То самое

два года спустя

Когда Мегуми позвонил и сказал, что они с Юджи приглашают ее на новоселье, Цумики завизжала от счастья. И вот она, в паре с Сатору, уже стояла в лифте, держа в руках цветочный горшок, в котором росла домашняя лилия — подарок для Юджи. Двери лифта раздвинулись и внутрь заглянул запах свежей краски. Квартира находилась не в престижном районе, не на последнем этаже Токийского небоскрёба и стены лифта не были сделаны из золота, как желал для них Сатору. Но мальчики были счастливы, ведь сумели сделать такой большой шаг в жизни самостоятельно, а Мегуми давно отказывался от любой помощи как Сатору, так и её. В коридоре на полу у некоторых дверей лежал мусор, оставшийся от ремонта. Цумики дёрнулась, когда откуда-то сверху, снизу или с одной из сторон раздался рёв. Прекрасная музыка сверла, что бойко дырявило чью-то стену, была частью симфонии, играющей у врат новой жизни. Сатору нажал на дверной звонок. Когда им открыли дверь, Цумики сунула горшок с цветком в его руки, вбежала самой первой и набросилась на Юджи с почти удушающими объятиями. — Юджи, милый, как я по тебе соскучилась! — ей пришлось подняться на цыпочки, чтобы крепче сжать шею радостного Юджи. Он по-родному хихикнул, (смех его, Цумики надеялась, никогда не изменится, не потеряет беззаботность и не приобретёт взрослые черты) крепко обнял её в ответ, похлопал по спине. — Ни за что не угадаешь, что у нас на ужин. Цумики отстранилась, учуяла знакомый аромат фрикаделек, грибов и свежего риса, схватила Юджи за щёки и начала их теребить, — Юджи-и-и! Бросай Мегуми и женись на мне-е-е! Где-то рассмеялся Сатору. Щёки Юджи покраснели из-за смущения и щипания пальцев Цумики. Он почесал затылок, опустил руку, и тогда тёплый свет лампы на долю секунды отразился в чём-то… — Уже поздно, — сказал Мегуми. Мысли болтались под черепной коробкой Цумики и не понимали, куда точно им бежать, пока она смотрела на брата, на его стоическое выражение лица и резкий разрез глаз, обводила взглядом длинные волосы, которые он отрастил, чтобы всегда собирать в невысокий хвост, и в конце концов спустилась к сложенным на груди рукам… Цумики схватила ладонь Юджи, подняла её к своему носу и чуть не ослепла от очередного блеска, отскочившего от гладкой поверхности серебряного кольца, которое опоясывало безымянный палец Юджи. Она открыла рот. Слова пытались вылететь, но словно птенцы без перьев, лишь спотыкались о корень её языка. Сатору закинул руку Мегуми на плечо и обрушил на того весь свой вес. Пугало то, что они были практически одного роста. Щёки Юджи запеклись и на них рассыпался румянец, — Мы хотели сегодня вам об этом рассказать… — Свадьба? — восхищённо спросил Сатору и отодвинулся от Мегуми, чтобы лучше того рассмотреть. Со стороны казалось, что он не мог поверить ни зрению, ни своим ушам. Сцена была комичной: они все продолжали стоять в почти пустой прихожей у гэнкана и ждать чьего-либо ответа. Мегуми нахмурился. Цумики крутила серебряное кольцо на пальце Юджи и любовалась тем, как переливались на свету грани крохотного и единственного изумрудного камешка. — Прошу, только не говорите мне, что вы не собираетесь закатывать грандиозное торжество на три сотни гостей, Мегуми-и-и! Маги выходят замуж друг за друга! — ныл Сатору и тряс Мегуми за плечи. — Это историческое событие! — добавила Цумики, а потом, опустив громкость голоса на пару тонов ниже, прошептала Юджи, — Ещё не поздно жениться на мне, — и сделала волны бровями. Юджи хихикнул. — Это лишний шум и головная боль, — вздохнул Мегуми. — А ещё это дорого, — пожал плечами Юджи. Сатору направил на него указательный палец, — Нет, мы не будем пользоваться ни твоими деньгами, ни средствами клана. Уголки губ Мегуми приподнялись. — А устроить хотя бы небольшие посиделки только для близких? — Для этого мы вас и пригласили, — в дверь позвонили, и Мегуми отлепил от себя вредного Сатору, — О, это Чосо.

1

— Я тоже за то, чтобы вы отпраздновали, — невозмутимо предложил Чосо и, закинув в рот фрикадельку, хотя проклятия способны жить без человеческой еды, дал тихую пять Цумики под столом. Они хорошо сблизились из-за обсуждения своих братьев, и проблем, связанных с ними. Эдакие мамочки на детской площадке. — Они-чан! Ты предатель. Стол на кухне был круглым и даже скатерть не помогала спрятаться, поэтому Мегуми всё увидел, — Они в сговоре. — сказал он Юджи. Цумики ударила Мегуми по затылку. — Эй, Цумики, так это ты научила бить Мегуми по затылкам! — Не уводи нас от темы, Юджи, — прошипел Сатору с ртом, полностью набитым фрикадельками. — Ты бьёшь Юджи? — изумлённо воскликнула Цумики и шлёпнула Мегуми по затылку ещё раз. — Никого он не бьёт! Это было давно-давно! — Юджи размахивал руками перед лицом, а Чосо склонился над столом, дабы направить свой убийственный взгляд прямо на Мегуми. — Юджи, моё предложение всё ещё в силе. Мегуми массировал себе виски. Сатору чавкал и воровал перцы из чужих тарелок, — Как и безлимитная карта в моём кошельке!

