Мальчик-Без-Имени

***

      Дорея любила своих племянников. Видеть их в Хогвартсе было отдельным удовольствием — и пусть она старалась не вмешиваться в их дела, следуя негласным законам Слизерина, но это не мешало ей радоваться их успехам и переживать за их неудачи. За Лукрецией, к сожалению, она особо наблюдать не могла, так как ее распределили в Когтевран, однако Вальбурга, общаясь с сестрой достаточно тесно, была столь любезна передавать все новости.       Дорея любила своих племянников и была несказанно рада, когда Альфарда, который с возрастом, казалось, становился только активнее и простодушнее, Шляпа все же отправила в Слизерин. Возможно, увидела что-то, чего девушка в этом мальчишке была разглядеть не в силах, а может, это было актом сочувствия с ее стороны — кто знает, что твориться в мыслях у разумных артефактов… В любом случае, Дорея была рада и благодарна.       Альфард удивительно легко влился в компанию факультета змей, даже с учетом того, что завел магглорожденного друга — явно решив взять пример с Демиана, которым восхищался чуть ли не как самим Мерлином. Девушка, честно сказать, и сама была восхищена новоиспеченным племянником, но все же больше волновалась за него.       Демиан не подпускал к себе никого, обладал большой силой, стальным характером… и слабым разумом. Дорее было искренне жаль этого ребенка, который, пока, как он думал, никто не видит, забивался в угол и дрожал, пытаясь удержать в себе весь тот ужас, который его мозг так и норовил выплюнуть наружу. Демиана преследовали иллюзии, и девушка поняла это спустя неделю его пребывания в Хогвартсе, но стоило ей даже попытаться завести об этом разговор, как мальчишка смотрел на нее с таким гневом и ненавистью, что было почти больно.       Дорея Блэк хотела считать себя хорошей тетей, поэтому вскоре перестала даже подавать вид, что замечает каждый «приступ» своего племянника, и это, казалось, помогло. Они не стали вдруг закадычными друзьями, но теперь вполне мирно общались, иногда засиживались в библиотеке — не разговаривали и занимались каждый своим делом, но вместе — и это была величайшая победа.       Неожиданно, но Демиан даже помогал ей готовиться к экзаменам. Это было странно, учитывая, что тот только поступил на второй курс, когда девушка уже была на пятом, и все же работало. Демиан Блэк оказался настоящим гением и просто потрясающим преподавателем — именно благодаря ему она смогла обойти все еще раздражающего Карлуса Поттера в Защите от Темных Искусств, взамен помогая мальчику подтянуть Зельеварение. Это был взаимовыгодный обмен, и Дорея не имела ничего против.       Возможно, так было потому что в Хогвартсе девушка была ближе всех к Демиану, но она сразу заметила его особое отношение к Тому Реддлу — магглорожденному другу Альфарда. Это было странно: Демиан, ранее не испытывающий особой привязанности ни к кому, помимо Блэков — и то это, скорее, вынужденно — и Джонатану, который сам по себе был, на удивление, по характеру почти точной копией Альфарда, оказывал пусть и еле заметные, но очень явные знаки расположения этому мальчишке. — Мы похожи… — нехотя ответил однажды на ее вопрос парень, явно не очень довольный озвученным фактом.       Дорея не совсем понимала, как это возможно. Разве может грязнокровка хоть в чем-то быть похожим на носителя благородной крови? Но Демиан не всегда был частью их семьи. И эта мысль надолго засела в ее голове, заставляя внимательнее приглядеться к юному Реддлу. Они действительно оказались похожи: их поведение, их реакции, их отношение к окружающим, возможно, их прошлое тоже было схожим, поэтому Демиан чувствовал некое духовное родство с этим ребенком.       Реддл, на удивление, отвечал ему тем же. Дорея не была уверена, что тот это осознает, но его отношение к ее старшему племяннику было на самом деле особенным. Зато это точно отмечал сам Демиан, который, казалось, чувствовал из-за этого непонятный его тете дискомфорт, стараясь держаться от мальчишки на расстоянии, что было крайне сложно, учитывая, что Альфард чуть ли не насильно таскал за собой этого бедного юношу.       Том был умен и пугающе талантлив — и это было его очередным сходством с Демианом — а еще он был амбициозен и харизматичен настолько, что вскоре Дорея действительно начала волноваться за своего младшего племянника, потому что если сначала он был тем, кто вел, то сейчас главенство в их компании, к которой каким-то невероятным и непонятным ей образом прибился наследник Малфоев, занимал именно Реддл. Два чистокровных волшебника, сами того не замечая, стали нуждаться в одобрении магглорожденного, что само по себе выглядело и было абсурдным.       Том Реддл был опасен, и Демиана это, казалось, только забавляло.

