Где не хватает слов, говорит музыка

Звонок прозвенел громко и протяжно. Все постепенно вышли в коридор, в том числе была и Смирнова, но в этот раз она просто одна ходила по коридору, ожидая третий урок, тем являлась занудная алгебра, которую она вдобавок не любила. Цокая каблучками при этом смотря под ноги, Катя задумалась о Полине, надумывая после уроков снова пойти и послушать как та играет на скрипке произведения Шуберта и других композиторов, а особенно Роберта Шумана. Собственно, когда она успела заинтересоваться классической музыкой? Пока Смирнова в одиночестве фланировала, её мысли прервали по-обычному жалобные просьбы к кому-то. Аккуратно повернув голову за угол, Катя увидела в пяти метрах от себя картину компашки, состоящая из Антона, Ромы и Бяши, которые липли к скрипачке школы с мольбами, чтобы та пошла с ними за компанию погулять и пообщаться. — Полин, ну не будь вредной, сколько можно, мы ведь по-доброму говорим! — Пятифанов ближе подходил к девушке. — Ещё как по-хорошему, на.. Мы ведь не злодеи какие из банды, на, а твои одноклассники, — с более недовольным и замучившимся лицом говорил Бяша, намереваясь уже уйти. — Ребят, ну зачем так давить? Полин, скажи, пойдёшь с нами гулять после последнего русского? Встретимся у входа школы, — в разговор встрял дипломатичный и добрый Антон, чтобы хоть как-то смягчить ситуацию. В замешательстве и в какой-то пассивной злости, Полина то и дело отводила взгляд от парнишек, переступая с ноги на ногу, не зная куда и деться. Резко меняя направление Смирнова довольно грубо пихнула Петрова в сторону, встав на его место, она скрестила руки на груди, — Чего вы пристали к Морозовой? Делать нечего? Будете таскать девушку по гаражам, уговаривая выкурить сигаретку-дешевку "за компанию" и общаться о вкладышах «Turbo»? — секундное неловкое молчание, все заметно напряглись, — Или просить выпить чего-нибудь крепкого? Да-да-да, обычное ваше дело после уроков, я-то знаю, — на одном дыхании выпалила отличница, о чем думает она об этой сомнительной на первый взгляд уговоре, при этом не скрыв ни отвращения, ни презрения. Да и ей в общем не нравилась их троица. Скользкие они. Все трое парней таращились на Катю, мол "что опять?". Не сдержавшись от гнева и усталости Рома вставил свои 5 копеек, — Да за кого ты нас воспринимаешь? Ты, гадюка! — Парень сжал руки в кулаки, Полина же выпрямилась и стала выглядеть чуть более уверенно, чем пару минут назад. — Мальчики, я от... — решившуюся девочку перебила староста, — Она отказывается, так что не судьба вам, ищите более лёгкую добычу, и да, ещё раз увижу, что будете приставать к Морозовой, что похуже устрою, — она три раза с упрёком и пафосом цокает, закатывая зелёные глаза и, берёт девочку за кисть руки, дабы уже увести с этого место на спокойное, при этом шли они очень быстро, Полина еле как волоклась. Парни стояли как вкопанные, не придумав что и выкрикнуть в ответ, потому что зачем гордой девочке класса отбивать одноклассницу, да и тем более Морозову, которая почти никак с той не общалась? Обе в тайне друг друга презирали, но на публике между собой были нейтральны - это точно знал и думал Антон, происходящее сейчас удивляет. Катя отвела Полину в класс, к счастью для девушек там никого не было. Слегка пихнув попутчицу в сторону, она развернула её к себе лицом, чтобы видеть лицо Морозовой. Одноклассницы явно запыхались пока шли, на что указывало сбитое дыхание и лёгкое волнение обеих, которое они не показывали. Повисло минутное и немного неловкое молчание. Чтобы наконец прекратить это, Катя начала их диалог. — Морозова, не умеешь себя отстаивать что ли? По твоей рассеянной мордашке заметно: «нет», — по-обычному она скрестила свои руки. — Р-разве? Я просто сегодня словно в тумане, просто… — Полина стыдливо опустила взгляд, комкая в руках низ своей темно-синей жилетки, не зная как и оправдаться пред Катей, обычно она твёрдо отказывает мальчикам в их просьбах, но сегодня как-то по-другому. — Морозова, Морозова.. ты должна быть всегда наготове к любому и быстро сконцентрироваться на происходящем, а не стоять и поджиматься, — Полину словно отчитывала старшая сестра. Снова неловкие секунды, но решившись она взглянула