Не каждый, кто кажется счастливым, счастлив по-настоящему

Можно ли почувствовать счастье в нашем мире?

***

Вспых пламени и запах сигарет. Идеальное начало дня. Прохладный ветер сдувает рыжие пряди с лица, открывая голубым омутам обзор на город. Держа сигарету меж пальцев, юноша сбрасывает с неё пепел. Тот медленно кружится на ветру, приземляясь на подоконник балкона этажом ниже. Там жила противная старуха, которая с первого взгляда невзлюбила ни Чую, ни его сожителя. Стойло парням выйти на балкон после одиннадцати вечера, как сразу же из окна ниже выглядывало морщинистое лицо бабки. Она бронила их за малейший звук. И голос был такой противный.. Мерзость. Если кто-то случайно подумал о том, что это как-то спугивало молодых людей, то нет. Скорее им даже было весело наблюдать за её раздражением. Как-то раз они даже занимались любовью на балконе, вовсе не сдерживая себя в звуках. Реакция женщины не заставила себя ждать. Буквально спустя минуту, старуха колотила по батарее, покрывая тех всеми проклятиями мира. А Чуя лишь глубже вбирал член в рот, облизывая выступающие венки, вырывая из шатена стоны всё громче и громче.

***

— И этот человек вчера отобрал у меня сигареты, говоря, как вредно курить. Хитрая ухмылка, которую Чуя видит, даже стоя спиной к Осаму. Он тушит сигарету об оконную раму, поворачиваясь к юноше полубоком. Как и ожидалось, тонкие покусанные губы расплывались в ухмылке. — А ты чего так рано встал, дорогуша? Видел время? Тебе на пары только через три часа. — Не переводи тему. Только не говори, что ты встал в такую рань только для того, чтобы втихаря покурить на балконе.. Без меня. — Нет. Что ты. Даже в мыслях не было. Врëт.

***

— И вот куда они едут в четыре утра? — спрашивает Чуя, словно у самого себя, смотря на машины, что ехали куда-то в такую рань, — а вот эти идут вообще.. — продолжает, тыкая пальцем в прохожих, что шли вдоль их дома внизу. — Показывать пальцем — некрасиво, Чиби. Осаму смеется над ним. Не в плохом смысле, ни в коем случае. Его скорее забавляет неожиданное желание пофилософствовать с ним..

***

— Слушай, Дазай.. Осаму лежит с прикрытыми глазами, просто наслаждаясь тишиной и мгновениями, которые может провести с рыжеволосым. Внимательный карий взгляд встречается с голубым, задавая немой вопрос. Бровь вопросительно и, словно слегка недовольно, изгибается. — Что-то случилось, Чиби? — Нет-нет.. Просто вопрос сам собой всплыл в голове, — Накахара запускает тонкие бледные пальцы в тёмные волосы, перебирая их. Они так мило, и одновременно смешно завивались. С тех пор, как начался вирус, Осаму не ходил в парикмахерскую, ибо они просто не работали, от чего волосы отрасли аж до плеч, закручиваясь в симпотичные, по мнению Накахары, кудряшки, — ты был когда-нибудь счастлив, Осаму? Дазай ненадолго задумывается, ибо он не ожидал такого вопроса. — Знаешь, Чуя, для каждого счастье своё. Кто-то будет счастлив, имея семью и дом. А кому-то не нужно родительское плечо, ибо они выбрали самостоятельность. Но такие люди чаще всего чувствуют себя счастливым, имея определённые достижения в карьере. — Нет-нет.. Что для тебя является счастьем? — тихо спрашивает Чуя, перебивая того. Пальцы путаются в кудрях, разделяя их на три пряди. Простейшие манипуляции, и вот, тёмные небольшие косички лежат на плечах шатена. — Счастье? Тяжёлый термин. Думаю, есть на свете люди, которые априори не могут позволить себе счастье. Они добиваются целей ради счастья, идут по головам. И, даже добившись успеха, им мало. Они никому не станут счастливыми, Чуя. Они словно заперты в замкнутом кругу, так что их счастьем станет лишь смерть. — Смерть.. Смерть. Как странно звучит. По сути, смерть — уход из этого мира и из жизни. Так почему же говорят, что после смерти есть вторая жизнь? После второй жизни же нет смерти.. — Чуя, зачем ты пошел на физмат? Тебе на философа надо.. В кудрявую голову прилетает подушка, а комната заполняется весёлым хохотом.

