал атмосферу спокойствия, и кажется даже умиротворения и беззаботности. В принципе, таким его видели все шесть часов нахождения здесь. Бабурин же шагал ему на встречу. Помятая белая сорочка, кучка прыщей на лице, и отвратительная улыбка были его вечными атрибутами. Только эта была улыбка, означавшая наслаждение от чужой боли. Наверное именно таких, вполне можно назвать больными. Он, казалось занимал половину пространства коридора. Дети нервно обходили его стороной, стараясь не стать очередной жертвой жирного. С таким успехом, можно сказать он занимал все 80% пространства. И тут они встречаются, Семён не по понятиям тут же старается толкнуть чуть не спящего Антона. - Топай резче мудила!!! Только вот, хулигану не хватило интеллекта не повторять ошибок. Жирный тут же всей своей тушей аварийно отправился к толпе девочек, которые казалось что то активно обсуждали. Его крупная физиономия, обещала явно им что-то сломать. Антон тут же оказался между ними, грубо оттягивая с пути центнера жира девушку, с длинной блондинистой косой. Парень особо не смотрел что делает, наверное он за эту самую косу и потянул. Глухой удар головы от подоконник разнесся эхом по коридору. В принципе это особенно и не требовалось, чтобы привлечь внимание. Казалось каждая собака, в коридоре, из класса, и даже за окном смотрела на это. - Воу... Похоже кто то-очень ЖИРНО упал. Антон произнёс это фразу на автомате, в принципе такие словечка это его почти фишка. Хулиган больно ударился головой, встанет он ещё не скоро. Прекрасный момент уйти, но Антон направил свой взгляд, на блондинку, которая оказалась его же одноклассницей. - Ты в порядке? Голос парня выдал чуть чуть заботы, хотя манера не изменилась вообще. Девочка казалось медленно осознавала, что сейчас произошло. Неожиданно она взбесилась, тем самым вернул свой истинный облик. - Ну только посмотрите на него!! - Раздался эхом по коридоре, как бы милый голосок. Голосок, наполненный до краёв ядом. - Тебя разве мама не учила, что распускать руки к девочкам нельзя!! Глаза были большими, злые, как у какого то отвратительного животного. Глаза, в которых парень распознал фальшь, наигранные эмоции, и наслаждение текущей ситуацией. - Насильник!! Я все маме скажу, тебя завтра из школы выгонят. - Антон выглядывался в глаза, так званой жертве. Улыбка действительно, была на все случаи жизни. Хотя, это не мешало ему смотреть на неё, как на конченую или душевно больную. - Что смо... - Антон не особенно слушал, в отличие от куда более сильной и тупой проблеме. - Да Антон. Поднявшись сказал жирдяй, показывая всем свои гнилые зубы. Будто ещё все не успели на них насмотреться. Блондинка лукаво улыбнулась, подбегая к толпе девчонок. Зеваки медленно собирались, намечалась драка. - Тебя надо здорово проучить, что б знал, что нельзя так распускать руки. - Гигант, наконец-то выбрал другую стратегию. Жирная рука замахнулась, обещая снести все на своём пути. - И что ты мне сдела.... - Не успел Семён и моргнуть, как что то не дало ему закончить. Вдруг раздалась резкая боль в районе челюсти, хулиган по свински заверещал. В его рту была рука парня, которая сжала его нижнюю челюсть. Язык слабо кровоточил под когтями парня, Семён судорожно закрывал челюсть чтобы откусить пальцы, или хотя бы прогнать постороннего. Челюсть сжималась, гнилые зубы крошились, ломались но все без толку. Жирдяй большими водянистыми глазами посмотрел на лицо жертвы, тут же ужаснувшись. Челюсть инстинктивно начала работать сильнее, но пальцы рук были сделаны словно со стали. Какой то гнилой зуб сломался, падая на пол. Улыбка Антона перестала излучать всякую дружелюбность, став намного шире. Кожа натянулась на череп, грозясь прорваться, и выпустить белые кости наружу. Будто, он целыми неделями ничего не ел. Глаза расширились, белка было не видно было во все, только чёрные пропасти в глазах. Жирдяй выдел в этих пропастях свое отражение, и тут же замер. Понимая, что вполне может оказаться там. На мгновение, ему показалось что в левом глазу маленькая красная точка. Будто глаза, в противовес лицу напились кровью. - Знаешь что парень. Рука сжалась сильнее, по коридору разнесся противный хруст. - Выражение твоего лица... Ты как будто живого СКЕЛЕТА увидел. Голос звучал куда более грубее, да больше чем в первой встрече с Алисой. Это был каламбур, с которого уже никто далеко не смеялся. В никого не хватило духу, даже просто подойти, или издать какой-то звук. Все как будто стали деревьями, среди необъятной тайги. Будто парень, вдруг направит свой жуткий взгляд на виновного. Сдерет с него кожу и мясо, сделал себе подобным. Антон потянул руку, и отбросил жирдяя, ему явно стоит сегодня расслабиться. Гигантского хулигана отбросило на приличное расстояния, в конце которого тот уже во третий раз за день ударился головой. Гораздо сильнее, чем в первые два раза. Из головы хлынула кровь, показывая что в голове что то таки есть. Во всяком случае, ему эта голова не сильно нужна. Бабурин почти что потерял сознания, именно с этого момента ученики вернули способность двигаться. - Эй. Потише братан! Двое парней хотели схватить юношу, но тот ловко увернулся. В который раз, он оставил всех с носом. - Л-Лилия Павловна! Лилия Павловна! Петров Бабурина избил! В её голосе проскользнула слабая дрожь. Избил? Антон вздохнул, при этом вернув лицо к прежнему состоянию. Невольно он посмотрел на блондинку, которая в очередной раз вздрогнула. Опровергая догадки, что ему показалось. - Нахуй пошла. Выражение её лица вполне его удовлетворило. Даже не смотря на то, что меньше от этого ему точно не достанется. Сейчас парню нужно думать как объясняться, перед злой учительницей. А он просто хотел поспать.