Старейшина Илинь и его возвращение в прошлое (старая версия)

      В цзинши стремительно вошли два заклинателя, на что присутствующие сразу обратили своё внимание. Вэй Ин застыл, его глаза распахнулись, а губы приоткрылись, но почти сразу он смог взять себя в руки.       – Дядя, старший брат, – Вэй Ин официально поклонился, выражая своë почтение.       Повисла тишина. Лань Цижень посмотрел на младшего племянника, что поклонился и дальше занимался чаем для гостей, ставя чашки и принеся чайничек. Парень же не разогнулся, его тело было напряжено, а руки подрагивали, пока старший не разрешил.       – Кхм, Вэй Усянь, – произнёс сухо мужчина, отчего юноша поднял свой взгляд и грустно ломано улыбнулся.       Лицо Лань Циженя было напряжено, а губы сжаты в тонкую нить.       – Ах да, простите, сейчас вы учитель Лань, а вы Цзэу-цзюнь..., – он ещё раз быстро склонил голову.       Сев за столик рядом с Лань Чжанем почти впритык по привычке, заклинатель почти сразу вскочил на ноги как ошпаренный и сел у другого угла, но всё же относительно рядом, по левую руку.       Вэй ин нервно хихикнул и сделал приглашающий жест рукой, чтобы пришедшие присели, будто это он у себя дома принимал гостей. Когда все уже сидели, а чай был налит, никто не решался некоторое время ничего сказать.       Лань Чжань переводил взгляд с Вэй Ина на брата с дядей и обратно. Только двое, кроме него самого, знали, что он очень нервничал и не понимал, что происходит. Вэй Ин, не выражая никаких эмоций, смотрел в пиалу с чаем перед собой и медленно постукивал по столу пальцем. Его взгляд был расфокусирован, а мысли витали где-то далеко отсюда.       Лань Сиченю было очень интересно, что же такого произошло. И он искоса поглядывал на выражение лица брата, которое становилось всё сложнее понять с каждой секундой. Лань Цижень же отпил один глоток и поставил с характерным стуком пиалу, поднимая свой взгляд на младшего племянника, что сидел слева от него.       – Лань Ваньцзи, расскажи о том, что здесь произошло.       Только тот хотел было открыть рот, как Вэй Ин поднял свой взгляд и заговорил первым.       – Лучше ситуацию расскажу я. У А-Чжаня.... Кхм, у Лань Чжаня не полная информация всей картины.       Лань Цижень поймал зрительный контакт с юношей, который эмоционально полностью сейчас был закрыт. Ничего не выдовало того волнения, что тот испытывал. Спина была непривычно пряма, взгляд твёрд.       – Хорошо, – выдохнул старший, кивнув головой.       – Начну с того, что я не хотел доставлять кому-либо неудобств. Я действительно являюсь Вэй У Сянем. Но также и Старейшиной Илинь, Учителем Вэем и супругом Лань Чжаня, отцом прекрасного сына А-Юаня или Лань Сычжуя.., – он быстро это проговорил, опустил взгляд на пиалу с чаем и залпом её опустошил, поморщившись от того, что обжëг горло.       – Не торопитесь, – мягко напомнил Лань Сичень, одновременно обдумывая то, что услышал.       Вэй Ин отвёл взгляд от улыбки старшего брата, хмуря брови.       – Ах, ну да, одно из правил... Когда волнуюсь всегда что-то идëт не так, – он вздохнул и посмотрел на маленького супруга. – Лань Чжань, не переживай, всё в порядке.       – Вздор.       Вэй Ин немного криво улыбнулся, видно сжимая в кулак руку, что лежала на столе, сдерживая себя.       – Конечно, – согласился он, переводя свой взгляд на Дядю, расслабляя мышцы лица.       Цижень сделал ещё глоток чая, у него нервно подëргивалась бровь.       – Продолжай.       – Хорошо. Я на три дня уходил на ночную охоту, развеяться. У Лань Чжаня была куча дел в клане, как и у моих учеников, так что я отправился один. Перед тем, как вернуться домой, я заглянул в Цайи купить вина, так как помнил, что в тайнике оно закончилось...       – Алкоголь запрещëн в Облачных глубинах, – тихо сказал Лань Чжань, на что рассказчик прыснул в рукав, почти сразу останавливая смех и открывая уже расслабленное лицо.       – Одно из четырёх тысяч правил Гусу Лань гласило: Не разговаривать с Вэй У Сянем. Но все его просто игнорировали... Для меня, на самом деле, в клане Лань много поблажек из-за мужа, – он грустно улыбнулся только одними уголками губ и глаз, смотря в пустую пиалу, сделав небольшую паузу, – да и не только из-за этого...       