Ангел похоронитель

Холодный осенний ветер, который пробирает до костяшек, яркие огненные листья, то шуршат под ногами, серое мрачное небо, не мрачнее самой Кристины - все это непременно навевает печаль и тоску. Но девушке сейчас совсем не до этого, она сидит на коленях, прямо на обжигающей холодом земле, не боясь испачкать новые брюки. Сидит возле могилы своей девочки и и роняет на неё крупные слёзы, что раз за разом всё сильнее катятся по щекам. Она не верит, до сих пор не верит, что ровно полгода назад не стало её любимой девочки, любимой Ии. За эти долгие, мучительные шесть месяцев она так и не свыклась с жизнью без неё. Каждый чертов день без Ии отдавался болью где-то глубоко внутри, там, куда доступа не было ни у кого - в самом сердце. Кислорода критически не хватало, словно кто-то крепко затянул ошейник и с каждым днём цепкая хватка становилась всё сильнее. Каждый чертов день она плакала и выворачивала всю душу наружу, мечтала хоть на секунду увидеть любимую снова. Первую неделю Кристина отказывалась вставать с кровати, тело было таким тяжелым, боль распространялась по всему телу, от головы к кончикам пальцев, сердце разрывалось на кусочки, а глаза невыносимо болели от количества выплаканных слёз. Не хотела даже есть, всё отнекивалась и говорила, что плохо себя чувствует, а после переворачивалась на другой бок, обнимая Мию, белоснежную кошечку, которую они завели с Ией. Лера же, переживающая за подругу, утешала её, кормила с ложечки и, в общем, пыталась помочь, чем может. — Кристин, пожалуйста, ну съешь хотя бы ложечку, тебе же станет лучше, — умоляет Ковская и протягивает ложку куриного бульона. — Ты не виновата, понимаешь, это был несчастный случай. — Нет! Нет, Лер, это всё я виновата, я её не спасла, я её не схватила, если бы я успела, она бы выжила, понимаешь! Да лучше бы я первая пошла, лучше бы со мной что-то случилось! —кричит шатенка, а голос предательски дрожит и она закидывает голову наверх, пытаясь остановить подступающие слёзы. — Что ты несешь, совсем уже что ли? Крис, её больше нет и ты в этом не виновата, прими это, как бы не хотелось верить в обратное. Такое случается, все мы когда-нибудь умрем, ты не одна, слышишь, у тебя есть мы, вместе мы справимся, пожалуйста, мне тоже тяжело, не представляешь, блять, насколько. И я не хочу терять ещё и тебя, пойми это, — Лера накрывает её ладони своими и заглядывает прямиком в небесно-голубые глаза с надеждой. — Я...я не знаю, это тяжело, я не могу поверить, что никогда больше её не увижу и не услышу её прекрасный голос. Я надеюсь, надеюсь у меня получится отпустить её, получится жить дальше, - говорит та и тянется к подруге за объятиями, на которые она с удовольстивем отвечает и крепко прижимает к себе Кристину, не желая отпускать ни на секунду, боится, что с ней тоже что-то случится. — Всё будет хорошо, поверь мне, — уверяет та и видит, как Кристина, впервые за последнюю неделю улыбается. Так мило и по-глупому, с мимолетным смешком, видимо идет на поправку.

***

Холодный ветер все усиливается, и, кажется, что скоро пойдет дождь, но Кристине всё равно. Она сидит напротив красивого памятника, выточенного из гранита, на котором красуется её девочка; дрожащим голосом рассказывает, как же тяжело ей одной, как бы она мечтала ещё раз прогуляться с ней в осеннем парке. Как бы хотела, снова услышать, как Ия громко смеется и почувствовать, как кидается в объятия, зацеловывая пухлые губы, хватаясь свободной рукой за затылок. В голове вновь проносятся моменты из счастливой жизни с Ией, другой жизни, лучшей.

