Дело было летом...

Проснулся я от того, что солнечный луч защекотал мне щеку. Я приоткрыл глаза и увидел перед собой Антона. Он спал, чуть приоткрыв рот. Странно, но меня это завораживало. Я не мог отвести взгляд от его лица. В последнее время вообще не мог перестать о нем думать, странные чувства. Раньше я мог на него обратить свое внимание, а сейчас глаз не могу отвезти. Что со мной не так?       — Ром, ты чего встал? — Антон говорил сонным голосом, еще не открывая глаз.       — Ты не услышал? Уже вожатый будит, — ответил я, стараясь не выдать свое волнение. Я встал с кровати и направился умываться, оставляя Антона наедине. В холле нас уже ждал вожатый. Он, с сияющим от предвкушения лицом, объявил, что сегодня вечером у нас будет костер и что сегодня мы будем ужинать жаренными сосисками. Я пропустил большую часть информации мимо ушей, изредка поглядывая на Антона, что сонно стоял рядом. Сегодня вечер должен быть насыщен. Весь день я не мог отвести от него взгляд. Антон Петров, с его светлыми волосами, всегда спокойный и дружелюбный, словно излучал тепло, не то что я. Многие меня избегают, даже Антон когда-то избегал, да и я не предавал этому значения, а сейчас не мог удержаться от желания прикоснуться к нему. Не знаю как, но я все время оказывался рядом с ним: то случайно задевал его плечом, то пытался узнать как у него дела, то просто сидел рядом, только после я понимал, что все время неосознанно стараюсь это сделать У меня никогда не было друзей, по-настоящему близких, с которыми я мог бы делиться своими чувствами, конечно кроме Бяши, но я не мог ему рассказать о том, что я педик, хотя уже все равно, теперь же он знает. А у Антона есть такие друзья, которым он доверяет свои чувства? А может у него и вовсе нет ко мне чувств, он будто боится меня, боится, что я разозлюсь, если он откажет мне, хотя это не так. Я все время пытался как-то прикоснуться к Антону, не замечая этого. Я хотел быть ближе к нему, почувствовать его тепло. И это удавалось, хотя и не всегда. Но главное, что он не отталкивал меня. Бывало, что Антон замечал мои прикосновения, что заставляло меня убрать руку или отойти подальше.

***

Вечером мы всем отрядом направились к костру. Я снова был с Бяшей и шел с ним, но изредка я оборачивался, чтобы посмотреть, где там Антон. Вот мы уже у костра. Я сел рядом с Антоном, который был один. Как и обычно, я начал рассказывать о своих знаниях, стараясь быть интересным и нам было не скучно, Антон мне изредка отвечал, но чаще всего он кивал мне в ответ. Я хотел бы сказать ему все, что чувствую, но слова застревали в горле.       — Ром, а ты знаешь, что в некоторых странах считают, что если ты увидишь падающую звезду и загадаешь желание, оно обязательно сбудется? — спросил Антон, глядя на огонь.       — Да, я знаю, — ответил я, пытаясь не выдать свое волнение.       — А ты когда-нибудь видел падающую звезду? — спросил он, повернувшись ко мне.       — Нет, не видел,       —Я видел, — сказал Антон, мягко улыбнувшись.       — И что ты загадал?       — Я не скажу, — ответил он с улыбкой на лице. — А ты хочешь увидеть падающую звезду? — спросил он.       — Да, — тихо произнес я, посмотрев обратно в костер. В этот момент я почувствовал, что все стало возможным. Я чувствовал, что могу сказать Антону все, что чувствую. Но что-то меня держало. Я не был готов к этому. Может, как нибудь потом скажу об этом. Костер горел, и мы сидели, молча наблюдая за танцующими пламенем. Все рассказывали свои истории, а я видел только его. Видел, как его глаза блестят в свете огня, как он улыбается, как его волосы, спутавшиеся от ветра, падают на лоб. Мне хотелось убрать их оттуда, провести пальцами по его лицу, но я держал себя в руках. Я представлял, как моя рука останавливается на его щеке, как он смотрит на меня с удивлением, а потом с теплотой. Я видел в своих фантазиях, как его губы раскрываются в улыбке, а в его глазах зажигается свет понимания. Но все это было лишь в моей голове. Антон облокотился на мое плечо, и я вздрогнул, сердце забилось быстрее. Я хотел отстраниться, сказать, что мне неудобно, но его тепло проникло в меня, и я не смог. Я приобнял его за талию, стараясь не выдать своего волнения. Я чувствовал, как его мышцы напрягаются под моими пальцами, и мои руки невольно сжали его талию еще крепче. А все это делал я с непоколебимым лицом, будто это было обыденно для меня, но конечно это не так, я всегда волновался, когда делал что-то подобное Он пах всегда пах, как выпечка, сладкий аромат ласкал мой нос, что меня безумно привлекало. Я хотел зарыться носом в его волосы, но боялся. Боялся отпугнуть его, боялся услышать отказ. Я боялся, что мои чувства окажутся неразделенными, и тогда вся эта идиллия разрушится, оставив после себя только пустоту и горькую печаль. Вечер заканчивался. Все разошлись по комнатам. Мы шли вместе, молча, но в этом молчании была вся наша правда. Я боялся говорить, боялся сломать эту хрупкую идеальность. Я представлял, как я говорю ему о своих чувствах, как он смотрит на меня с удивлением и недоверием, как он отстраняется от меня, оставляя меня одного с моими неразделенными чувствами. Войдя в комнату, я встретился взглядом с Антоном, что выглядели очень красиво в полумраке комнаты. Я медленно приблизился к нему, моя рука легла на его талию, приближая того ближе к себе. В эти моменты я завидовал самому себе. Мои действия или слова порой были очень рисковыми, но я все равно их делал. Ведь он был рядом, и это было все, что имело значение. Антон не отстранился. Он смотрел на меня, и в его глазах я увидел нечто непонятное, загадочное. Я наклонился ближе, чувствуя, как дыхание становится частым и прерывистым. Его губы были так близко, что я чувствовал их тепло. Я закрыл глаза и нежно коснулся его губ своими. Его губы были мягкие и теплые. Я почувствовал отклик, нежный ответ, и понял, что не ошибся. Поцелуй был легким, нежным, словно первый снег, падающий на землю. Я утопал в нем, наслаждаясь его вкусом, его теплом, его близостью. Антон мне отвечал с такой же нежностью, я почувствовал его руки на своих щеках, что грели мою кожу. Мы медленно отстранились друг от друга, разрывая эту мимолетную связь. Тихим вздохом я осмотрел Антона, после чего отвел взгляд.       — Иди первым в душ, потом я. — Ответил я спокойно, проходя дальше в комнату. Антон же послушался и ушел в ванную, оставляя меня наедине со своими мыслями.