Сборник зарисовок с "ОП"

      Михаил не любил затягивать все прелюдиями, но Александр же предпочитал больше времени проводить именно с ними. За окном тлел закат, переливаясь из малинового в оранжевый, а облака выплескивали весь затухающий свет. В этой комнате пахло парафином, некоторые свечи чудом не плавились окончательно от времени, но а две столицы плавились от своей пылкой и страстной любви. Плескаясь в подостывшей воде, Московский проникал своими длинными пальцами в петербуржское место, попутно забавляя поцелуем. Романов не мог сдержать своих рук и поглаживал широкие округлые плечи Москвы. — Миша, — Михаил слегка расстроился, что Александр прервал их эйфорию, — ты лучшее, что есть у меня. — Москва не смог сдержать легкой улыбки. Санкт-Петербург нежно убрал руки Московии и сам направил головку к своему аналу, и не стыдясь томных гортанных стонов, опустился. Влажные волосы прилипали к друг другу, ну а горящие сердца в любви не насколько не погасли, лишь еще больше разгорелись. Аккуратность Александра — вот чего не хватало Михаилу все это время. Он наслаждался ею и самим Романовым. Петербург проворно подлез снова к губам Москвы, слегка касаясь своими. Они играли с друг другом, будто бы передавая дыхание, делились им. Размурашенное тело касалось полностью и покрывалось еще больше от горячих прикосновений к плечам и талии, другая же часть была погружена в воду. Бледная кожа отдавалась естественным сиянием, на нее падали желтые пятнышки от свечей и багровые пятна от Москвы. Они снова встретились взглядом, начиная снова и снова вглядываться, улавливая каждое разветвление прожилок серого и голубого…