***

Две юные девушки идут, держась за руки, и обсуждают планы на предстоящие новогодние празники. Громко смеются и представляют, как катаются на коньках в парке, что совсем рядом с домом. Обсуждают у кого можно отпраздновать новый год и куда идти после, а на душе легко, непринужденно и тепло, хоть на улице и минус семнадцать градусов. Ия личное солнце Кристины, она светит так, что слепит всех своей красотой и прекрасными глазами, которые горят любовью. Согревает своей милой улыбкой, счастливым взглядом, который полон любви и нежности. Сердце Кристины навечно в её владениях, оно будет биться, пока бьется сердце прекрасной Ии, будет биться, пока Ия освещает мир своей улыбкой. Она любит её просто за то, что та существует, за то, что крепко прижимает к себе, когда страшно; за то, что нежно целует и гладит по шёлковым волосам, когда грустно; за то, что смеется даже с её самых глупых шуток и просто за то, что любит. Пока она рядом ей ничего не страшно, она счастлива, счастлива каждой секунде, проведенной с Ией. И даже, если солнце скрывается за тучами и грустит, ей всё равно тепло, она всегда рядом со своим солнцем и готова прийти ей на помощь, чего бы это не стоило, правда, она готова отдать жизнь за неё. — Кристииин, а давай котёночка заведём, а то мне грустно оставаться одной, мы будем тебя вместе с работы встречать, ну пожалуйста, — крутилась темноволосая вокруг, то и дело направляя на неё щенячий взор. — Я подумаю, ты же понимаешь, что это не игрушка, за ним надо ухаживать, воспитывать его, кормить, лечить? — успокаивая горящую этой идеей Ию, спрашивает она. — Конечно, ну пожалуйста, — растягивая гласные, как только может, приговаривает она. И на Новый год получает долгожданный подарок. Кристина, предварительно закрыв ей глаза своими руками, чтобы раньше времени не увидела, что же за сюрприз ей приготовила любимая девушка, о котором Ия расспрашивала за последние пару дней раз пятьдесят точно. Сердце замирает в ожидании и, когда глаза реагируют на свет и распахиваются, она видит маленького белого котёнка, играющего с большим красным бантом. Бросается в объятия к Кристине и сразу же тянется к пухлым губам, затягивая в поцелуй. Языком мажет по нижней губе, слегка прикусывая, дабы не доставить дискомфорт, пока чужой язык исследует её рот, проходясь по нёбу и деснам, а затем переплетается с её собственным. Останавливаться никто не желает, но организму требуется кислород и они наконец отрываются от губ друг друга, между которыми тянется тонкая ниточка слюны. После Ия сразу же бросается к елке и берет котёнка на руки, начиная рассматривать и гладить по макушке. Кристина наблюдает за этой милейшей картиной хочет запечатлеть этот момент в памяти навсегда, она смеется, когда котенок цапает Ию за нос, а та хихикает и морщится, снимая его с себя, ставит на пушистый ковер. Внутри разливается тепло, как же сейчас хорошо, у нее есть любимая девушка и любимый дом, она счастлива здесь и сейчас, счастлива настолько, что к глазам подступают слезы. Она достает из кармана телефон, чтобы сфотографировать, её любимую девушку с котенком, то, как она мило улыбается и укладывает его к себе на колени. — Это девочка, кстати, как назовешь? — подходит к девушке, присаживаясь на корточки. — Она такая сладкая, ути боже, даже не знаю, может Лили, Мия, Боня? Что думаешь, коть? — Прям, как ты, ну не знаю, ты решай, — уступает право выбора любимой, её котенок, как никак. — Тогда она будет Мия! — улыбается, выпуская кошку из рук и наблюдая, как та пытается достать лапкой до елочной игрушки. - Мия, Мия, тебе нравится? - обращается она к кошке, которая с интересом смотрит на неё и подходит ближе. — Ха, видишь, ей нравится, она тебя уже слушается, откликается вон, — указывает пальцем на маленький белый комочек, что устроился возле ноги Ии. А потом, уложив спать Мию, они идут гулять и праздновать, уже наступивший Новый год с друзьями. Лера с Лизой смогут подойти не раньше двух, и потому, сначала они встречаются с Айамом, Кристиной и Варей в их любимом парке. Варя вся светиться, и это не просто так, как позже они узнают, Айам предложил ей встречаться этой ночью, точнее они сделали это одновременно; так давно она влюблена в него и хочет проводить с ним каждый миг, что планировала это несколько месяцев, но никак не могла решится. И вот, теперь в их компании появилась ещё одна счастливая пара. Они гуляют, попивая кофе из термоса, захваченного с собой из дома, смеются, кидаются друг в друга снежками, словно маленькие дети. В скором времени к ним присоединяются Ковская и Василенко, которые предлагают предлагают поехать тусить в центр, потом переноевать у кого-нибудь и принимают предложение Ии и Кристины - остаться на ночь у них. Друзья слоняются в парке, под смех и крики других случайных людей, что также радовались празднику.

