Ради Белобога

Зеле зашла в тёмную комнату. Единственным источником освещения в просторном кабинете Верховной Хранительницы была небольшая настольная лампа. Под её мягким светом мирно спала Броня. –Опять заснула на работе,-- недовольно произнесла Зеле.-- Ничему жизнь не учит! У девушек был уговор: каждый час они оповещают друг друга, что всё в порядке; если же кто-то из них идёт спать, то обязательно сообщает другой. В случае, если одна не отвечает через час-полтора, то вторая идёт на поиски. Когда же Броня не ответила на дежурный стикер, отправленный для проверки, Зеле сразу же отправилась проверять подругу. Через двадцать минут воспитанница Дикого огня уже спасала Хранительницу от работы и недосыпа. Зеле, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Броню, слегка отодвинула стул и взяла девушку на руки, подметив, что она очень лёгкая. Даже удивительно. Зеле казалось, что такие высокопоставленные люди не отказывают себе в еде. Видимо, диеты тоже были частью воспитания наследницы. Спальня Брони находилась недалеко от кабинета, так что уже через пять минут девушка лежала у себя в кровати. Ради удобства подруги, Зеле сняла с неё парадное платье (оно казалось жутко неудобным, а медаль, которую Броня не снимала, могла и ненароком поранить) и укрыла одеялом. Больше Зеле здесь нечего делать. Она вышла из комнаты, однако, закрыв дверь, девушка почувствовала странную тревогу. Её словно молнией прошибло, новое и довольно неприятное чувство. Броня– наследница Коколии, у которой, учитывая её политику, скорее всего, были недоброжелатели. И вместе с титулом, обязанностями Броня могла унаследовать от матери врагов. “А что если её убьют?”--пронеслось в голове, и Зеле, неожиданно даже для себя, быстро открыла дверь, чтобы удостовериться, что всё в порядке. К счастью для Зеле и Белобога, опасения не подтвердились: Броня спокойно спала, никого постороннего в комнате не было. Зеле облегчённо выдохнула. “Ради безопасности Белобога я постерегу здесь,”-- подумала девушка. Заприметив кресло, Зеле тихо, словно тень, сделала несколько шагов и села в него. Удобно, чисто, сразу видно– вещица из Надземья. В Подземье такой роскоши даже в поликлинике Наташи не видать. Комната Брони была очень похожа на свою хозяйку: всё здесь напоминает её. Здесь немного мебели, но и та искусно выполнена; деталей мало, но каждый орнамент проработан до мелочей. Над кроватью висит портрет Алисы Рэнд. Одна из стен же была отведена под большой книжный стеллаж. Здесь стоял уголовный кодекс Белобога, ещё парочка собраний законопроектов предыдущих Хранителей, “Полное собрание истории Белобога” в семи томах и многое другое. –И она всё это прочла?-- восхищённо прошептала Зеле. С краю, на нижней полке лежала ещё одна книжица, отличавшаяся от других в библиотеке Брони: её обложка была выполнена в розовых оттенках, что сильно выделяло её на фоне других, серых, экземпляров. Книга была задвинута ближе к стенке, видимо, чтобы спрятать от чужих, но от зоркого глаза Зеле сложно что-то утаить. Молча девушка подошла к стеллажу, взяла заинтересовавшую её книгу и села обратно в кресло, оперлась локтем на свою косу. –Она и такое читает? Книга, которую взяла Зеле, была романтической. Аннотация гласила: “Удивительная история о запретной любви, покорившая миллионы сердец во всех уголках Вселенной.” “Ну что ж, удивительная история о любви, давай взглянем на тебя.” Зеле читала редко: ей обычно не до этого, да и в целом лучше поспать лишний часик, чем читать какую-нибудь глупую историю. Иногда девушка слушала, что волонтёры читают пациентам. Это напоминало сказки, которые