Цижень несколько дрожащей рукой гладил свою бородку, борясь с желанием накричать на несносного мальчишку, что сейчас точно говорил всякую чепуху, лишь бы не говорить правду. Зачем юнец это всё придумывал? По какой причине он должен был всё это выслушивать?       – Вэй. У. Сянь. Говори по делу.       – Хорошо-хорошо, – он поднял руки вверх, как будто сдавался, после чего, облокотился локтями на стол, немного склонив голову на бок, улыбнувшись одними уголками губ и прикрыв глаза, – так вот, когда я купил два кувшина вина, то направился домой. Не хотя никого будить, прошëл по запасному входу, идя через тихие улочки я на некоторое время почувствовал себя странно, замерев. Правда, я моргнул, а после оказался совсем на другой тропе клана, нежели был до этого... Из-за некоторых проблем с памятью и огромной своей усталости я не придал этому большого значения. Мне казалось, что ничего не изменилось, в руках два кувшина вина, а остальное я списал на то, что просто всё сложил в цянькунь и просто устал.       – То есть ты, зная о том, что алкоголь запрещëн на нашей территории, принëс его сюда? И он сейчас здесь? – тихим, но угрожающим голосом процедил Лань Цижень.       Вэй Ин открыл глаза и улыбнулся шире, естественней.       – Ох, ну, сколько этому телу лет? 15? Да, я очень много нагрешил, будучи подростком, находясь здесь на обучении, – он на мгновение приложил большой палец правой руки к носу, прикрыв один глаз, прикидывая и кивая, – Мы с друзьями и выпивали и бедокурили, но что уже поделать, что было, то прошло. – заклинатель вздохнул и мягко посмотрел на дядю, – Хотя для вас, это всё было не так уж и давно...       Вэй Ин нервно хохотнул от созерцания гневного взгляда дяди.       – Господин Вэй, сколько вам сейчас лет? – мягко поинтересовался Лань Сичень, вглядываясь в спокойного юношу, что обычно был шебутным.       Вэй Ин замер, не зная что ответить. Врать не хотелось, но и пугать близких людей – тоже. Он убрал руки под стол, начав теребить юбку верхнего ханьфу. Немного сбавить возраст, всë-таки будет правильным.       – Я не знаю как вам и ответить... Если считать от дня рождения, а мы с Лань Чжанем ровесники, то мне будет за 50, а если считать только то время, когда я в принципе жил, то нужно отнять 13 лет, – и не соврал, и сильно не испугал.       – Что вы под этим подразумеваете?       – Вы про 13 лет? – Вэй Ин хмыкнул, мелко посмотрев на своего супруга, который таковым сейчас не являлся, и заглянул в глаза Лань Сиченя, – 13 лет – именно столько прошло времени после моей смерти и до моего воскрешения.       Повисла тяжëлая тишина, которую вскоре, ярко улыбнувшись, нарушил Вэй У Сянь, взмахнув рукой, будто отмахивается от мухи.       – Я вас понимаю, в это трудно поверить. Ничьё тело я не захватывал, мне его пожертвовали, призвав, – заклинатель посмотрел в сторону окна, вспоминая былое. – За это время все позабыли правдивую ситуацию о действиях во время войны, о том, какой вклад внëс я. Все меня боялись и ненавидели, пугали мною детей. За это время в Гусу Лань появилось ещё одна тысяча правил, а переписывать их стали, стоя на руках. За это время моего приëмного сына Лань Чжань принял в свой клан и вырастил на поле с кроликами. Мой племянник вырос без родителей, похожим на своего дядю, который ненавидел своего брата и уничтожал всех, кто пользовался тëмным искусством..., – Вэй Ин улыбался, говоря это. – Много чего произошло, на самом деле, пока я был мëртв.       И пока никто не спросил у него чего-нибудь, он посмотрел на Лань Циженя серьёзноым взглядом и быстро проговорил утреннюю ситуацию, чтобы больше не наговорить.       – Я пришëл ночью в Цзиньши, спрятал в привычное место вино и уставший, не переодеваясь, завалился спать на любимую кровать. Мужа я дома не застал, посчитал, что он отправился куда-то по делам и утром или вечером потом встретимся. Так меня и разбудил Лань Чжань, единственное, не тот, кого бы я ожидал увидеть, – на щеках появился мягкий румянец, – Очень молодой, красивый, с озадаченным выражением лица. Ох, он хотел меня отправить в храм предков для наказания. Но что я сделал не так, если пришëл домой и сам не понимал почему это произошло? Поэтому я попросил вас позвать, отказываясь куда-либо идти. Конечно, не обошлось без слёз... Но лучше уж я буду в привычном для себя месте, с успокаивающим мою душу запахом сандала, нежели куда-то пойду, зная, что если это не сон, то все ещё живы, а я в своëм теле и имею своë золотое ядро.       