Сумашедшие тоже любят

Утомившись от долгово пути, я не чувствовала ног. 27 киломертов до дома бабушки и дедушки с братом на руках. Бабушка: Привет, детки! Ну как вы, мои бусинки? Пеппа: Я… я должна отдать Дж-джоржда к вам на попечение! Мне очень жаль! Бабушка: Ой, как так произошло?! Хотя нет, ничего не говори! Мы с дедушкой обязательно позаботимся о Джордже! А как будешь ты?! Пеппа: Да л-ладно. Гл-лавное, что Джордж будет в тепле и уюте. А я буду жить с родителями. П-подработку я най-д-ду, не переж-живайте за меня! Я со скрипом заперла дверь. Они умоляли меня остаться, но я не слушала их. Мне главное позаботиться о брате. Мое, исцарапанное ветвями деревьев лицо жутко горело. Слезы текли из глаз ручьем, а ноги переставали слушаться. Всё тело болит. В животе пусто. Мне бы сейчас хотя бы корку хлеба у бомжа отобрать, чтобы насытиться. На вопрос, почему же я не зашла перекусить я отвечу- мне просто не позволяла совесть. Я чувствовала, что не заслуживаю лучших условий для себя. Я возненавидела своё существование. Чей-то дом. Рядом валялась разбитая банка с ещё пригодными для поедания кусочками овощей. Звериный голод царствовал во мне. Я жадно ломала банку руками, пытаясь добраться до содержимого. Я была настолько голодная, что запихивала в рот еду вместе со стеклом и землёй. Я не думала ни о чём. Я просто жевала. Стекло резало дёсна, язык и щёки. Склонившись над остатками банки, я всё ела и ела. Изо рта валились кусочки стекла и дёсен. Между зубами сочилась кровь. Вместе с болью я смогла почувствовать кровяной вкус. Во рту было невыносимо больно. Стекло изрезало мой язык и слизистую щек. Со стороны это всё выглядело ужасно. Достаточно наевшись, я продолжила путь. 10 километров. 9. Я бежала домой со всех ног. 5. Вот на холмике виднеется постройка. Мой дом. Родной дом. Дом, из которого наверняка несёт трупами. Дом, в котором из еды наверняка будут только закуски к пиву. Дом, в котором меня не любили. Дом, в котором я встал на преступный путь. Мой дом. Я быстро открыла дверь еле работающего холодильника. В нём были буханка хлеба и майонез. Это был самый вкусный хлеб с майонезом в моей жизни. Я рыдала, не в силах сдержать слезы. Я рыдала около часа. Я сидела у зеркала и думала, какое же я чудовище. Дальше я быстро побежала на кухню. Там был большой острый нож. Я заперлась в своей комнате. Вот она, так кровать на которой мы раньше с Джорджем лежали переживая за любимых героев сказок. Сказок которые нам читал папа, когда еще не начал пить. Сейчас я уже не маленькая девочка... Я долго думала, но эмоции взяли свое. Я резала ноги, обложившись бинтами. Боль пронзала тело все сильнее и сильнее. Я захлебывалась слезами и кровью. Дышать стало невозможно. Я орала на весь дом. Кровь заполонила всю кровать. Голова сильно кружилась. В панике я отбросила нож в угол комнаты. Я чувствовала, что умру. Было очень страшно. Я не хотела уходить из жизни. Я в панике схватилсь за бинты. Еще чуть чуть, и это были бы последние часы моей жизни. Я жадно глотала воздух ртом... Вот я смотрюсь в зеркало. Мне очень больно. Что то заставляет меня смеяться. Это не я... Это монстр. Я не признавала себя собой. Я не чувствую свое лицо...