Дело было летом...

Жадно Рома "поедал" своего партнёра в поцелуе, углубляясь всё дальше и дальше в эти алые и столь сладкие губы Антона. Взгляд Пятифана был суров, он пристально наблюдал за Антоном, прямо в закрытые веки. Из уст тихо проскальзывали стоны и мычания от наслаждения процесса. Пальцы Ромы были ловкими: они чарующе играли с членом Антона, начиная тому надрачивать. Тоша наслаждался этим, чувствовал некую близость прямо сейчас к парню, а потому он стремится крепче прижиматься к Роме, обнимать его, держа ближе к себе. Рука брюнета не долго пробыла на члене Антона. Тот даже не успел кончить, оставил в таком положении. Поцелуй между ними прервался. Рома чуть отодвинулся от лежащего под ним Тоши. Блондин медленно поднял свои тяжёлые веки и вопросительно посмотрел на Пятифана. Белобрысый не мог понять: почему Рома вот так резко без предупреждений останавливается, а после озаряет тебя пристальным взглядом? Несколько раз моргнув, Петров быстро осмотрел всё то, что попадалось в его поле зрения, пока в конце концов зрачки снова не остановились на возбужденном лице брюнета, который всё ещё продолжал нависать над ним.       — Ром, ты чего? — Спросил его блондин, чуть отвернув голову в сторону, дабы напрямую не смотреть на парня. Рома ещё некоторое время молча нависал над блондином, пока снова не приблизился к губам, мимолетно чмокнув паренька.       — Тох, а что ты чувствуешь, когда я нахожусь так близко к тебе как сейчас? — Спросил Роман, все еще не отстраняясь от Антона. Петров ещё некоторое время промолчал, пока его вдруг снова не взяли за член, начиная тому надрачивать. Только после этого блондин приобнял Пятифана, начиная в очередной раз стонать под ухо брюнету. Рома выдавил жалостно улыбку, осознавая и делая для себя заметки в голове. Ответа так и не дождался.

×××

От быстрого и интенсивного движения рукой Антон все-таки кончил. Сейчас Рома сидел между ног Тоши. Он смотрел на прикрытое рукой лицо белобрысого. Ничего не говоря, Рома поднес свою головку члена к аналу Антона, начиная медленно входить. Подготавливать к заходу Пятифан не стал Антона, решил сразу войти, видимо, не хотел с этим долго тянуть. Вход вышел довольно болезненно для Антона. Он достаточно сильно выгнулся в спине, сжимая под собой простынь. Роман же крепко держался за таз блондина, не давал тому соскочить с члена, который входил с трудом внутрь. Время спустя тот все-таки сумел войти полностью. Сейчас брюнет сидел неподвижно, будто ожидая того, что бы Тоха привык к органу внутри себя, но об этом Рома даже не думал. Через секунд пять он начинает двигаться, крепко держа Петрова в своей хватке. Хлопки становилось с каждым разом громче, но стоны Антон сдерживал как мог. Это действие было слишком неожиданно для Петрова, ведь тот был уверен, что Рома даст Тоше передохнуть хотя бы минуту. Не находя себе места. Антон не знал куда деть руки, поэтому он сжал в своей хватке простыню, а из глаз потекла слеза, которую белобрысый скрыл сразу же, повернув голову свою вбок, вытираясь о простыню. Рома не обратил внимание на лишние движения и эмоции Тохи, вместо этого он продолжал беспощадно двигать своим тазом, сталкиваясь с задом Антона с новой силой. Роман наблюдал за тем, как живот Петрова напрягался, а внутри все сжималось, сжимая ещё при этом половой орган темноволосого. Как раз это и заставляло иной раз протяжно вздохнуть, ведь такие ощущения просто не передать словами. Дела Антона была же иначе. Стонать громко точно нельзя, ведь точно бы кто-то услышал, а поэтому ему приходилось сдерживаться, вместо стонов он скулил или протяжно вздыхал, но происходило это тихо, по крайней мере так старался сделать Петров. Ускоряясь сильнее и сильнее, Пятифан производит два последних хлопка, а после вытаскивает свой член, заканчивая уже это дело с помощью руки, надрачивая себе. Антон в это время расслаблено лег на матрас, глубоко вздыхая, вытирая свои мокрые глаза рукой. Рома и тут воздержался, он не стал кончать внутрь, вместо этого он просто вынул член. Он смотрел на Антона, который смотрел на Рому с красными глазами.       — Я все понял, Антон. — Снова Роман искривил улыбку, отстраняясь ещё дальше от белобрысого.  — Я тебе безразличен, но когда дело доходит до этого самого, то ты с удовольствием принимаешь все мои чувства, а в повседневной жизни отвергаешь. Я понял твои чувства, ты просто распутный, желающий лишь удовлетвориться за счёт других. А по тебе и не скажешь, что ты можешь быть жестоким. — Произносил Пятифан, пока в конечном итоге просто не встал с кровати.  — Раз так, то и я буду отвечать такой взаимностью. — Последнее что произнёс Рома, перед тем как покинуть комнату. Антон смотрел брюнету в след, вдумываясь в каждое опрокинутое слово того. Как-то опровергнуть такие слова Тоха не мог, но и соглашаться тоже не хотелось. Подняв туловище, он посмотрел на закрытую дверь комнаты, из которой недавно вышел Рома. Посидев ещё некоторое время на месте, Петров привёл себя в порядок, а после уже лег спать, не дожидаясь прихода Ромы.

×××

Утро. Антон неохотно открывает глаза и сразу же вспоминает ночной инцидент. Было стыдно об этом думать, поэтому он поспешил подумать о другом. Удивительно, цветы, что стояли в вазе ещё не завяли. Продолжали красиво стоять и радовать глаз. Антон некоторое время ещё поглядел на яркие лепестки цветов, а после уже встал с кровати. Ромы снова не было в комнате, но он явно ночевал тут, ведь матрас на полу был небрежно заправлен, но Ромы в комнате не было. Одевшись, Петров последовал в коридор, ведь вожатый уже всех разбудил, А потому должен быть какой-то шум. Пройдя дальше и осмотревшись, Антон никого не заметил, А когда прошёл в холл, то увидел группу девочек, что состояла из пяти человек. Они о чем-то шушукались, А как только увидели блондина, то остановились и оглянулись между собой, А одна даже хихикнула. Тоша не придал этому значения, А прошёл дальше, в другой конец коридора. Тут собирались люди каждое утро на завтрак, Петров не был исключением. В толпе он заметил Рому, который о чем-то разговаривал с Бяшей. Как только он увидел Петрова, то доброжелательной улыбки как в другие дни он не увидел, вместо этого брюнет постарался скорее отвернуться, будто не замечая блондина. Снова пошли какие-то переговоры между другими, Петров попытался расслушать их трепет, но ему не удавалось. Как только он прислушивался, сразу же разговор прекращался, будто говорили они про блондина, и они не хотели что бы тот их услышал. Что-то явно неладное происходит, и это что-то точно плохое для Антона.       — Ой, Ромка, А чего это ты с Антошкой в пару на становишься, или что-то с этого утра поменялось? — Вдруг послышался чей-то женский голос. Взгляд Антона сразу устремился на брюнета, который все еще стоял к нему спиной, будто не слышал что к нему кто-то обращался.

"Боже, что вообще происходит?"