Почувствуй меня

      В этот вторник Брюс отменил мне рабочие планы. Некоторые работники были удивлены, не обнаружив Уэйна на своём рабочем месте, он же жуткий трудоголик, такого просто не могло произойти! Но именно сегодня такое случилось. А причина проста – Брюс Уэйн теперь не только директор Wayne Enterprises, но и отец, пообещавший сводить сына в музей Метрополиса на выставку картин, так заинтересовавшую мальчика.       Не то чтобы Брюса не интересовало искусство, но тащиться в Метрополис ради выставки хотелось примерно на сорок процентов. Но Дик так мило просил полететь вместе с ним (а не отправлять его вместе с Альфредом), что Брюс просто не смог противостоять этим щенячьим глазкам перед собой.       Утро выдалось больше спонтанным, так как рано вставать и ехать в офис не надо было, Дик пробрался в спальню отца и обняв его, вновь заснул под мягким одеялом. Брюс же полежал в жарких объятиях с пол часа и не смог противиться такому обилия мягкости вокруг. Всё же периодические патрули ночных улиц Готэма на дают высыпаться «Тёмному Рыцарю» так часто, как этого требует организм. Уже позже проснувшись от шевеления рядом, Брюс посмотрел на часы и ужаснулся, было уже больше 11 часов утра, как можно так долго спать было не понятно. Однако горячий кофе и блинчики от Альфреда заставили подняться с кровати даже сонного ребёнка, завлекая на кухню замечательным запахом, заставляя желудки урчать в предвкушении.       Дик предлагал одеться проще – джинсы и свитер, Брюс же по привычке собирался одеться в костюм-тройку и выглядеть на все сто. Сын нахмурился и обиделся. Брюс вздохнул, видимо сегодня он будет не миллиардером с обложки, а простым посетителем выставки со своим сыном. Ничего против этого он не имел. И вот выбрав голубые джинсы и темно-серую водолазку, Брюс дополнил образ черными кедами (откуда они у него взялись, он не знал) и черным кардиганом, отец был готов. Дик же выбрав голубые джинсы и серый свитер с красными надписями на груди и свои любимые кроссовки со светящейся подошвой, тоже наконец был собран.       Получив от Альфреда с собой собранный для Дика рюкзак с несколькими упаковками печенья и бутылкой воды, Уэйны старший и младший были отправлены дворецким к машине, а там уже на частный самолёт и в Метрополис.       Уже на входе на выставку Брюс чувствовал какое-то приятное предчувствие, но списывал это на хороший отдых от работы и весело проведенное с сыном время. Еле успевая удержать Дика в поле своего зрения, Брюс не спеша пошел по экспонатам, рассматривая картины какого-то там художника. Хоть сын и твердил ему об этом уже несколько дней, мужчина правда не мог запомнить о ком именно идёт речь, в голове было слишком много разной информации, а картинами он может насладиться и без имени художника, написавшего их.       Стоило Брюсу отвлечься на минутку, задумавшись о смысле очередных каракуль, как его маленького сына уже и след простыл. Спохватившись, Омега стал оглядываться в поисках неугомонного мальчишки, но не нашел его в первом зале. Быстро проходя во второй зал, а затем и в третий, Брюс начинал паниковать, не находя сына. Но вот он! Стоит около какого-то экспоната и обнимает незнакомка поперек талии и что-то увлеченно ему рассказывает. Брюс быстрыми шагами пошел в их сторону и уже собирался выяснить кто этот незнакомец, как к нему собственной персоной обернулся Кларк Кент, ослепляя своей белоснежной улыбкой. Он что, солнце? Почему так ярко? Дик такой же сияющий отцепился от репортера и бросился к отцу. - Папа! Смотри кто тоже пришел на выставку! Мистер Кент будет писать статью, и я посоветовал ему в каким книгах можно обратиться для поиска информации про этого художника, я ведь их так много прочитал! Разве я не молодец? - Дик уже взял отца за руку и повел к сторону, где продолжал стоять Кент и улыбаться ему. - Рад видать вас в Метрополисе, Мистер Уэйн. – протягивая руку для рукопожатия, Кларк сделал шаг на встречу идущим.       Этот шаг сыграл с ними злую шутку. Так как Дик был слишком активным ребенком (СЛИШКОМ активным, по мнению Брюса), он конечно же на всех парах мчался и тащил Брюса за собой, тот только и успевал переставлять ноги. Они столкнулись, но Кларк успел поймать Брюса за талию, спасая его от падения, которое чуть не произошло, ведь Брюс просто не успел сообразить, как уже столкнулся с человеком напротив. Дик отшагнул назад, дабы не попасть под это падения, но был приятно удивлен, что его отец не только не упал, но еще и был пойман Мистером Кентом.       