Глава 1: Чистилище
18 июня 2023 г., 00:14
Три года. Три года, я прожил на этом затерянном в океане острове. Три года жизни в местности, где все хочет тебя убить. Любое неаккуратное действие, любая малейшая ошибка, и этот остров просто сожрёт тебя с потрохами. Но я выжил, прошел все его испытания. Преодолел все трудности на своем пути, какой бы ценой мне это не далось. И сегодня, у меня есть шанс убраться отсюда прочь.
Моё ежедневное расписание включало в себя прогулку до высокого холма, с вершина которого открывался вид на все стороны света. Именно с него я надеялся увидеть проплывающее мимо судно. Но за эти три года подобного так и не произошло. Я не сдавался и продолжал сюда ходить. Я верил, что в столь огромном месте как Тихий Океан, рано или поздно мне повезет. И мне повезло.
Я как обычно поднялся по скалистому склону на вершину в оборудованную мной сторожку. Погода была сильно облачной, и скорей всего недалеко отсюда во всю бушевала буря, но ни раскаты грома, ни молнии до меня не доходили. Море было довольно тихим, а ветер не поднимался сильнее пяти метров в секунду. На любом другом острове я бы обрадовался подобному и пошел бы купаться, но не здесь. Хоть эта адское место и находилось недалеко от экватора, погода здесь была довольно суровой, как для тропического острова.
Вот и сейчас я закутанный в какое-то тряпье, бывшее в прошлом плащем, наблюдал в бинокль за горизонтом. И какого было мое удивление, когда я заметил отблеск чего-то серебристого в лучах, выглянувшего на секунду Солнца. Буквально в паре километров от берега плыл маленький, видимо рыбацкий, катер. Он сливался с окружением настолько сильно, что если бы не Солнце, я мог бы и не заметить свой шанс.
В ту же секунду я сорвался с места, прыгая по камням в сторону берега. Если судно не приплыло сюда целенаправленно, то и задерживаться оно здесь не будет. Некоторые камни были ещё мокрыми из-за росы, но за столько времени и кучу различных травм я уже давно привык к подобным превратностям судьбы. От моего спасения меня разделяло всего десять минут бега по пересечённой местности, и я должен был успеть. Нет, обязан был успеть. Ради деда, ради моей миссии.
Спустившись наконец с холма и продравшись через прибрежные заросли кустов и деревьев, я выбежал на серый песок и прямо на бегу достал из-за спины сигнальный пистолет. Настоящее сокровище, что я хранил все эти три года, спасая от сырости и других неблагоприятных особенностей тропического климата. И наконец его час настал. Вылетевший из дула сигнально-осветительный снаряд вместе с искрами помчался к небесам, светясь там как красная звезда. Осталось только надеяться, что моряки его увидят, хотя для этого им надо всего лишь посмотреть в сторону острова.
Все время после выстрела, я сидел на коленях прямо на песке и вглядывался в даль. Делать что либо ещё не имело смысла, и я просто ждал. Прошла целая минута, за которую прежний я успел бы сорвать на себе все волосы в нетерпении, но в настоящий момент я просто ждал. Остров приучил меня не тратить энергию на пустые метания. Те, кто не умеют думать и рассчитывать свои силы – умирают. Таков закон природы, а умирать я не хотел.
Вдруг судно начало медленно поворачивать в мою сторону. Его нос направился точно на меня, а сам корабль медленно приближался, качаясь на мелких волнах. Как только он подошёл на расстояние меньше сотни метров, я смог увидеть на его борту китайские иероглифы. Через пару минут корабль причалил к земле, а я начал свое движение к моим спасителям. Навстречу мне вышло два китайца в спецовках. Один из них попытался завести со мной разговор.
— Понимаете по-китайски? — спросил рыболов.
— Да. Возьмете к себе попутчика? — я подошел ещё ближе, и они смогли увидеть мое грязное и небритое лицо, — надоело сидеть здесь столько времени.
— Эм, да, конечно, проходите, — мотнул переговорщик в сторонку их шхонки, а сам быстро начал говорить о чем-то со своим другом.
