Рядом.

      Спешка. Страх. Сердце колотится как сумасшедшее. Успеть, нужно успеть и спасти. Чувство, будто он обязан это сделать.       Яркая вспышка заставляет остановиться на лестнице. В глазах ужас и боль. В душе опустошение и отрицание. Этого не может быть. Это сон. Нет, нет, нет, он не мог не успеть.       Но всё же не успел.       Электро Глаз Бога летит прямо в руки. Он хватает его и бежит максимально быстро в неизвестном направлении. Руку жжёт до невозможно, но юноша продолжает бежать куда глаза глядят. По ощущением он словно летит. Слёзы сами по себе катятся по щекам.       Больно. Не успел. Вина и нарастающая злость. Даже адская боль в руке не может заглушить ураган внутри. ***       Резкий подъём. Холодный пот по всему телу. Его трясёт, в ушах звенит, слёзы тихо льются ручьём. Это был лишь сон. Снова тот же кошмар.       Он оглядывается. Маленький белый кот глядит на него блестящими глазами. Кадзуха берёт его на руки и аккуратно прижимает к себе. Кажется, оба они страдают в равной степени.       Всхлипы нарушают тишину ночи. На столе одиноко лежит потухший Глаз Бога. Палочки благовоний уже давно потухли, но слабый запах всё ещё остался.       Годовщина смерти Томо. ***       Дверь тихо скрипит, и на входе показывается любимая тёмная макушка с обеспокоенным взглядом. В его руках кружка с водой.       – Кадзу? – взволнованный голос. – Можно я зайду?       Кивок. Тихими шагами он проходит в комнату, ставит кружку на стол и садится на корточки перед кроватью возлюбленного. Он может позволить себе быть таким лишь с ним. Лишь с ним он чувствует себя человеком.       – Всё тот же кошмар? – вопрос, не требующий ответа.       Кадзуха отпускает кота и бросает заплаканный взгляд на Скарамуччу. Юноша присаживается рядом и нежно обнимает, словно боясь сломать. Медленно гладит его по растрёпанным волосам, пока он, вжимаясь в плечо, не выпускает все эмоции слезами. Пушистик устраивается возле них и мурчит. ***       – Спасибо, что ты рядом, Дзуши. Прости, – шепчет Кадзуха, тихо всхлипывая, но по-немногу успокаиваясь.       – Не извиняйся. Я с тобой, – аккуратно берёт любимое личико в руки и целует в нос.       Они засыпают в обнимку. Изящная рука Сказителя сжимает перебинтованные пальцы, но не сильно, невероятно нежно и осторожно. Кот свернулся где-то в изголовье кровати. Тихая, мирная ночь.       Сейчас они оба настоящие.