Язык насилия.

Уже вторую неделю подряд стоит довольно таки теплая погода. Лето в Южном Парке несказанно радует всех его жителей. Птички весело щебетают, листья деревьев тихонько шуршат на ветру, молодая травка блестит на солнышке. Уже второй месяц подряд Маккормику хорошо платят. Просто вечно злой и угрюмый начальник расщедрился и немножко увеличил ему зарплату. И уже второй месяц подряд Кенни ходит в магазин за продуктами. Все таки надо кормить семью: пожилых родителей, уже не способных работать, да сестренку, которая еще слишком мала, чтобы идти на работу. Кенни сам пошел зарабатывать на жизнь уже в тринадцать, потому что его отец допился до инвалидного кресла, а мать зарабатывала ничтожно мало. В белом пакете звонко громыхала стеклянная бутылка морковного сока, шуршал целлофановый пакетик любимых конфет Карен. Потертые кеды гнали песок по асфальту, меж губ тлела только начатая сигарета. Время медленно текло к десяти вечера. Солнце плавно катилось за горизонт. Яркие лучи уходящего солнца стреляли точно в ясные голубые глаза Кенни, точно такие же, как и небо над его головой. Он шел довольно бодро, ведь маленькая Карен никак не унималась, не могла дождаться брата с магазина. Телефон без конца вибрировал в кармане старых серых джинс. От одного представления сестренки, нетерпеливо ерзающей на диване перед телевизором, Кенни ехидно скалился, скрипя фильтром меж зубов. Остановившись на перекрестке, Кенни в очередной раз поднял трубку, осведомляя Карен о том, что находится почти у дома с полным пакетом еды. Попросив не звонить больше, так как смысла нет, ведь до дома "пара шагов", Кенни сбросил вызов и вновь зашагал по улице. Старые фонари вдоль дорог слабо освещали тротуар желтым светом, где то вдалеке сквозь глухую тишину прорезался хрип чей то старенькой машины. Маккормик сделал еще пару шагов и остановился. Неожиданно за спиной позвали по имени. Знакомый гнусавый голос звучал неподалеку, где то сзади. Повернув голову, Кенни боковым зрением заметил в нескольких метрах от себя компанию из трех парней. И все казались ему знакомыми. Но вот только он никак не мог разглядеть их лица из за не лучшего зрения. Только когда эти трое оказались в двух шагах, Кенни наконец узнал в них Такера, Донована и Твика. Твик удивил своим внешним видом сильнее остальных: он наконец умудрился зачесать свои лохматые космы, что они больше не торчали во все стороны, словно после удара током, а спокойно лежали на его дергающейся голове. После того, как те двое остановились, Такер сделал последний шаг вперед, оказываясь ближе всех к Маккормику. Кенни вопросительно кивнул: — Че надо? Давайте быстрее, меня ждут. Крэйг перемялся с ноги на ногу, медленно проходясь своими светло-карими глазами снизу вверх по Маккормику. — Надо поговорить. Думаю, ничего страшного, если ты задержишься. Парни, — он позвал Твика и Клайда, не спуская колючего взгляда с Кенни, — идем. Те кивнули ему, отточенными движениями настигая Маккормика, хватая его под руки и следуя за Такером. — Парни, мне не в эту сторону, — Кенни попытался дернуться, но даже тот же хлипкий Твик стиснул его локоть своими тонкими пальцами так сильно, что Маккормик решил бросить попытки вывернуться, молча следуя с ними. Мысли в голове никак не давали покоя, затуманивая собой разум: он пообещал Карен, что скоро будет дома. Она ждет его. А он тут ошивается с одноклассниками. Шли они недолго. У первой же подворотни Такер остановился, глянул по сторонам и все четверо двинулись во тьму меж домов. Свет фонаря еле как доставал до мусорного бака, у которого остановились парни. Кенни вновь вопросительно глянул на загадочного Крэйга. Наконец маска льда треснула на его лице, в глазах сверкнул некий гнев. Он сплюнул себе под ноги, вытаскивая ладони с карманов своей неизменной синей олимпийки. — Будешь за свои слова отвечать? — За какие? Кенни не