***

— Чёрт, Осаму, ты разбудил Мистера Полночь. Ругается рыжий, поднимая маленького котёнка на руки. Шерстка у него была чисто угольного цвета, чем он зацепил обоих. Пока что в из отношениях не было речи о семье. Они юны, да и считают друг друга катастрофически безответственными (но, конечно же, никогда друг другу об этом не скажут). Этот маленький комочек был хоть и черный до боли, но был одним из самых ярких лучиков в их мрачной квартире. — Я тоже хочу подержать его. — Ты же знаешь, чем это кончится? Тихие маты и крики не заставили себя долго ждать, когда короткие коготки впились в изувеченную кожу. Мистер Полночь не был злым, он просто боялся шрамов Осаму. Они выглядели для него странно, и, кажется, когда его хозяева занимались любовью, то котёнок совершенно не понимал, зачем рыжеволосый старается уделить так много внимания этим тёмным полосам на теле шатена. А ведь и правда. Чуя максимально трепетно относился к каждому следу от селфхарма и попыток суицида в прошлом. Всегда помогал заматывать бинтами их, чтобы не было лишних осуждающих взглядов. Всегда обрабатывал их, касаясь Осаму настолько нежно, с любовью, словно он из хрупкого фарфора. — Ах ты, плюшевая задница, — шипит шатен на котёнка, показывая ему средний палец. Разумеется, в шутку. — Нормальная у него задница. Но твоя мне, конечно, нравится гораздо бол.. — легендарная подушка теперь уже достигает лицо Чуи, не давая ему договорить. Котёнок отпрыгивает от начавшейся «войны», удаляясь из комнаты, тихо цокая короткими коготками по ламинату. «Кажется, только коты могут быть счастливы. А может счастье не кроется в чем-то? Может мы просто не хотим принять факт, что не сможем быть счастливы? Или же, что бесимся с жиру, имея счастливую жизнь, но не замечая этого. Думаю, что с Чуей я смогу разобраться, что такое.. Это ваше счастье. Я надеюсь, что смогу. Иногда я думаю о том, что, не испытывая счастья, становлюсь неполноценным, но когда я смотрю в эти голубые глаза, вдыхаю запах этих рыжих дурацких кудрей, которые сильно путаются, а Чуя не любит их расчесывать. Когда я просыпаюсь от того, что Мистер Полночь совершенно бессовестно уселся своей задницей мне на лицо. Я думаю, что всё в порядке. Так и нужно. Я слышу этот дурацкий смех Чуи. Я вижу жизнь и сияние в этих бездонных колодцах. На душе становится спокойно, как только этот гений рассказывает одну и ту же шутку уже четвёртый раз. Мне не смешно. Ибо я это слышу уже не впервые. Но когда, рассказав, он заливается неадекватным хохотом, то мне тоже становится очень смешно. Мне хочется кричать: «Накахара, ты идиот и сказочный кретин. Ты рассказываешь это десятый раз за неделю. Но мне так нравится слушать это. Слушать и слушать. Слушать. И ещё раз слушать. Никогда бы не подумал, что счастье скрывается в таких мелочах. В поцелуях перед сном и одной и той же шутки с самого утра. Не думал, что счастье будет в словах: «Я купил нам пива и скачал такой пиздатый сериал, ахуеешь. Давай, падай!» Он хлопает по дивану рядом с собой, и я сажусь. Фильмы, что он предлагает — хуйня полная, но когда я вижу, с каким возбуждением и интересом он смотрит эту дрянь, каждые пять секунд пихая меня в плечо с криками: «Видал, чë?! Вот это он выдал! Пиздец сделай погромче!». Куда уж громче? Соседка в скорос времени позвонит в полицию. Но Чуе всё равно. Он так эмоционально реагирует на всë.. Даже завидую. Ахах. Вы бы видели, что с ним было, когда мы смотрели «Хатико». Кажется, в тот день магазины разорились на платках.. Я не плакал вместе с ним. Просто сидел рядом, слушая тихие всхлипы, что Чуя пытался заглушить, думая, что я не слышу. Я очень долго успокаивал этого гнома после таких фильмов. Он говорил, что я не плачу, потому что у меня нет сердца. Но.. Хотя. Кто его знает. Может его действительно у меня нет. Но когда я вижу слёзы Чуи, внутри всё сжимается до размеров атома и начинает неприятно покалывать. Чуя рядом. Это, возможно, и считается счастьем.»

Осаму Дазай