***

Воспоминания одно за другим крутятся в голове, веселые и грустные, плохие и хорошие, главное, что с Ией. Она до сих пор винит себя в её смерти, думает, что если бы успела подхватить, то та не оступиалсь бы на злополучной старой лестнице их заброшки. Винит себя за то, что больше никогда не сможет прикоснуться к своей девочке, не сможет купить ей мороженое и смотреть, как та радуется. И пусть это был всего лишь несчастный слуай, она винит в этом только себя, теперь она не сможет жить счастливо и радоваться каждому дню, потому что её больше нет, больше нет её солнца, которое освещало дорогу, теперь впереди лишь тьма. Ия навсегда осталась там, на их крыше, в их любимом месте. Они должны были прожить долгую и счастливую жизнь вместе, просыпаться вместе и засыпать, искренне любить друг друга, помогать и поддерживать во всем, главное - вместе, но судьба решила иначе. Она решила поиздеваться, подставить подножу, затянуть ремень на шее так туго, что каждый вздох отдавался болью в груди. Кристина не понимала за что ей это всё, что настолько ужасное она совершила в жизни, чтобы сейчас сидеть на холодной мокрой земле напротив могилы её девочки. Небо серое и мрачное, не мрачнее самой Кристины, тучи сгущаются и небо плает вместе с ней, словно пытается разделить эту невыносимую боль.