Так они и простояли с минуту, рассматривая лица друг друга, пребывая в неожиданной прострации от случившейся ситуации. Кларк готов был поклясться, что уловил исходящий от Брюса Уэйна тонкий, еле заметный запах испуга. Это был его запах? Кларк не принюхивался так, чтобы точно различить какие нотки источал от себя Омега в его руках, но кислинку испуга почувствовал всей кожей, чувствую табун метких мурашей на загривке. Этого хватило, чтобы отрезвить голову.       Кларк отвел взгляд в сторону, наконец отпуская талию миллиардера, ставя его в устойчивое положение, пока Брюс продолжал хлопать глазами в замешательстве. Но вот в сознание пришел и он, отрывая наконец взгляд от красивого лица мужчины напротив, грозно смотря на сына. - Дик, быть более аккуратен, прошу тебя. – как бы он ни хотел отругать сына, но лишь вздохнул, потрепав того по макушке.       Повернувшись обратно к репортеру, стоящему рядом с ними, он протянул ответную руку и улыбнулся. - Я тоже рад столкнуться именно с вами в столь неожиданном месте. И рад, что у вас с моим сыном есть общие темы для разговора. Хоть кому-то он наконец сможет выговориться об этой выставке. Как бы я ни любил искусство, но здесь сегодня только благодаря Дику и ничего не знаю о представленных здесь картинах и экспонатах. – немного рассмеявшись из-за действительно сложившейся ситуации, Брюс выглядел очень мило, по мнению Кларка. - Рад обсудить тему моей новой статьи со столь юным помощником. Давайте вместе пройдемся по выставке и немного проведем время вместе? – подмигивая младшему Омеге и улыбаясь старшему, сказал Кент.       Кларк не хотел настаивать, если у Уэйнов этот день планировался как исключительно семейный, но и уходить от этих двоих он не хотел. Ему было до невозможности любопытно понаблюдать за семейством Уэйнов и взаимодействием отца и сына. Они притягивали его взгляд, на Брюса Уэйна хотелось смотреть, это не что-то новое, но раньше такого чувства Кларк не испытывал к простым знаменитостям с обложки, у него в животу сложно что-то сжималось, будто он вновь влюблялся в Лоис и не хотел заканчивать их свидания у парке.       Не мог же Кларк влюбиться в Брюса Уэйна, спустя всего три встречи? Вопрос был серьезным, и на секунду Кларк готов был нахмуриться, как сильно его взволновала эта мысль, но был отвлечен ответом. - Конечно, мы с радостью примем твоё предложение, втроем явно будет веселее. – пожимая плечами Брюс развернулся и пошел в противоположную сторону, возвращаясь во второй зал.       Но Кларк заметил. Всего на долю секунд его взору предстали покрасневшие уши Брюса Уэйна. Это было очень обворожительно. Стоп. Брюс Уэйн покраснел? Засмущался? Кого? Его, Кларка?       Теперь Кларк точно будет всю ночь не спать, а пытаться уложить в своей голове новые мусли и чувства. Надо будет полетать повыше и подальше, может это поможет…       Дик, который с диким восторгом наблюдал за разговаривающейся картиной, готов был прыгать от счастья до потолка. Наконец взрослые закончили разговор, и он мог высказать свой неописуемый восторг от нового друга, с которым еще и выставку его с недавних пор любимого художника обсудить можно. Мальчик схватил Кларка за руку, обнимая его за эту руку чуть ли не всем телом, и повёл его в сторону второго зала, где минутой ранее скрылся его смущенный отец.       Дик позже выяснит у отца, почему он был смущен предложением Кларка походить с ними по выставке.       Вечером же Альфред тоже был во влечен в расспросы Уэйна старшего об их новом друге Кларке Кенте. Брюс отнекивался, но этих двух не проведешь, так что пришлось сознаться, что он посчитал репортера Кларка Кента красивым, и был смущен тем, чтобы иметь возможности рассмотреть его подольше, пока они ходили по выставке.    На эти откровения Альфред покивал, отмечая хорошие манеры Кента, которые он заметил еще во время его первого появления на том мероприятии. Дик же сиял улыбкой, говоря, как сильно Кент ему понравился с первой встречи, ведь он выглядит как хороший человек, а у него на это глаз намётан. На этом и порешали, что Кларк Кент понравился всей семье Уэйнов, и по возможности видеться