Наконец. Три года выживания окончены. Я могу вернуться домой. Жаль, что вы этого не увидите. Дедушка, Константин, спасибо за все, лишь благодаря вам я смог вынести тяжесть своего положения. Никогда я не забуду все то, что вы мне говорили. Я обязан вам своей жизнью, и не потрачу ее зря. Я сделаю то что должен, очищу мир от зла, что кроется в тенях, покрываемое алчными людьми. Каких бы усилий мне это не стоило. Яойорозу Канеки, сын влиятельного Дзайбацу и молодой повеса умер три года назад в кораблекрушении, вместо него с острова выбрался совсем другой человек.
На корабле добрые моряки запутали меня в покрывало, дабы я не замерз от ветра, и вручили кружку горячего чая. По короткому разговору с ними, я поняли, что оба рыболова из одной семьи. Отец и сын давно промышляют рыбалкой в дальних регионах, чтобы не конкурировать с крупными компаниями, а ко мне их забросил шторм. Всё-таки я был прав. По иронии судьбы или возможного по воле злого рока то, что привело меня на этот проклятый остров, и стало моим спасением. Природа и впрямь любит поиздеваться над человеком.
Теперь кораблик под великим именем «Непоколебимый» везёт меня на остров Гуам. По расчетам бортового компьютера путь займет почти два дня. Но пока у меня есть свободное время я попросил у китайцев мобильный телефон. За оказанную мне помощь я уже пообещал им свое вполне материальное спасибо, так что телефон мне дали без вопросов. Немного посмотрев на набранный номер, я нажал кнопку вызова и стал ждать. Через десять секунд гудков мне ответил статный мужской голос.
— Ало? Кто это?
— Яойорозу Кирицугу? — в глазах стало мокро, когда я услышал голос отца.
— Да. А кто спрашивает? Я человек занятой, поэтому попрошу вас как можно быстрее перейти к сути, — немного недовольно прозвучал его голос. Видимо у него какое-то мероприятие.
— Это я, Канеки, — в трубке повисла долгая тишина, изредка прерываемая помехами соединения.
— Знаете, звонить человеку моего уровня с такими дурацкими шутками… — начал было возмущаться он.
— Ото-сан, это действительно я. Я выжил в кораблекрушении, и сейчас плыву на рыболовном судне в Гуам, — говорить долго мы не могли. Связываться с родиной за столько километров дорого, а у рыбака счёт был небольшой, — через пару суток я буду там и сразу пойду в посольство Японии.
— Канеки. Это, правда, ты? — громко раздался в трубке женский взволнованный голос. Мама.
— Да, — звук снова прервался, но иногда я слышал вскрики по типу, «это точно он, я узнаю его голос из тысячи».
— Ты в порядке? А что там с дедушкой? Кто-нибудь ещё выжил? Где ты был? — посыпалась наконец на меня гора вопросов.
— Не могу ответить на все вопросы. Здесь очень много помех. Дедушка он… не выжил, — с трудом произнес я.
— Я… я даже и не знаю что сказать, — раздалось с той стороны, — но сынок, мы… очень… очень рады тебя слышать.