Вэй Ин нахмурился, припоминая что не сказал, а потом с блеском в глазах выдал:       – А ещё это тело в подростковом периоде, которое из-за гормонов эмоционально не стабильно....       Сказав всё это, он насупился, будто загнанный зверь. Парень часто дышал, а в глазах стояли не пролитые слëзы. Он резко встал, выглядя встревоженно, машинально официально поклонился и пошëл к дверям, бросив:       – Я на холодный источник, – и дверь за ним захлопнулась, оставив за собой звенящую тишину.       Лань Цижень допил третью пиалу чая, Сичень медленно покачивал свою, следя за движением напитка, Вандзи же смотрел на пустую пиалу Вэй Ина. Первым нарушил тишину Сичень.       – Получается, господин Вэй, точнее его душа, пришла к нам из будущего, – он отпил, не поднимая глаз.       – Возможно, всë то, что он сказал, не является правдой, – Цижень не хотел верить в то, что его примерный племянник вышел замуж за такого несносного человека.       Лань Чжань нахмурился.       – Он говорил правду.       – А-Чжань? Почему ты так считаешь? – Сичень посмотрел на брата, немного приподняв брови.       – Когда я пришëл, он спросонья сначала не понял, что это не тот я, которого он ожидал увидеть и говорил.., – его мочки ушей покраснели, и он закрыл глаза, медленно вздохнув, – он говорил, не открывая глаз,: "Твой муж вернулся, а у тебя дела. Нужно же иногда отдыхать, давай вместе некоторое время поваляемся. " – это его слова, – Лань Чжань беззвучно выдохнул и продолжил говорить, уже смотря в глаза брата. – Когда я ничего не ответил, он медленно открыл глаза и замер. Я ничего не сказал, а он всё понял и без слов. Брат, он понимает меня лучше, чем ты. А ещё Вэй Ин изменился.       Это впервые, когда Лань Чжань столько говорил. Его уши горели красным от смущения, а сам он упрямо смотрел в глаза напротив, в которых медленно появлялось понимание. Сичень улыбнулся самой своей мягкой улыбкой и обратился к дяде.       – Вот, как видите, господин Вэй не врал. Навряд ли он стал врать бы в такой ситуации. На самом деле, всё, что он нам рассказал, очень сложно было бы придумать. С ним нужно ещё раз поговорить. Особенно о войне, раз такое дело, лучше предотвратить самое худшее, верно?       – Гм, а ещё ты забыл добавить, что он говорил о своей смерти, о своëм теле и о других странных мелочах...       – Мгм, – нахмурился Лань Чжань, что-то обдумывая.       – Нужно созвать совет старейшин и позвать на него господина Вэя, – предложил Сичень, медленно допивая свой почти остывший чай.       – Так и сделаем, – Лань Цижень встал, поправил полы одежд и посмотрел на младшего своего племянника, – если Вэй У Сянь не вернëтся до обеда, то сходи за ним. Иначе вы совсем не завтракали, – после этого он развернулся и тихо вышел из Цзиньши.       Два брата остались наедине. Лань Сичень разглядывал младшего и видел только поверхностные его эмоции. Тот же, в свою очередь с закрытыми глазами пытался привести мысли в порядок.       – А-Чжань, тебе нравится господин Вэй?       – Нелепо, – ответил парень, открывая свои светлые глаза, мочки ушей его были красные.       – Понимаю, ты ещё сам не разобрался в своих чувствах... Мне действительно интересно узнать, какую жизнь прожил господин Вэй и как вы с ним сблизились, – Сичень хитро улыбнулся до мимических морщинок у глаз.       – Брат!       – Выходит, господин Вэй является частью нашего клана, а также он безмерно любит тебя, А-Чжань. Я рад.       Лань Чжань замер на мгновение, а потом потупил взгляд.       – Я его не защитил.       – Ты это говоришь о его смерти? Кто знает, что было на самом деле? Не вини себя за то, что не совершал, особенно за то, что ещё не случилось.       – Мгм. Брат, я хочу побыть один.       – Хорошо, не буду тебя отвлекать от размышлений, – он грациозно встал, поправив одежды, на прощание улыбнулся и пошëл по своим делам.       Лань Чжань остался один со своими мыслями. Пойти в холодный источник медитировать он не мог из-за того, что тот был уже занят. Парень убрал всё со стола, и через некоторое время в Цзиньши раздалась тихая мелодия гуциня.