2

Мегуми устало упал на диван, мученически протянул руку, — Иди ко мне. Юджи закрыл посудомойку, запустив её. Посреди чистого стола красовался горшок с домашней лилией, а над ним висела абстрактная картина из красных, фиолетовых и чёрных мазков, выведенных на белом фоне, которую подарил им Чосо. В их квартире с каждым днём становилось уютнее и теплее. Юджи подошёл к дивану, что они разместили на ковре рядом с телевизором в их гостиной, совмещённой с кухней, залез Мегуми на колени и удовлетворённо вздохнул, когда почувствовал блуждающие по своему телу руки. — О чём думаешь? — спросил Мегуми. Юджи задумчиво заправил его чёрный локон за ухо и потрогал другие торчащие из причёски пряди. Было очаровательным то, что даже длинные волосы Мегуми изо всех сил старались выбиваться, путаться и торчать, будто наэлектризованные. Юджи зацепил пальцем резинку, которая собирала волосы в невысокий хвост, и медленно стянул её. Глаза Мегуми закатились, веки прикрылись, когда Юджи поцеловал его в лоб, а руки запустил в густую шевелюру и начал массировать ему кожу головы. — Ничего особенного. — Ты уверен? — красиво улыбнулся Мегуми, не открывая глаз. Юджи большими пальцами продавливал круги за его ушами, как тот любил и от чего частенько засыпал, — Да… Мегуми подтянул его за талию ближе к себе, поднял голову со спинки дивана и поцеловал Юджи в щёку, озабоченно нахмурив брови, — Юджи, у тебя что-то на уме и это что-то связано с безумными идеями Сатору и Цумики, я прав? Юджи чувствовал, как его руки тряслись, поэтому накрутил чёрную прядь на фалангу пальца и трепал её, пока язык завязывался в узел. — Ты всё-таки хочешь устроить праздник, так? Этот проницательный взгляд, ищущий ответы в каждом его вдохе и движении побуждал Юджи съёжиться в комок на коленях Мегуми, спрятаться и кричать от чувств. Он боялся, что скоро начнёт ощущать, как Мегуми заползает ему под кожу, потому что только он знал Юджи лучше, чем Юджи знал самого себя: от начала и до конца, от корки до корки. Юджи зачесал волосы Мегуми назад, у того на шее и плечах появились мурашки, — Просто, знаешь, это было бы весело… — Юджи, если ты этого хочешь, то я тоже хочу. Мы партнёры. Даже официально. Твоё слово — и я всё сделаю. Тебе нужно только попросить, ты же знаешь. Теперь настала очередь Юджи покрываться мурашками. Эти настойчивость, покорность, решительность и твёрдость в голосе сводили его с ума… — Но я хочу, чтобы ты тоже был счастлив… Мы не будем устраивать огромное торжество, арендуем, может, комнату в караоке, пригласим только самых близких… Мегуми взял его руку, поднёс к своим губам и прошёлся поцелуями по шрамам, запечатлел сладкое прикосновение губ на раненом мизинце, и к концу, с умиротворённой ухмылкой поцеловал изумрудный камешек, — То есть, ты всё уже решил, так? Мне нравится. Удивительно, просто крышесносно до сих пор было вздрагивать от силы любви, что пылала в этих изумрудных глазах. Юджи набросился на Мегуми, визжа, прижал его к своей груди, а после сразу же оторвал и чмокнул в нос. Вдруг пришло осознание. — Я забыл! Я совсем забыл! — он соскочил с колен Мегуми, побежал в прихожую, вызволил из кармана своей куртки бархатную коробочку и прибежал обратно, чуть не поскользнувшись перед диваном. Руки Мегуми уже были наготове, чтобы его ловить, — Я тоже хотел предложение сделать! Он встал на одно колено и открыл синюю коробочку, — Выходи за меня, Фушигуро Мегуми. Из горла Мегуми выскочил счастливый, оборванный смешок. Юджи достал кольцо, идентичное тому, что носил он, только вместо зелёного камешка там красовался янтарь, и аккуратно одел его на элегантный, но сильный палец Мегуми. — Ты такой дурак, — сказал Мегуми и вернул Юджи себе на колени, чтобы завлечь в объятия и лихорадочно расцеловать всю его шею, подбородок и щёки. — Ты точно такой же! — смеялся Юджи чисто и громко, длинные волосы Мегуми помогали холодным ладоням, что нырнули под его футболку, щекотать его. Вскоре им надоело, Мегуми успокоился, мазнул по коже ладонью и остановился у пляшущего в быстром танце сердца Юджи. Когда они целовались в выученном ритме, Юджи собрал чужие локоны в импровизированный хвост, сжал в кулаке и отлепил Мегуми от своих губ, желая отдышаться. Они оба были на взводе и каждый из них понимал, чего хочет другой. Мегуми подхватил Юджи за бёдра, Юджи обвил ногами талию Мегуми. — Вот так? Нарушитель традиций? Ты не должен прикасаться ко мне до свадьбы! Брачная ночь, на то и брачная ночь, что… Мегуми резко укусил Юджи за плечо.