в глаза Смирновой. — Спасибо, что увела от них, возможно они бы и дальше доставали меня, — неловко и по-доброму девочка довольно мило улыбнулась, показывая свою видимую благодарность. Наблюдая за этим Катю словно передёрнуло где-то в голове. Она проанализировала многие детали за момент, что у Морозовой красиво выстроены черты лица: небольшие и пухлые губы, выразительные голубые, даже скорее васильковые глаза, аккуратный нос и чуть закруглённый подбородок и, очаровывающая улыбка, которая как раз заставила затуманиться разум смотрящей. Щелчок. Катя еле заметно вздрогнула. Поток мыслей девушки прекратились, сообразив она все-таки негромко ответила, — Не надо благодарности, обычное дело, — Она пошла к своему месту за третью парту второго ряда, и донёсся до неё лёгкий смешок Морозовой. Как раз многие стали возвращаться в класс, компашка парней поглядывали на девушек в недоумении, но не стали заострять на это внимание, прозвенел звонок. На алгебре Катя не могла нормально сосредоточиться на простых примерах, ведь в её мыслях всплывала Полина и её общая внешность. Красивая внешность. Была бы литература и задание написать сочинение-описание внешности какого-либо человека, то Смирнова бы выбрала Морозову, такую застенчивую к незнакомым людям, но и прекрасную по собственному. *** Уроки шли, наконец настал шестой урок, которым являлся русский. Казалось, минуты на русском шли очень долго, а это потому, что он всегда стоит последним в четверг и это иногда раздражало. Особенно это бесило, когда на уроке много писали или делали нудные упражнения. Почему в 9-ом классе так много нужно писать? Сегодняшний урок русского языка был не исключением для скуки, то снова дали три упражнения с большим текстом. Катя старательно выводила каждое слово красиво, она ведь отличница и обязана, а с этим набором шло и ябедничество с сучьим характером, распуская и узнавая всякие сплетни, но может она и не такая стерва на самом деле и её все мало знают? Никто ведь не знает внутренние чувства девушки. Звонок прозвенел точь-в-точь, когда Смирнова поставила точку в последнем предложений последнего упражнения. Пока она собирала вещи Морозовой, как и след простыл. В последнее время девочка, как весь учебный год, если точно, то с сентября по январь она "следила" за одноклассницей, сегодня она же её защитила от настойчивых Ромы, Бяши и Антона. Бывало наблюдала за поведением, занятиями, маршрутом, окружением и прочими на самом деле ненужными вещами девушки. Казалось бы, ничего такого, это наверно обычное желание общаться с человеком и узнать его издалека, или всё-таки есть влечение? Катя ловила себя на догадках, что ей нравится Полина, но не как одноклассница или подруга, скорее больше, но при таком раскладе она переводила своё внимание на другое, а не на суть, как кого она хотела бы воспринимать девочку. Круг общения Смирновой был подобен её самой, такие же прилежные девочки-сплетницы и не более. Бывало по привычке проскакивали фразы по типу «мы же подружки», а что? Вовсе она не считала их своими подружками, лишь школьные знакомые, с которыми максимум можно было поболтать и посплетничать на любые темы и не больше. В Полине Катя проглядывала другую натуру, интересную и живую. Тем более первая скрипачка школы! В то же время она была чуть замкнута и по бóльшей степени разговаривала всегда с Петровым Антоном, именно когда он был один и с ним не было других его двоих дружков, но и тот стал мало интересовать девочку-скрипачку. Девочка собрала свои вещи и сдала тетрадь на учительский стол, она хотела поторопиться и помчаться на второй этаж в первый сектор к 217 кабинету. Там находился специальный уголок для игры на музыкальных инструментах. Только вот занималась лишь одна Полина со своей скрипкой, и никто другой. Это наверно потому, что школа не обогащает нужными средствами, чтобы её ученики развивались. Да куда там… школа находится в захолустье, куда никто не приезжает из ближайших городов и директору по всей видимости это было не интересно. По коридорам раздавался стук обуви Екатерины, было тихо, мимо проходили ученики, идущие поскорее в тёплый и родной дом укутаться в плед и пить горяченький чай, наблюдая метель за окном и