Ростессы. «вдвоем не страшно».
19 июля 2023 г., 18:41
Где-то в поезде. Неважно откуда, неважно куда, главное кто, и что они вместе.
Заходя в узкий проход, эти двое почти сразу пронырнули в не менее узковатые двери купе. С огромным грохотом чемоданов они зашли, сразу же размышляя, куда деть эти две черные громадины.
— лучше бы мы в багаж сдали, — проворчал с явно украинским акцентом один, — теперь ни повернуться, ни вздохнуть, ни лечь.
— да ну нахер их с такой ценой, — отмахнулся другой, закидывая на верхнюю полку сумку, и лег со скрипом на нижнюю, закидывая после руки за голову, принимая вальяжный вид.
— ты, что, Лёша, совсем дурной? На голову тебе эта сумка ночью грохнется - все мозги вышибет.
— да я так пошутил, хотел посмотреть на твою реакцию, Женечка, — Алексей слегка посмеялся с последующего выражения лица Евгения.
— а может тебе не сумка мозги вышибет.
— ну-ну, ха-ха-ха, — Лёша иногда очень раздражал.
Более менее расположившись, Ростов и Одесса решили попить чаю.
Приготовленные заранее термосы уже слегка успокаивали бедные нервы Жени, что не придется снова терпеть выступления Лёши с приготовлением и наливанием чая - все обычно заканчивалось тем, что напиток оказывался на самом Донском.
Не говоря уже о том, как много выкрутасов увидел Дунайский, пока те добирались до станции и ждали поезд. Он надеялся, что Лёша уймет свое безудержное веселье, хоть и звучит странно, но в такие моменты он правда невыносим, как бы Женя его не любил и обожал. Просто Алексей от всей души был рад провести отпуск вместе с любимым одесситом, вот и все эмоции лезли наружу, получал таким образом большее внимание.
После вечера всегда наступает ночь. Ехать еще порядком до раннего утра. Тихий стук колес и надвигающийся ливень успокаивали и убоюкивали. Но Одессе было не по себе. Он молча наблюдал, как в лунном свете лежит Ростов, как его глаза медленно закрываются.
Женя, по примеру с Лёши, тоже прикрыл веки, и тут прогремел гром. Одесса встрепенулся и чуть не грохнулся с койки.
— Лёш, — тихо позвал Одесса, кутаясь слегка в одеяло.
— что, Женечка? — сонный бубнеж Ростова был едва членораздельным, но тот все понял.
— можно я с тобой лягу?
— а что случилось? Грома боишься?
— сейчас ни к чему твои насмешки. Так можно?
— я и не насмехался. Ложись конечно.
Женя метнулся в койку быстрее, чем новый раскат прозвучал сквозь закрытое стекло окна. Дунайский вжался своим телом к телу Донского, прижимаясь к груди слегка волосатой, как бы смешно не звучало, кудрявой, груди, личиком. Алексей обнял любимого, утыкаясь губами в светлые пшеничные локоны.
— так ты боишься грома?
— ну, боюсь, и что? — показалось, что Дунайский смутился признания, — ты вообще призраков боишься, дурак.
— ну вот держи меня тоже, чтобы меня не утащили, и я не боялся, — даже будучи сонной мухой, Лёша умудрялся иронизировать.
— все, спи, и мне не мешай.
Вдыхая запах друг друга, в тесноте и лунном свете, эти двое уснули до самого прибытия...