в приюте рассказывала Наташа. Чтение девушке давалось сложно: буквы плясали перед её уставшими глазами, а внимание быстро переключалось на посторонние звуки на улице. Но она упорно пыталась. Ради Брони можно и постараться прочитать одну небольшую книгу. История, которая попала в руки Зеле, была о двух девушках: Татьяне и Кире. Одна воспитывалась в строгой семье, в её мире не было месту эмоциям, другая была пацанкой, вечно попадавшей в неприятности. Однажды во время прогулки в Татьяну врезалась Кира, убегавшая с похищенной едой от охранника магазина. Еда рассыпалась, а сама Кира громко выругалась на ту, что попалась на её пути. Такая потеря драгоценного времени была роковой: охранник догнал воришку. Казалось бы, сейчас её отправят в полицию, однако для Киры всё обошлось хорошо: Таня по доброте душевной оплатила украденное. Так девушки начали общаться. «Они влюбились, и не могли жить без друг друга». Эта фраза рассмешила Зеле. «Ну и бред!— подумала она, бросив взгляд на Броню.—И ей действительно это нравится?» Но делать было нечего, девушка продолжила читать. Вскоре героини начали тайно встречаться. Родители Тани не одобряли отношения между девушками, а с такими людьми, как Кира (как их назвали родители «сбродом»), даже запрещали общаться. —Вот твари. Однако в один день Тане пришлось обвенчаться с одним мужчиной, которого она не любила. Это сильно ударило по девушке, она чувствовала, будто предала свою возлюбленную, а потому, не желая совладать с этой мыслью, выпила яд. Узнав об этом, Кира тоже покончила с собой, вскрыв вены в доме мужа Тани. «Они обе погубили себя, хотя могли просто сбежать вместе,—рассуждала про себя Зеле.— Хотя… возможно, Таня чувствовала себя обязанной перед семьёй… Ответственной за её благополучие» Девушка снова посмотрела на Броню. «А её выдадут однажды замуж?» Это казалось бредом, всё же Коколия, предыдущая Верховная Хранительница, никогда не была замужем, а свою наследницу удочерила. Значит, и Броня, наверное, поступит так же. И всё-таки эта мысль беспокоила Зеле. Желая отвлечься, она открыла «Список праздников и памятных дат Белобога». Первая суббота июня, как назло, была названа «Днём влюблённых». Зеле что-то слышала об этом празднике, но в подземье его не отмечали, поэтому она ничего не знала о традициях. Благо, о них было написано в этой же книге. Ничего сложного, просто надо провести день с любимым человеком. «А почему это нельзя сделать в любой другой день?»— возник вполне логичный вопрос. Однако на него ответа в книге не было. За горизонтом показались первые лучи летнего солнца. А вместе с ними проснулась и Броня. Видимо, со службы у неё осталась привычка вставать рано. —Доброе утро!— бодро произнесла Зеле. Ночные дежурства для неё— обычное дело, она не чувствовала себя измождённой после бессонной ночи, проведённой в Форте Клипота. —Доброе… Что ты тут делаешь??— Броня уже встала с кровати, но явно не проснулась полностью.—А я что здесь делаю? Разве не… —Да, ты опять переработала и уснула за столом. —Мне срочно нужно вернуться к работе!— воскликнула Броня. —Так,— Зеле поднялась с кресла, захлопнув книгу— сегодня суббота. У всего Белобога выходной и у тебя тоже. —Но… —Никаких «но»,— осекла подругу девушка.— Когда ты в последний раз была на свежем воздухе, а? Броня молчала, стыдливо потупив взгляд. —Вот и я про то же. Так что оделась и пошла отдыхать. Платье твоё я повесила в шкаф. Хранительница только что заметила, что стояла перед Зеле в одной майке и шортах, а потому вскрикнула от смущения, словно маленький ребёнок. Через пятнадцать минут девушки уже стояли посреди улицы. В субботу Белобог был больше оживлён, чем обычно. Он был наполнен звуками: звоном часов, скрежетом колёс трамвая о рельсы, голосами людей, музыкой, доносившейся из разных частей Административного района. Город цвёл. —Ты голодна?