***

Девятнадцатое апреля. Деревья уже начинают обрастать зеленью, на улице уже спокойно можно ходить в толстовке. Они сидят вдвоем на их крыше, смотрят на расцветающий город; множество макушек деверьев: где-то виднеются белые сирени, а где-то сад с сакурами. Природа весной прекрасна, безусловно, но, как считает Кристина - Ия прекраснее. И она говорит ей об этом, держа за руку, смотрит в темные глаза с нежностью; говорит, как сильно любит её. Они сидят на любимой крыше и смотрят ярко-алый закат, облака словно огни в цветном небе, они небольшие, но в большом количестве. Ия вспоминает, что уже поздно и надо бы идти домой и кормить кошку. — Коть, вставай, нам ещё Мию кормить, я бы просидела тут с тобой ещё вечность, но ты же сама говорила, — привстает с темного покрытия и протягивает руку светловолосой. — Эх, говорила, ладно, надо идти, ты права, — хватается за потянутую девушкой руку и поднимается с пола. Ия идет впереди, медленно переступает со ступеньки на ступеньку, а где-то перепрыгивает те, что уже обрушились. Они спускаются, горко смеясь, ведь Кристина снова придумала какую-то шутку, а Ия любит её шутки и любит её. Даже и не подозревают, то вскоре может случиться нечто страшное, то, что буквально поделит их жизнь на «до» и «после». Кристина рассматривает яркие рисунки на стенах заброшенного здания, за столько лет тут скопилось множество абсолютно разных; от красивых картин стрит-худождников с персонажами игр и пейзажами до тегов и незамысловатых "И+К=любовь" и "Здесь был Вася". Она увлекается и совсем не замечает, где же там идет Ия, уверенна, что с той все в порядке. Но нет...Она оступается, неустойчивая ступень пошатнулась и край ботинка соскользнул; потеряв опору, девушка вскрикивает и пытается ухватиться за перила или хоть что-то, но ей не удается этого сделать. Кристина оборачивается на звуки и видит ужасающую картину — Ия машет руками и пытается найти опору, чтобы не дай бог не упать меж ступеней. Спустя мгновение бежит к темноволосой, перепрыгивая несколько ступеней разом и протягивает руку. Сердце пропускает удар. Поздно. Она не успела дотянутся, Ия уже летит вниз, не успев понять, что происходит. Светловолосая бежит вниз, надеясь, что ещё успеет спасти. Это был всего лишь третий этаж, Ия не может умереть, нет. Пропускает второй, когда слышит глухой удар о бетон. Пропускает третий, когда добежав, она видит распластавшееся тело, лежащее на полу. Бросается к ней, видит, что глаза приоткрыты и грудь вздымается, пытается привести в чувство. — Ия...Иечка, ответь мне пожалуйста, ты слышишь меня? — руки дрожат, а в горле ком, что мешает говорить. — Родная, пожалуйста, только живи, — пытается схватить телефон и набрать номер скорой помощи. — Коть...я, я тебя слышу, — хрипит та, пытаясь взять руку Кристины, что уже дозвонилась в скорую. "Мы приедем в течение десяти минут, она должа быть в сознании, разговаривайте с ней, она ни в коем случае должна закрывать глаза" — Солнце, ты слышишь, смотри на меня, сильно больно? —Нет, я потерплю, но...голова, — тихо произносит та и тянется к затылку. На ладони остается кровавый отпечаток, кожу ужасно печет и голова словно разрывается. — Тише, не трогай, тебе сейчас помогут, все будет хорошо, — наблюдает за тем, как лужица алой крови растекается под головой темноволосой. — Нет, нет, только не это, смотри на меня. — Кристин...я, я люблю тебя, люблю…— глаза прикрывает, замолкая, сердце перестает биться, ей больше не больно. — Нет! Нет, Ия, пожалуйста, не умирай, не оставляй меня, — вперемешку со всхлипами и частыми вздохами кричит она, видит, как машина скорой помощи подъезжает к зданию и останавливается, из неё сразу же выбегают несколько человек. Несутся на крики и мольбы, надеятся, что успеют, но нет. Она не дышит. Пульса нет. Её больше нет. "Соболезнуем, но её больше нет в живых, констатирована смерть от потери крови, её нельзя было спасти, большая часть удара пришлась на голову." Внутри все сжалось, воздух словно перстал поступать в легкие, острые шипы вонзались в сердце, больно царапая; она не могла, не могла умереть, это всё сон, это неправлда! Она не слышала, что происходило вокруг, не чувствовала то, как ей вкололи успокоительное, она лишь билась в истерике; не помнила, как прехала Лера и забрала её, не помнила, как оказалась у себя дома, помнила только, как мечтала уснуть и не проснуться, чувство вины поглощало полностью.

***

Кристина понимает, что не сможет дальше жить без любимой, она была для неё всем. Думает об этом каждый день, мечтает перестать мучаться, но Лера всё отговаривает, пытается вытащить со дна, вернуть её обратно в жизнь, но та не хочет, не хочет больше существовать без Ии, не хочет дышать, не хочет любить кого-то другого. Она думает об этом сейчас на кладбище, думает об этом по пути домой; думает об этом, когда узнает, что Лера отправляется в другой город на несколько дней по срочным делам; думает об этом, когда поднимается на крышу, уже знакомой заброшки. Она хочет остаться там, вместе с любимой, на их крыше, хочет поскорей встретиться с ней в другом мире, снова поцеловать и обнять, хочет только этого и, потому делает шаг, всего один, но она его делает. Тело Кристины пролетает девять этажей и, под оглушающие крики подростков, пробирающихся в здание, падает на сырую холдную землю. Они суетятся и пытаются позвонить в скорую, дабы спасти девушку, что в этот момент расплывается в улыбке. Совсем скоро она встретиться с Ией, в другом мире, если он конечно существует, но Кристина в этом уверена, он есть. Там они будут вместе, там они будут счастливы. Сознание медленно покидает тело и из уст вылетает последний вздох. Глаза блаженно прикрываются и она падает в чарующую пустоту.