играл в дурачка. Ему и вправду было интересно, за какие именно слова он сейчас должен ответить. Он много чего говорил, и про Такера в том числе. Крэйг молча кивнул на стену напротив, и Твик с Клайдом двинулись к ней, вставая точно параллельно Такеру, удерживая между собой ничего не понимающего Кенни. — Может вы меня уже отпустите? — Маккормик дернул было руками, но Твик встрепенулся и смял в ладонях его плечо, Кенни тихо зашипел. Донован молча покосился в их сторону. — Будешь дергаться — будет хуже. — Так че ты хочешь-то? Крэйг подошел чуть ближе, глядя на своего оппонента исподлобья. — Я думаю, ты помнишь, что ты говорил обо мне и как называл моих друзей. — Ну так это правда, чел, — Кенни тряхнул головой. — Ты — педик, твои друзья — хлюпики. Че дальше? Компания Марша и компания Такера, как известно абсолютно всем, не дружат вообще. И не дружили никогда. Стэн не прочь нагадить Клайду, Картман — Твику, так как он самый слабый из них. Кенни обычно воюет с Крэйгом, а Кайл предпочитает не общаться ни с одним из них. Но чаще всего Брофловски спорит с Джимми. Токен просто игнорирует "банду" Марша, даже не разговаривая в их присутствии. Крэйг сдвинул брови к переносице, продолжая жечь дыру взглядом меж глаз Кенни. Пожизненно обладая каменным лицом, он никогда не показывал абсолютно никаких эмоций. Губы, сжатые в линию, хмурый взгляд — все это неизменные параметры Крэйга. Далее, словно в замедленной съемке, Такер с размаху ударил Маккормика в скулу. Со звоном упал на замызганный асфальт пакет с продуктами. Разбилась бутылка с соком. Кенни от неожиданности встретился затылком со стеной, которая оказалась слишком близко. Колени подогнулись, и тело оставалось в вертикальном положении лишь благодаря двум рядом стоящим "помощникам", которые удерживали Маккормика на месте. Поднимая голову вверх, смазанным взглядом Кенни увидел лишь тень фигуры, что возвышалась над ним. Шок сменился ноющей болью, что распустилась ярким цветком в зоне щеки и затылка. — Ты, бля, разговаривать не умеешь? Сразу надо давать в ебло? — Маккормик сощурился, напрягаясь всем телом. — Ты реально чмо, я даже свои слова назад не возьму. Хоть убей меня здесь. Крэйг коротко пожал плечами, замахиваясь для нового удара. Те двое словно по команде дернули Кенни за плечи. Тот безвольной куклой подался вверх, касаясь лопатками холодных кирпичей позади, ловя содранные костяшки сухими губами. Удар был не настолько сильным, чтобы лишить хотя бы зуба, но больно все же было. Тепло прилило к разбитой губе, боль запульсировала в деснах. Сглатывая вязкую слюну, Кенни продолжал молча стоять, не в силах что либо сделать. Словами он сейчас себе не поможет. Крэйг никогда не умел разговаривать с людьми, зато умел хорошо махать кулаками направо и налево. Но вот Маккормик мог нормально поговорить и решить все проблемы мирно, а махаться у него никогда не получалось. Много раз в его жизни были стычки в разными парнями, и почти все эти разы он в сухую проиграл. Поэтому сейчас он, щурясь от боли, прижимается спиной к стене, будучи поддерживаемым под руки Такеровскими шестерками. Положив свои крупные мозолистые ладони на плечи Маккормику, Крэйг дернул его на себя, прописывая коленом под ребра. Кенни подавился слюной, сгибаясь пополам. Ком воздуха застрял где то в глотке. Как только Такер сделал шаг назад, поддержка по бокам исчезла, и Маккормик полетел лицом вниз. Следом, довольный всем провернутым, Такер поднял две ладони вверх. Донован с Твиком звонко отбили ему "пять", и парни двинулись прочь. Сквозь звон в ушах Кенни слышал удаляющиеся шаги шестерых ног, которые переступали почти синхронно. От резкого и болезненного соприкосновения головы с асфальтом, разум вмиг опустел. Последней осознанной мыслью всплыл лишь облик сестры, нетерпеливо ерзающей на диване напротив телевизора, в ожидании брата и всяких вкусностей с магазина.