***
Канеки возвращается. Три дня в моей голове крутилась лишь одна мысль. Мой брат возвращается домой. Мой брат живой. Спустя столько времени, его нашли на каком-то острове в Филиппинском Море, а оттуда он на рыболовном судне отправился в Гуам. Если учесть, что попал Канеки на тот остров в результате кораблекрушения, то вся его история начинает выглядеть как приключенческий фильм. Но я могу только гадать о том, что он пережил на этом острове. — Момо, не трясись так, — строго сказал отец, — я все понимаю, но тут рядом может быть пресса. Не стоит им давать материал для желтушных новостей. — Да, Ото-сан, — волевым усилием я остановила дрожь. Как всегда папа был прав. Мы стояли на асфальте взлетно-посадочной полосы и ждали посадку специального борта прямиком из Гуама. Именно на этом маленьком супер-джете и должен прилететь мой брат. Самолёт заходил на посадку, и скоро до нас донесся звук соприкосновения шасси и земли. Через пару минут джет уже подъезжал к нам. Вскоре после остановки борта боковая дверь откинулась, превратившись в лестницу, и по ней сошел работник японского посольства. Мужчина направился к нам, но если честно всю нашу семью интересовал не он. Почти сразу после, щурясь на полуденном солнце, на трапе показался коротко стриженный брюнет. Осмотрев посадочное поле, он начал спуск. Ни улыбки, ни веселья я в нём не увидела. — Яойорозу-сан, приветствую всю вашу семью, — поклонился работник посольства, — мое имя… — Давайте поговорим об этом позже, — взмахом руки остановил его отец, — вы должны понимать, нас сейчас заботит нечто другое. — Конечно, — натянуто улыбнулся он и отошёл в сторону, открыв нам моего брата, ради встречи с которым мне разрешили пропустить школу. — Канеки, — не удержала мама слез, — ты так вырос. — Я тоже рад всех вас видеть, — спокойным, но мягким голос ответил брат, — в особенности тебя, Момо. — Ты не представляешь как мы волновались все это время, — подошел отец к нему, — но лучше говорить не здесь. Идите в лимузин, я решу здесь все вопросы, а потом мы поедем. Послушавшись команды отца наша тройка направилась к кортежу из трёх автомобилей со знаками нашей семьи. Посередине стоял лимузин, который и должен был отвезти нас домой. Забравшись в него, мама не вытерпела и бросилась брату на шею. У меня был такой же порыв, но воспитание не позволило мне это. — Канеки! — разрыдалась мама в его рубашку. — Все хорошо, я здесь, — стал успокаивать ее он и гладить по спине. В его взгляде появилась доброта, столь привычная мне, — Момо, подойди сюда, — я пересела к нему поближе, и брат тут же крепко меня обнял, — как же я рад, что смог вернуться к вам. — Мы тоже, — улыбнулась я, — тоже счастливы и благодарим богов за твоё спасение.***
Вечером того же дня семья Яойорозу вернулась в свой особняк на окраине Мусутафу. И пока вернувшийся из мертвых старший сын занимался осмотром своих покоев, а его сестра всячески ему в этом помогала, у родителей этой пары состоялся разговор с тем самым работником посольства. — За его недолгое пребывание в Гуаме, мы успели провести пару осмотров и вот их результаты, — достал мужчина из кейса несколько медицинских документов, — если говорить коротко, то ваш сын будто на войне побывал. Множественные переломы, ушибы, рассечения. Пара ожогов первой и второй степени. И, что самое странное, одно похожее на огнестрельное ранение. — Ужас! — воскликнула Майя, — что творилось на том острове? — Мы не смогли ничего узнать. Остров не отмечен на картах, мы вообще в первый раз про него узнали из рассказа вашего сына. А о причине своих ранений, он говорить отказался, сославшись на усталость, — развел руками мужчина. — Что с его психическим здоровьем? — вмешался глава Яойорозу Групп, — мне показалось, что он немного замкнут. — От психического обследования Канеки-сан отказался. Мы не имели права заставить его, но по внешним признакам, — замялся работник, — возможно у него ПТСР. — Возможно… то есть вы в этом не уверены? — ухватился за главное Кирицугу. — Без проверки у психолога, мы не можем судить об этом. Мои люди говорят, что пока юному Канеки лучше не появляться на публике, а привыкать к домашней обстановке. Три года это очень большой срок, когда дело касается подобного. — Мы понимаем, спасибо за вашу помощь, Мицусиро-сан, — встал Яойорозу и пожал руку гостю, — Такеда проведет вас до выхода, — указал Кирицугу на стоящего у дверей кабинета слугу. — Всего доброго, — поклонился перед дверью Мицусиро и вышел вместе с дворецким из помещения. — Как ты думаешь, с Канеки все впорядке? — с видимым напряжением спросила Майя. — Мы не психологи, чтобы судить об этом. Может быть он просто отвык от общения с людьми, а через пару дней придет в норму. Я последние пару дней ни в чем не уверен, — махнул рукой ее муж и достал из стоящего у стены серванта бутылку с алкоголем, — сегодня лучше просто порадуемся что наш сын наконец дома. А свои страхи оставим на завтра.***