***

      Седьмой курс подкрался незаметно, и Дорее вновь пришлось погрузиться в мир книг, конспектов и нудных эссе. О, как же она ненавидела эти экзамены… К счастью, Демиан и в этот раз решил помочь ей с подготовкой в обмен на небольшую помощь с зельями. Именно небольшую, потому что парень, на удивление, прекрасно варил достаточно сложные зелья своего курса, почему-то западая на простейших. Впрочем, большинство из тех зелий, что у него получались, были противоядием, либо чем-то наподобие костероста, так что, возможно, умение их варить стало необходимостью.       Девушка не хотела об этом думать. Но думала — думала почти также часто, как и о Поттере, который в последнее время стал каким-то странно милым. Дорее не нравились эти перемены, ей казалось, что парень все время замышляет какую-то пакость… пока одним зимним вечером, краснея то ли от холода, то ли от смущения, Карлус не пригласил ее на Святочный бал.       Это было абсурдно — они были почти заклятыми врагами прямо с первого курса, а сейчас этот наглый, грубый мальчишка приглашает ее на танцы. То есть как… Свидание? Это было невозможно. И еще более невозможно было то, что она в итоге каким-то образом согласилась. Мордред, Дорея была почти уверена, что на ней кто-то использовал Конфундус или что-то подобное, потому что было просто невозможно согласиться на это по своей воле.       Впрочем, Демиан почему-то удивленным совсем не выглядел. Он лишь презрительно фыркнул и посоветовал воспитывать детей правильно. Девушка запустила в него подушкой и прогнала, оставаясь в одиночестве и пытаясь успокоиться — нельзя показываться в Слизерине красной, как помидор.       Для Дореи этот Святочный бал был особенным — не из-за Карлуса (может быть, лишь немного), а из-за того, что это был ее последний год в Хогвартсе. Это место было ей домом на протяжении семи лет, и покидать его казалось почти кощунством. И пусть впереди было еще несколько месяцев, она знала, что они пролетят незаметно, и ей было искренне жаль, что она так и не увидит, как Орион перешагнет порог этой школы и займет свое законное место в Слизерине. — Это глупо, — фыркнул Демиан, когда она поделилась с ним своими мыслями, — Не понимаю, почему вы все так привязаны к этому месту. — Это дом… — улыбнулась Дорея, совсем не обиженная словами племянника. — Это тюрьма, — отстраненно поправил ее парень, глядя в окно.       Девушка не стала спорить, прекрасно осознавая, что для Демиана Хогвартс был именно клеткой, в которую его сослали вопреки его желаниям. Возможно, даже сама Британия казалась ему тюрьмой. Возможно, именно поэтому он каждое лето покидал ее, отчаянно ища свое место в этом мире. Дорея не понимала этого, но не осуждала.       И все же на Святочном балу Демиан, кривясь и выглядя так, будто хочет поскорее покончить с церемониями и сбежать подальше, пригласил ее на танец. Дорея чувствовала его напряжение, но была благодарна. С Карлусом она тоже танцевала. И даже не один танец — парень краснел каждый раз, стоило им пересечься взглядами. Блэк считала это забавным, поэтому весь вечер пыталась поймать его взгляд, не замечая собственного румянца на щеках, списывая его на небольшое количество алкоголя и довольно энергичные танцевальные пируэты.       Было здорово. Она станцевала и с Альфардом, и с каким-то юношей из Когтеврана, который начинал мямлить и заикаться, когда она пыталась завести разговор, а после бледнел и запинался, встречая мрачный взгляд небезызвестного выпускника Гриффиндора. Дорея смеялась и веселилась, разговаривала с друзьями и выпивала — а на следующий день винила исключительно алкоголь в поцелуе с Поттером.       Демиан, кажется, наслаждался ее страданиями, но все равно отвлекал Карлуса каждый раз, когда он приближался, давая Дорее возможность сбежать. — Ты ведешь себя, как ребенок… — раздраженно вздыхал Демиан, наблюдая как его тетя то и дело опасливо оглядывается. — Замолчи… — шипела она, прячась за книгой заклинаний. — Ну, поцеловались один раз — не переспали же, — закатывал глаза парень. — Демиан! — возмущенно краснела Дорея в ответ.       Да, Демиан определенно наслаждался.

***

      Экзамены подкрались незаметно, и девушка внезапно ощутила себя абсолютно неготовой. Ни к тестам, ни к выпускному, ни к будущему. Она просто не представляла, как будет жить вне стен Хогвартса — это казалось ей неправильным и даже пугающим. Казалось, все семикурсники чувствовали себя так, пусть и пытались скрыть это за бравадой и планированием своего великолепного будущего.       Дорея не хотела ничего великого — она хотела прожить счастливую жизнь, но поняла, что не знает, какая она — счастливая жизнь. Выйти замуж? Построить карьеру? Или бросить все и уехать в путешествие? Девушка понятия не имела, что значит для нее «счастье». Она всегда смотрела на членов семьи: как те выбирали долг, честь и собственное величие. Был ли кто-нибудь из них по-настоящему счастлив? — Ты слишком много думаешь… — кривился Демиан, смотря на нее, как идиотку, — Просто попробуй все.       Из уст ее племянника это звучало так просто — возможно, так просто и было. Она сдала экзамены, провела последний вечер в Хогвартсе и с тревожным ожиданием отправилась во взрослую жизнь… Где ее, неожиданно, ожидал Карлус. В прямом смысле: ее лодка причалила одной из последних, и там, на другом берегу ее ожидал Поттер — с букетом лилий и протянутой рукой.       Она приняла. И руку, и букет, и признание, думая, что, может быть, взрослая жизнь не такая уж и пугающая.

***