слушать радио. Катя дошла до 217 кабинета, для удобства положила свой портфель на подоконник. Дверь была приоткрыта совсем немного, Смирнова еле обратила на это внимание и как обычно встала за дверь прислушиваясь к звукам. Послышались шорохи, постукивания, было понятно, скрипачка собиралась начинать свою игру классики, то и посматривая на ноты и мелодию, которые стояли на пюпитре. Для повторения Полина играла какие-то отрывки, звучало это пусть и обычно, но так или иначе идеально. В мыслях Екатерины же промелькнуло, — сыграй Шумана, — для неё он был любимым воспроизводимым автором от девушки. Вдруг скрипка замолчала и стало играть что-то заколдованное. Это был Шуман, желание Кати было услышано словно с небес самим Господом. По началу Кате напоминало зимнюю метель в феврале, снежинки кружатся то быстро, то в замедленном темпе. Словно ветерок в наступлении весенней поры, такой тёплый и приятный. Спокойствие и счастье, любовь. Как на окнах красуются видимые и красивые узоры. Приятная на слух игра расслабила слушающую девушку. Слышится скорость и порывистое затишье. Затем умиротворение с нотками задумчивости. Как облик беззаботного и маленького котёнка на полянке, который бежит за большой порхающей бабочкой. Ощущалась свобода и нежность, которой Кате так не хватало. Резко темп перешёл на более быстрый. Бегающий, с неприятной тревогой, укоризной. Непонятный бег, как хищник охотится за жертвой. Игра становилась всё сложной. Смирнова решилась взглянуть в проём двери одним глазом. По середине кабинета стояла Морозова с ровной осанкой, смычок то и дело бегал вверх-вниз, а тонкие и длинные пальцы бегали туда-сюда по инструменту. Это было изящно. Произведение продолжилось, набирая обороты. Полина свела брови к переносице от явной сосредоточенности, глаза закрыты. Была трудная часть воспроизведения. В голове появился новый образ. Образ избегания самого себя и чувств, а именно положительных. И вот оно, победа над самим собой. Конец произведения. Неожиданный конец для отличницы. У Кати немного приоткрылся рот. От изумления она закрыла дверь и помчалась за рюкзаком в надежде скорее уйти и переварить свои же чувства от услышанного произведения. Она услышала свои чувства через скрипку. Так было не раз, в этом случае произведение отпечаталось прямо в сердце. В одиночестве Катя автоматически дошла до гардеробной. Она села на рядом стоящую лавочку как бы обдумать всё пришедшее на ум, посматривая на пол. В Полине девушка видела милую и добрую личность, отличающуюся от всех других личностей. Как бы Смирнова в далеком прошлом не презирала Морозову, сейчас к ней поменялось мнение и именно отношение к ней. На уроках, на переменах и в общем школе Катя частенько поглядывала за скрипачкой, думая о ней. Если бы Лилия Павловна, мать Кати, узнала о том, что её дочь привлекает девушка, то она была бы изгоем в глазах матери и выгнала из дома. Как минимум всю жизнь бы доставала с этой темой. Во всяком случае эта догадка пришла в голову Смирновой, пусть и тяжело принять, но это так. В голове так и доносилось, — Мне нравится Морозова. — Постепенно выходя из раздумий, Катю кто-то потормошил за плечо, от чего девушка невольно дрогнула. — Прости, что напугала, я не хотела, — это была Полина, её выражение лица стало слегка сочувствующим. — А?... Нет, нет, всё в норме, — девушка улыбнулась, но получилось явно натянуто, — Что-то хотела? — Для удобства она встала с лавочки и была наравне с Морозовой, при этом пряча руки за спину. — Да нет, просто решила подойти, кстати, почему ещё в школе? — Вопрос будто с подковыркой для Кати, но ту не затруднило ответить, — Просто хотела поразмышлять одна, в школе, о своём, — она заметно была в замешательстве. — Н-да? Понятно, а я-то думала, что ты подслушивала под дверью, как я играю на скрипке, — Многоговорящий и пристальный взгляд Полины изучал лицо Смирновой, с целью что-то найти, а губы расплылись в хитрой улыбке. В смущении, а также разоблачении, Катя отвела взгляд в сторону, — Красиво играешь, очень завораживает, правда... — Девушка напротив начала тихо смеяться, прикрывая рот ладонью, а другой держать футляр со скрипкой, — Извини, но ты такая милая, в то же время забавная, когда