***

      – Здравствуйте, тëтушка Цин, как поживаете, как ваше здоровье? – Вэй Ин заглянул на кухню, где утончённая женщина что-то готовила.       Она остановилась и мягко посмотрела на юношу.       – Здравствуй, дитë. У меня всё хорошо, да и со здоровьем отлично. Могу я узнать, с кем имею честь разговаривать? – из-за улыбки на еë лице собрались морщинки в уголках глаз и губ.       Вэй Ин на мгновение замер, в его взгляде пронеслась вспышка боли, но улыбка осталась на лице. Он усмехнулся и посмотрел немного в сторону.       – Знаете, это так сложно, когда ты всех знаешь, а они тебя нет.., – тихо сказал парень, а потом перевëл свой взгляд на женщину, официально поклонившись, с яркой улыбкой, – на данный момент... Являюсь приглашенным учеником из ордена Юньмэн Цзян, звать меня Вэй У Сянем, домашнее же имя – Вэй Ин. Буду рад, если старейшина Лань будет звать меня так.       – Хорошо, Вэй Ин, можешь перестать кланяться.       Женщина нисколько не смутилась тому, что юноша перед ней явно многое о ней знал. Ей стало интересно, но видя его состояние до этого, она решила, что узнает обо всём позже.       – Я могу к вам обращаться как изначально назвал? – на его щеках проступил лëгкий румянец.       – Конечно, дитë, можешь, почему нет? С какой целью ты ко мне пришëл, Вэй Ин? – она отвернулась, продолжая готовить.       – На самом деле, тëтушка Цин, я не был на завтраке и навряд ли смогу быть на обеде... Хотел попросить что-нибудь перекусить и пойти медитировать на холодный источник.       Она посмотрела на мальчишку нежным взглядом и кивнула. Потом продолжила молча готовить.       Вэй Ин сел за столик возле окна, наблюдая за тем, как порхает тëтушка за готовкой. Это еë отдушина и некая медитация для души, поэтому никто из ордена не против того, что старейшина полностью занималась вопросами кухни, а также имела свою, отдельную от основной, и пропадала там, не появляясь на люди. А наблюдать за еë готовкой – одно из любимых видов занятий Вэй Ина. Его это завораживало.       Когда она закончила, на стол были расставлены несколько разных блюд из круп и овощей и две миски с палочками. Присев напротив юноши, она подняла свои.       – Приятного аппетита.       – Приятного, – Вэй Ин благодарно кивнул и с упоением начал есть приготовленное, – как и всегда, ваша готовка – потрясающая, – сказал он, не думая, когда всё по чуть-чуть попробовал, по щеке пробежала непрошенная слеза.       После сказанных слов, он замер и, смахнув слезу, посмотрел на тëтушку, что хитро сверкала глазами с любопытством, но ничего не сказала, продолжив есть.       – Думаю, мне нет смысла ничего от вас скрывать... Сегодня ночью произошло то, чего я вообще никогда не ожидал. О таком навряд ли где-то написано. Даже в великой коллекции книг всей библиотеки Гусу Лань нет упоминаний об этом, уж я-то бы это запомнил, когда всё изучал. Думаю, сегодня вечером состоится сбор старейшин. Могу я вас попросить, тëтушка Цин, прийти туда, а ещё пригласить тëтушку Зэнзэн. Знаю, без вашего приглашения, она вряд-ли придëт, даже если дядя еë пригласит. Ах, не дядя... Учитель Лань.       Пока он говорил, смотрел на всë, кроме собеседницы перед собой, что пристально следила за ним взглядом. После всего сказанного, он продолжил тихо есть.       – Хорошо, Вэй Ин. На совете будет рассмотрена твоя ситуация и я тогда обо всём узнаю, верно?       Парень кивнул, поднимая глаза.       – Раз так, то не волнуйся, я подожду. Можешь не рассказывать мне всё сейчас.       – Спасибо, – тихое слово отразилось и на лице Вэй Ина с грустными глазами, делая его намного старше, чем выглядит.       Он отложил палочки, встал, поклонился и ярко улыбнулся на прощание.       – Надеюсь я ещё смогу отведать ваши вкусные блюда, тëтушка Цин! А то почти все здесь едят настолько однообразную еду, что с вашей не идёт ни в какое сравнение, – он подмигнул, – как будет потом время, поделюсь вкусными рецептиками.       Вэй Ин помахал рукой, развернулся и убежал. Из окна женщина видела, что тот действительно направился в сторону холодного источника. Покачав головой, она доела свою порцию и начала прибираться на кухне. До обеда ей ещё нужно было заскочить к своей подруге, позвать посмотреть на этого необычного парнишку.