Ночной инцидент и как он закончился

На дворе тёплая ночь. В здание никого, кроме двоих мужчин, что снова засиделась допоздна на работе. Пока Штокхаузен работал, то и не заметил, что уже наступила ночь. Тихо вздохнув тот посмотрел в окно своего кабинета и с удивлением в тихом голосе произнос: — Verdammt. Ich habe wieder bis in die Nacht gearbeitet . Он поднялся с кресла взял нужные папки с документами, которые он уже закончил, выйдя с кабинета тот направился к кабинету Сеченова.

***

Дойдя до кабинета академика, он постучался в дверь, услышав усталое «Входите», Шток открыл дверь и вошёл вовнутрь. — Здравствуйте, товарищ Сеченов, — зайдя вовнутрь проговорил тот и подошёл к столу. Сеченов не смотря на Штока проговорил: — Здравствуй, Михаэль, — немного помолчав и что-то записывая Дмитрий указал на стул — Присаживайся, — проговорив это академик и дальше что-то записывал. Перед тем как сесть на стул Шток поставил папки на стол и только после этого он сел.

***

Михаэль был прижат к стене, в то время как Дмитрий возился с пуговицами на рубашке первого. «Шток перестал что-либо понимать ещё в тот момент, когда академик подошёл к нему и облокотился руками на подлокотники, после чего приблизился к нему и поцеловал.» Рубашка была снята и холод кабинета обдал тело немца, который в свою очередь вздрогнул. Сеченов усмехнулся и наклонился к шеи и начал оставлять розоватые пятна. Шток осознавал к чему это идёт, но он был слишком уставшим, чтобы противится. Ему было не принято, что его сейчас используют для не самый приятный и правильных вещей. Галина хорошая и приятная женщина, они с Штоком что-то вроде друзей, а тут такое происходит... Михаэль не понимал, почему Дмитрий решил изменить своей жене, да ещё и с ним. «Возможно, только на людях, они притворяются счастливой парой, а на самом деле у них в отношения все плохо» Появилась мысль в голове Штока. Он знал и понимал, что после все этого, он не сможет смотреть в глаза Галине. Из раздумий его вывели холодные руки академика, которые заставляют вздрогнуть, они "расхаживали" по всему телу немца. Михаэлю все это не нравится, он пытается хоть как-то сказать или показать, что ему не нравится все это, но когда он пытался хоть как-то возразить, то его затикали поцелуем, а действия просто на просто игнорируют, поэтому Михаэль перестал пытаться. Штока повалили на диван, он хотел что-то возразить, но Сеченов навис над ним и поцеловал, не давая ему хоть что-то сказать, снова. Во время поцелуя Дмитрий начал снимать оставшуюся одежду с Михаэля, который в то время что-то недовольно мычал в поцелуе, но это было проигнорировано, в очередной раз, после поцелуя академик засунул два пальца в рот немцу. Сам академик понимал, что слюна не лучшая замена смазки, но это лучше чем на сухую. Все ещё держа пальцы во рту своего помощника, академик пристроился между ног Штока. Он вынул пальцы из рта Михаэля и медленно вошёл ими.

***

Войдя в него, Сеченов начал медленно двигался, стараясь не навредить Михаэлю. По кабинету были слышны тихие стоны и всхлипы от боли, каким бы не был нежным Дмитрий, Штоку всё равно больно. Академик немного начал ускорять темп толчков, немец в свою очередь жмурился от не приятных ощущений. Сеченов наклонился к лицу Штока и начал его целовать. — Потерпи немного, скоро будет приятно, — прошептав это Сеченов взял руку Штока и поцеловал её, — Ты очень узкий...

***

Спустя некоторое время Сеченов кончил на диван, а не в Штока, чтобы не навредить его психике и органам. Дмитрий встал и начал одеваться, пока Шток перевернулся на бок и начал смотреть в одну точку не отрываясь. Ему было стыдно и не приятно, его изнасиловал и использовали. В груди ныло, хотелось смыть это мерзко чувство самой грубой мочалкой, так чтобы содрать кожу. Сеченов сел за свой стол и начал снова работать. Шток поднялся и начал одеваться, после того как он оделся, тот тихо спросил: — Почему вы так поступили со своей женой? — в ответ тишина, Штоку это очень не нравилось, — В конце-концов, почему вы так поступили со мной? Дмитрий оторвался от бумаг и посмотрев на Михаэля тихо вздохнув, а после ответил: — Я не собираюсь отвечать на этот вопрос, — голос был как обычно спокойным. Михаэль вздохнул и посмотрел на Сеченова и произнес: — Я пусть и уважаю ваше мнение и ваши решения, но я все же спрошу, — немного помолчав, он продолжил, — Почему же вы не собираетесь отвечать на мой вопрос? Шток стоял и ждал ответа, академик же немного подумал и ответил: — Все очень и очень просто. Во-первых это вас не касается, во-вторых это моё решение. И это никак не обсуждается. — голос Дмитрия был строгим и немного раздраженным. Михаэль вздохнул и просто ушёл.

***

Михаэль почти дошёл домой, он понимал, что суицид — это не выход, но у него ведь нету другого выхода, верно? Зайдя в нужный подъезд и поднимаясь на третий этаж. Весь оставшийся путь домой он провел в самокопание и раздумьях. В его голове постоянно проскальзывала мысль «Тебя использовали как ебанную шлюху»

***

На следующий день, его нашли повешенным у себя в квартире. Рядом была записка с извинениями...