Завтрак проходил как обычно, по крайней мере настолько обычно насколько это возможно, когда один из членов семьи отсутствовал три года. За это время я уже отвыкла от того, что рядом со мной всегда сидит брат. И потому чувствовала себя немного не привычно, или же это было потому, что Канеки не мог никогда есть тихо и все время норовил рассказать что-то мне или родителям? А сейчас он абсолютно молча сидит и ест яичницу. Я ведь ничего не знаю о том, что он пережил. Все тот же ли он человек? Или это уже не мой брат? — Как тебе еда, Канеки? — ласково поинтересовалась мама, вытирая руки об салфетку. — Гораздо вкуснее, чем вареная кора это уж точно, — пожал брат плечами, пережевывая очередной кусок, — хотя много что будет вкуснее ее. После этой фразы мне и родителям стало неуютно. Заметив это мой брат попытался успокоить нас — Я просто шучу, — однако должного эффекта это не возымело и на несколько долгих секунд за столом повисла неловкая тишина. — А как тебе твоя спальня? Мы совершенно никак не меняли ее с тех пор, — попыталась расколоть лед мама. — Все нормально, — только и сказал Канеки, доедая жареное яйцо. — Брат, а что случилось с вами? — решила я разузнать подробней о произошедшем. На секунду он замер, и на меня уставились два черных зрачка. — Момо, — поднял голос отец, — не стоит докучать Канеки. Если не хочешь, можешь не отвечать. — Да нет, все хорошо. Мы плыли на яхте, как вдруг начался шторм. Дедушка, как опытный мореплаватель попытался из него выйти, но нам не повезло. Что-то произошло с двигателем и в итоге нас перевернуло, — спокойно рассказывал Канеки, будто его история это пересказ фильма, а не то, что произошло лично с ним, — мы успели добраться до спасательного плота, на котором и дрейфовали, пока нас не прибило к тому острову. — А дальше? — Момо! Думай, пожалуйста, о чем ты говоришь, — повторил отец. — Не стоит. Ей всего лишь интересна судьба дедушки, это нормально, — вступился за меня брат, — дальше было лишь три года выживания на этом богом забытом клочке земли, что таил в себе множество опасностей, вроде острых скал у берега, ядовитых змей и кучи сек… ретов других мастей. Дедушка, увы, не смог пережить подобного, — дрогнула у Канеки мышца на лице. — Пожалуй, на сегодня историй хватит. Момо, прошу не докучай брату расспросами. Нам с вашей мамой надо уехать на встречу, желаю вам хорошо провести время, — поднялся из-за стола папа, а за ним и мама. Вместе они ушли в сторону выхода. — Ну и что будем делать? — повернулся ко мне Канеки. — Не хочешь прогуляться? — предложила я, — посмотришь, что изменилось за время твоего отсутствия. — Почему бы и нет? И вот через полчаса мы уже гуляем по одному из крупных моллов города. Я решила воспользоваться моментом и прикупить для Канеки новых вещей, так как из одежды был лишь один костюм, купленный в Гуаме. Побродив по многим разным магазинам, я рассказывала ему обо всем что произошло за три года. О том, как сильно прибавила наша компания в цене, об известных случаях крупных злодейств, о том как проходило мое обучение. Канеки лишь внимательно слушал меня, и редко вставлял одно два слова. Хоть это и сильно контрастировало с его прошлым поведением, но доброта в его глазах не изменилась. Мне было достаточно и этого. Через час шоппинга мы решили отправится домой. Уже на самом выходе из молла, мы внезапно оказались в толпе людей, и я на секунду растерялась, но смогла выйти из нее. Когда же я оглянулась, то Канеки рядом со мной уже не было. Я стала искать среди прохожих, но его словно след простыл. Я побежала к автомобилю, и спросила у водителя, не видел ли он брата. Тот лишь покачал головой. В этот момент мимо нас проехал странный черный фургон, но я не придала ему значения. И куда же вдруг мог исчезнуть Канеки?
