Нескромный выбор

Тобрас вышел в открытый зал, где наткнулся на беседующих альф в довольно преклонном возрасте. — О, присоединяйтесь молодой человек. — Мужчина протянул бокал Тобрасу предлагая присоединиться к разговору. Как понял альфа по обрывкам беседы, гости обсуждали последние тенденции, делились впечатлениями о выставках и каких-то спектаклях, но наступило время, когда один из присутствующих решил видимо испытать эрудицию явно лишнего на этом вечере. — Уважаемый господин, не находите, что эта авангардная коллекция поистине поразительна, — обратился другой мужчина к Тобрасу. — Поистине великолепно, — Тобрас устремил свой взгляд на висящий по среди зала гобелен. — Однако, позвольте поинтересоваться. Удивлённый альфа, приподнял бровь и уже ожидал вопросов, готовясь к неожиданной проверке своего интеллекта. — Как вы думаете, история той самой великой итальянской женщине художнице, восхищавшей мировую аудиторию своими произведениями в конце XIX века и погибшей при загадочных обстоятельствах, находит место в современных реалиях? Тобрас немного помолчал, когда как другие уже явно готовились, что парень и понятия не имеет о чем-то подобном. — Если речь идёт о Генриетте Каллеф, жившей в эпоху романтизма. Её работы действительно с красочными пейзажами и изящными портретами завораживает публику и по сей день. Хоть и по мнению современных, называющих себя деятелями искусства, её жизнь закончилась в таинственной автомобильной аварии, оставив подвиг её безвозмездного падшего таланта для потомков. Но стоит заметить, что одна из её картин действительно прекрасна и находится справой стороны зала, украшая вход. — Оу, ошибаетесь, мой друг, — прозвучал до боли знакомый голос. — Они скорее всего имели в виду Эмилию Виллакверде, классика экспрессионизма, которая, к сожалению прославившись только после своей гибели, стала символом бесконечного поиска и глубокой самореализации. К ним присоединился омега, наигранно улыбаясь и приветствуя всех. — Простите мою недальновидность. Я должен был быть более внимательным, — сказал Тобрас, искренне извиняясь за свою ошибку. — Не стоит сожалеть, — ответил первый альфа с достоинством. — Сам факт, что мы осознаём и признаём свои ошибки, позволяет нам расти и развиваться в области искусства. Молодой человек, я действительно удивлён, немногие сорванцы вашего возраста увлечены искусством. — Надеюсь мой спутник ещё сможет поделиться с вами своими знаниями, однако сейчас извиняюсь за свою наглость, но мне необходимо украсть своего спутника ненадолго. — Что вы Кристиан, это ваш вечер. Благодарим за радушное приглашение. — Прошу вас наслаждайтесь. Закуски и шампанское сегодня для самых дорогих гостей. Откланиваемся. Беседующие продолжили разговор, поглядывая на удаляющихся двоих, а также продолжая наслаждаться прекрасными произведениями, которые окружали их со всех сторон. — Не знал, что ты обладаешь такими познаниями. — Ты многое обо мне не знаешь, как и я о тебе. Время приближалось, когда все стали собираться в главном зале за большими красиво за сервированными столами. Альфа держался рядом с Крисом. Время подходило и все гости усаживались на отведённые для них места. Заметив, что таблички с именем Тобраса Арк рядом с моего не наблюдалось, Крис не стесняясь заявил, что если он не будет рядом с ним, тот без зазрения совести сядет тому на колени — плевав на этикет. Отчего перепуганный организатор банкета быстро решил эту проблему. — Крис ты же не серьёзно? — Ещё как. Я самая скандальная личность в этом свете журналюг и павлинов. — Я бы… — Нет не мог. — А затем омега поднялся на цыпочки и шёпотом произнёс. — Я же не могу допустить, чтобы мой муж сидел абы с какой вылизанной омегой. Тобрас вздохнул. Ведь действительно, ещё несколько часов назад перед самим балом, он с Крисом в отеле встретились с человеком, что зарегистрировал их брак. Подписи уже стояли и альфа не до конца понимал, что он почувствовал в тот момент. — «Никаких в горе и радости. Просто две росписи в документах. Даже не верится, что моя жизнь, теперь связана с этим человеком». Рядом с омегой резко освободилось место, поэтому Тобрас сел рядом. Омега казалось светился, после своей выходки. После того как все приступили к трапезе, Кристиан только и делал, что налегал на вино и шампанское. Беспокоясь за мужчину, альфа лёгким движением перехватил его бокал, предупредив, что это добром не кончится. Омега сначала собрался разозлиться, однако промолчал, принявшись за салат. Боковым зрением Тобрас