— спросила Броня, глядя в сторону пекарни, откуда доносился запах свежеиспечённых булочек. От такого аромата даже у сдержанной Хранительницы текли слюнки. —Как волк!—ответила Зеле и, схватив Броню за руку, быстро направилась к пекарне. Там девушки взяли по булочке с корицей и чашке чая. —Зачем ты пришла вчера?—отхлебнув немного чая, произнесла Броня. Зеле откусила булочку и с набитым ртом ответила: —Ты не отвечала, я обязана была тебя проверить. —А осталась зачем?— девушка была настойчивой. Мисс бабочка, в это время пившая свой чай, поперхнулась. Ей стало стыдно за свои мысли, поэтому она сказала. —Чтобы ты, дурёха, не пошла обратно работать! В ответ Броня лишь кивнула головой. —Я очень благодарна за.. —Простого «спасибо» тоже хватит,— перебила её Зеле. —Спасибо,— Броня взяла руку подруги и поцеловала тыльную сторону ладони. Зеле покраснела. Этот непонятный жест, да и Броня в целом, вызывали очень странные новые чувства. –Это традиция Среброгривых стражей,-- пояснила Хранительница. –Странные у вас традиции, однако,-- саркастично ответила Зеле.--Но поверю на слово. Хранительница оплатила их завтрак, и девушки вышли из кофейни. —Может, в театр?—предложила Броня. —Ну уж нет!— покачала головой Зеле.— Если ты не хочешь, чтобы я, как в прошлый раз, заснула на пьесе, лучше туда не идти. Не хочу позорить “Принцессу”,—в голосе девушки звучала обида. В прошлый раз такая воспитанная леди, как Броня, посчитала поведение дочери Подземья, никогда не бывавшей на подобных мероприятиях, вульгарным. Но что поделать, если пьеса действительно была скучной? —Ладно, —выдохнула Броня. Она оглядела площадь перед Фортом и остановила свой взор на цветочной лавке,-- Знаешь, скоро ровно год со смерти мамы. Не думаю, что со своим графиком я смогу выделить время на поминки. Давай посетим её..-- девушка осеклась,-- могилу. Зеле молча кивнула головой. –Только надо побыстрее отправляться– туда идти по меньшей мере час. —Хорошо, тогда купим цветы и пойдём. Смесь различных запахов ударила в нос, когда девушки вошли в лавку. Зеле поморщилась. —Тут всегда так пахнет? —Конечно,—улыбнулась Броня.— Тут сотни видов цветов… Розы, гвоздики, тюльпаны. Что же выбрать? —Вам что-то подсказать, мисс Броня?— за спиной возникла продавщица. Эта женщина сразу не понравилась Зеле— девушк скрестила руки на груди и нахмурилась. —Да, мне нужно возложить цветы к могиле…—Броня осеклась. —Вашей матери,— закончила предложение консультант, вызвав ещё большее недовольство Зеле.— Знаете, я недавно вырастила лаванду нескольких цветов, думаю, она прекрасно подойдёт. С языка цветов она означает восхищение, одиночество, а белая лаванда —защиту. —Хорошо. Тогда букет из лаванды этих оттенков. Зеле,— Хранительница повернулась к подруге. –Давай эти тоже купим?-- Зеле показала пальцем на букет с белыми, как снег лилиями.--Они тебя напоминают. Тут и в их разговор вмешалась продавщица. –Этот букет из семи лилий– прекрасный выбор, мисс из Подземья,-- воскликнула она, вскинув руки.-- Они означают чистоту, благородство. Прям как госпожа Броня! Хранительница пыталась остановить поток слов, словно песня лившийся из уст продавщицы, фразой “Просто Броня”, но это было невозможно: женщина была слишком поглощена своим рассказом об истории этих цветов. —... А такой букетик из семи лилий можно подарить в знак любви или даже предложения руки и сердца,-- закончила своё повествование продавщица, и в наполненном запахами воздухе зависла неловкая тишина. Зеле, покрасневшая до ушей, видимо, обдумывала план кровожадной мести. Её небогатое воображение не могло отвлечься от придумывания всё новых способов пыток. Даже злейшие враги Дикого Огня не видали того, что придумала для этой женщины девушка. –А может, эти фиалки?