смущаешься, — хохоток продолжился недолго, затем вид стал серьёзным и спокойным, — Я ведь знала, что ты не всегда злая-сучка, а имеешь и другой спектр эмоции при других людях, — она приподняла бровь, мягко улыбаясь, — Ещё знала, что ты как полгода нередко ходишь после урока слушать, как я играю на скрипке. Мне это нравится, только в следующий раз просто спрашивай, — Смирнова впала в ступор от слов Полины, однако взяла себя в руки и решилась успокоиться. — Значит так, я думала, что делаю это незаметно, но всё же нет. Что на счёт "Есть другой спектр эмоции"? — Как говорил Ганс Христиан Андерсен: «Где не хватает слов, говорит музыка», — с ухмылкой говорит девочка. — А если точнее? — Отличница так же с интересом старалась понять смысл цитаты. — Если точнее, то за человека говорит музыка, которую он слушает или пишет. Ты же слушаешь в основном Роберта Шумана, соответственно моего воспроизведения, — Она коварно улыбнулась, — в свою очередь он был загадочным и искренним с лидерскими качествами, а также капризным. Тоже самое я вижу и в тебе. А большинство его произведений мрачные, но и светлые в моментах, если это понять и прочувствовать, — Как Полина хотела что-то добавить, её взор упал на изучающий ту взгляд Кати. У неё были большие, зелёные глаза, как у чёрной кошки, пышные ресницы, маленький и угловатый нос, светло-русая и густая коса, и тем не менее не просто так многие парни липли к ней, но она всех грубо отшивала, вот это ей с лёгкостью давалось. Услышанное Смирнова старалась переварить. Повисло молчание, чтобы прекратить это Морозова задала вопрос. — А ты что думаешь обо мне? — Вроде уместный и вполне логичный вопрос, на что девушка растерялась и словно обиделась просто отвернулась от той, отвечая по-обычному — Это неважно, Морозова… поторапливайся, а то уже темнеет на улице, тебе вроде далековато идти, — оборвала Катя. Полина захватила своё пальто и обе девушки направились к выходу. Отличница хотела немного проводить скрипачку, сама же она желала уйти из школы чуть позже. Ей нравилось идти до дома по сумеркам, в темноте, особенно когда медленно падает снежок с неба. Пока Морозова переобувалась и надевала на себя шапку с шарфом, другая размышляла о своём, точнее о Полине, её взгляд к Морозовой всё больше напоминал влюблённый. Девочка повернулась к Кате, в глаза сразу бросился пристальный взор той, они встретились взглядами, но также быстро отвернулись. В горле Смирновой пересохло, стоял ком, который так и мешал сказать ей одно краткое предложение, что разделит её жизнь на до и после, конечно всё зависит от ответа. От последующей реакции и ответа. Девушки попрощались и как скрипачка направилась к выходу и отошла на пару шагов её окликнули. — Полина! ... — Обеспокоенно выкрикнула Смирнова. — Да, Катюша? — От удивления у девушки приподнялись брови. Набрав побольше воздуха Катя высказала, — Ты мне не безразлична, понимаешь? Знаю, что я не лучшая и делала плохие вещи тебе, тогда прими это хотя бы как данность, — Отличница хотела бы как развернуться и уйти от неловкости, сбежать, но она услышала лишь тихий смешок, — Взаимно, Смирнова, — Девушка без раздумий быстро подходит к Кате, порывисто обнимая её. Сама же Полина долго мечтала об этом, да никак не могла решиться сделать это, не было обстоятельств, сейчас же они появились. Недолго думая зеленоглазая отвечает ей тем же, не веря в происходящее. Простояли так недолго, Морозова немного отодвинулась, чтобы посмотреть в глаза напротив. Одна рука переместилась на затылок Катерины, немного надавив, потянула её на себя. Катя, не упуская момента хочет поцеловать девушку в губы, на что Полина делает быстрый, хитрый манёвр и аккуратно с нежностью целует специально мимо, задевая только уголок губ. Чуть-чуть отступив назад она шепчет, — Вот теперь прощай, — Чтобы завершить красиво девушка подмигивает одним глазом и, как ловкая лиса уходит, скрываясь уже за дверьми школы. Как бы описала Катя, то только фразой «это было сексуально». Как вкопанная Смирнова держит ладошку на месте, где поцеловала скрипачка, так и прокручивая в голове этот момент. Она даже забылась сказать «пока», выглядело как-то глупо. В мыслях лишь гудит, — Морозова искусная чертовка…