подметил, что взгляд отца омеги был направлен на них. А совсем недалеко от них альфа предположил, что "это" предположительно был выбор для Криса. Тобрасу хотелось рассмеяться, представляя себе Криса рядом с этим несчастным альфой. — «Видимо уже скоро». — Мужчина морально приготовился к скандалу, чувствуя внутри желание сбежать и по быстрее. Но все что ему оставалось это закрыть глаза и пережить этот позор молча, предпочитая, ничего не видеть. — Ну что же довольно слов. Глава этого вечера встал привлекая к себе внимание и за спинами раздались лишь щелчки фотоаппаратов. — Сегодня я бы хотел сделать одно более важное заявление для всей нашей компании и непосредственно для моего сына Криса. А также поблагодарить каждого пришедшего сегодня и разделившего с нами канун такого символического праздника. Сегодня не только мой сын, но и все мы начнём новый виток нашей жизни. Поэтому я хочу пожелать каждому здесь присутствующему колоссальных высот и достижений, развития бизнеса и главное чтобы наши дети никогда не разочаровывали своих отцов. Омега демонстративно игнорировал слова, когда как Тобрас не знал куда себя деть. — Сегодня я позволю на себя взять ответственность за своего сына и объявить, что принятое нами решение было оглашено сегодня на совете директоров и я освещу его здесь. Среди самых близких мне людей. Для дальнейшего и более успешного ведения бизнеса, а также покорения все новых высот, нами было заключено соглашение по приобретению новых акций в Шведской компании «Интер холдинг групп». А также ещё одна главная новость, было принято предложение моего дорогого друга Эрнандо Файнер, о том, что его сын и Кристиан Штратц вступят в законный брак этим летом. — Тот момент, что ждал альфа, настал, ударив по ушам гулкими хлопками, всех присутствующих. — Поэтому я более чем уверяю что компания в надёжных руках! Тобрас словно чувствовал кожей ощущение всех прикованных к нему взглядов. И предвкушение о том, что сейчас громыхнет скандал. Однако омега лишь демонстративно усмехнулся, он словно ждал этого момента всю жизнь. — «Вот оно». Откинувшись и с самодовольным выражением лица, он подозвал к себе официанта и передал ему письмо, на что тот поклонился и быстрым шагом поднёс письмо отцу Криса. — Прежде чем решать за меня отец, в ваших же интересах прочесть этот документ. — Твои эксцентричные выходки Крис остались в прошлом, мои решения не обсуждаются и более я не могу себе позволять терпеть все что приходит тебе в голову. Пора взять на себя ответственность. — Оу, отец. Я как никто понимаю всю ответственность. К тому же, не думаю, если ты сохранишь это в тайне, глава корпорации «Голдэн Айвэнт» простит вам это. Ах да, как и все завтрашние заголовки газет. — Не неси чушь! Мы можем об этом поговорить после. — Вспылил альфа. Он выхватил письмо из рук официанта, вынимая из него лист бумаги. — Опять фиктивные бумаги, мы кажется проходили этот этап к тому же… - Альфа оборвался на полуслове. — Да отец, сегодняшний вечер действительно принёс много сюрпризов. Как для вас, так и для компании. Я ведь тоже не пришёл без подарка. Альфа заметил движения Криса и встал, чтобы отодвинуть ему стул. Кристиан галантно поднялся, улыбаясь словно лис. Тишина в зале обволакивала, альфа словно слышал собственное биение сердца на весь зал. — Поздравляю вас отец, вы скоро станете дедом. И да, я не думаю, что семья Файнеров согласится принять уже беременного омегу, да и к тому же - уже состоящего в браке. — «Шах и мат, отец»! — Вечер действительно был потрясающий, но на этом я откланиваюсь и мы с мужем благодарим вас за радушный приём. На этом моменте я могу с гордостью заявить, что вся компания теперь принадлежит исключительно мне и все остальные действия, мы можем обговорить на следующем заседании директоров. Альфа под многочисленные взгляды, чувствовал, как волосы шевелились на голове и сотни вспышек из дальних углов комнат. Довольный собой омега, подхватив альфу под руку, потянул его к выходу, не забыв при этом помахать папарацци. Тобрас в душе не знал, стоило ему плакать или смеяться с этого спектакля. Уже позже, за закрытыми стенами особняка: — Как как он мог залететь?! — Альфа бесновался в кабинете, рвя попадающиеся бумаги под руку. — Черт, этот щенок! Да как он мог! Марк! Срочно адвоката ко мне! И позвони детективу, какого черта они упустили момент с заключением брака. Пусть ещё раз соберут досье на этого его жениха и Кристиана. Дальше альфа прорычал лишь: — Я этот позор смогу смыть лишь кровью.