-- как ни в чём не бывало спросила Броня. Искусно выходить из таких неловких ситуаций– её самое полезное умение. –А фиалки означают тайную любовь. Вы знали? –Теперь знаю. Но даже без скрытого смысла они будут прекрасно смотреться на моём столе. Хранительница достала из вазы букет с фиалками. –Этот с лилиями тоже возьмём. –Хорошо,-- пара шагов, и проворная продавщица оказалась за прилавком,-- получается три букета: один с лавандой, второй с лилиями, а третий с фиалками. Итого 150 щитов. Броня молча расплатилась за покупку, и девушки вышли из магазина. Зеле наконец вдохнула полной грудью. От спёртого цветочного запаха тошнило, а желание пронзить косой продавщицу становилось всё навязчивее. –Знаешь, а брать лилии было совсем необязательно,-- проворчала она.-- Они дорогие ведь. –Тебе же они понравились. Для меня это небольшая трата. Да и на столе в кабинете они прекрасно будут смотреться! Холм Вечнозимья, кажется, совсем не поменялся. Всё здесь было так же, как и в прошлый раз. Это место застыло, время здесь замёрзло. Тишина. Звенящая, мертвецкая тишина. Зеле, многое видевшая за свою недолгую жизнь и считавшая, что её сложно напугать, замерла при виде места смерти Коколии. Заснеженная вершина напоминала о событиях прошлого года. Ледяные скульптуры , некогда являвшиеся живыми существами, застыли во времени, уставившись на место, где прежде был Стелларон. Немые свидетели произошедшего молча встретили девушек. Броня, мучимая неприятными воспоминаниями, прижалась к руке Зеле. Та же, в свою очередь, пыталась держаться достойно, не показывать своего беспокойства, что было довольно сложно: место уничтожало морально. Зеле понимала: Броне сейчас хуже. Её тело дрожало, то ли от холода, то ли от тревоги. Свободной рукой девушка прижимала к груди букет, желая спасти его от холода, который забирался под самую кожу и медленно, но верно убивал жизнь в организме. От этого места несло смертью. Зеле чувствовала это, постоянно озиралась по сторонам и недоверчиво прислушивалась к любому звуку, держа свою косу наготове. Только вот кроме них с Хранительницей и одинокого ветра тут никого не было. —Пришли,— прошептала Броня. Она отпустила руку подруги и, шатаясь, направилась ближе к заснеженной могиле. Девушка шла медленно, неуверенно, будто вот-вот упадёт. Зеле не могла на это смотреть. Она в два прыжка оказалась около Брони и, уронив своё оружие, обеими руками обхватила ослабевшее запястье. —Давай сделаем это вместе,— тихо произнесла Зеле.— Так будет проще. Броня ничего не ответила, слова не были нужны: взгляд девушки говорил за неё. Зеле не была специалистом в чужих эмоциях, тем более взглядах, но в серых глазах она видела благодарность и какую-то необычную нежность. Так, держась вместе, девушки положили букет на большую глыбу льда, напоминавшую могильный камень. Они некоторое время стояли молча, прижавшись друг к другу, пока Броня не нарушила тишину. —Знаешь, я очень боюсь, что стану похожей на неё, что слепо загублю Белобог,— голос девушки звучал напряжённо. —Не станешь,— ответила Зеле.—Ты на правильном пути. —Но что если я ошибусь? Я ведь тоже могу быть так глупо уверена в своей правоте, что… Броня осеклась. Зеле хотела что-то ответить, но не могла: она не умела поддерживать, а грубо отвлечь Хранительницу от её мыслей не позволяла совесть. Броня сейчас казалась такой хрупкой, словно одного неверного слова она рассыплется, и её прах унесёт ветром. —Пообещай, что если я буду действовать вопреки нашим планам,— начала Броня,— если я стану такой же, как мама, ты меня убьёшь. —Что?! Я не буду этого обещать! —Почему? —Я просто не смогу тебя убить! —Почему же?— временами Броня могла быть очень упёртой.— Думала, для тебя убийство не проблема. —Да, но… Не тебя же! Броня вздохнула. —Для меня было бы честью умереть от твоих рук. Это ведь за… —Не говори ерунды!— перебила Зеле.—Я не стану тебя убивать. Ты не можешь просто так умереть. Ты нужна Белобогу… и мне. У меня рука не поднимется.. тебя… Девушка запиналась. Обычно прямолинейная и честная Зеле не могла сейчас высказать всё, что думала. Хранительница стала её первым другом, самым дорогим человеком. Этой же ночью главный страх врагов Дикого Огня, самый хладнокровный боец Подземья, словно маленький ребёнок, сторожил своё сокровище. Мысль, что Броня хочет, чтобы Зеле её убила, если Хранительница пренебрежёт благополучием города и его жителей ради собственных эгоистичных целей, казалась безумной. Броня, вызвавшая в своей подруге бурю эмоций, как ни в чём не бывало положила голову на плечо Зеле. —Знаешь, а я знала, что означают фиалки,--Хранительница резко поменяла тему разговора,-- Они и правда напоминают о тебе,— голос девушки звучал отстранённо, словно она разговаривала сама с собой. Но даже сказанные в полузабытье слова смутили Зеле, словно она была сентиментальным подростком. Она не могла описать весь спектр эмоций, что вызывала у неё Хранительница. —Правда?— переспросила Зеле. —Чистейшая. Мне кажется, что я большую часть своей жизни была просто куклой, а сейчас… я чувствую себя человеком, понимаешь? Я испытываю то, что не испытывала прежде. И в основном, все новые чувства связаны с тобой. Это всё так странно… Спасибо тебе! —Спасибо за что? —За то, что перевернула мой мир. Эти слова показались Зеле очень знакомыми. В голове всплыла сцена из недавно прочитанной книги. —Не надо говорить фразами из предсмертной записки Тани. Броня отстранилась. Не веря в услышанное, она ошарашено смотрела на подругу. —Тани? Ты тоже чи… —Да, я читала,— перебила на полуслове Зеле.— Интересно, но концовка натянутая. На лице Брони появилась слабая улыбка. —Ты думаешь, что им было бы лучше сбежать вместе? Зеле, всё это время смотревшая куда-то в сторону, повернулась к Броне. —Да… А как ты узнала? —Когда я читала эту книгу, я думала, что ты бы так сказала. Как видишь, я угадала,-- Броня улыбалась, всё сильнее прижимаясь к подруге. –Раз мы тут откровенничаем,-- начала Зеле. Говорить о чувствах для неё было в новинку,-- то ты тоже… скажем так, поломала мою картину мира. До тебя всё было чёрно-белым. Они плохие– мы хорошие. Мы плохие– они хорошие. Но не ты. Ты была ни хорошей, ни плохой. Другой! Я в замешательстве. Зеле сделала паузу, чтобы отдышаться. Делиться тем, о чём думаешь, было сложно. –Символично, не так ли? Мы с тобой отстраиваем новый Белобог, хотя нам бы с себя начать,-- прокомментировала Броня. –С собой разобраться сложнее,-- усмехнулась Зеле. –Да,-- Хранительница взяла свободную руку подруги и поцеловала ладонь,-- но вместе мы справимся. Зеле нагнулась и поцеловала Броню в лоб и, удивлённая собственной смелостью и нежностью, не свойственной ей, покраснела. Но Хранительница не отстранилась– ей понравился этот неловкий жест. –У нас куча времени впереди, чтобы создать новых себя,-- прошептала Зеле. –Под стать новому Белобогу,-- так же шёпотом ответила Броня.