I know exactly what’s best for you

Мой врач садист. Может, так только кажется, но ему реально нравится причинять мне боль, иного объяснения его действиям я не вижу. Меня зовут Херти. Мучаюсь с самого детства с гипердентией, так что местная стоматология и ее врачи мои лучшие друзья. Добрая женщина не так давно сменилась на переменчивого молодого парня. Примерно моих лет. Волосы такие же, как у меня, даже прическа похожая, при первом приеме он даже шутил на эту тему, но в итоге оказался гораздо более агрессивным и сосредоточенным на своей работе, чем можно подумать. Доктор Треш, мне кажется, самый увлеченный доктор из всех, что только существуют — не удивлюсь, если у него дома своя лаборатория, и он там скапливает зубы, челюсти и исследует их, а может, вообще продает… Из-за количества зубов в них часто бывают инфекции, вследствие чего я ещё чаще лежу в больницах, как, собственно, и сейчас. И меня снова ждёт прием у этого… Треша. Я лежал на кресле в кабинете зубного. Тот копался в своих инструментах, намереваясь вырвать мне парочку, по его мнению, лишних зубов. Я живу сейчас с двумя рядами, и чувствую себя отлично, почти как акула, но между ними все равно скапливается всякая нежелательная дрянь. Он точно не успокоится, пока не отломает мне челюсть. — ну, Херти, расскажи, не чувствовал ли ты себя плохо и нет ли проблем с пищеварением? — Он натягивал свои синие перчатки. — нет, сейчас у меня все отлично. — хм? — Он, кажется, больше расстроился, чем приятно удивился. — вы собираетесь удалить мне несколько зубов? — мгм… не боись, так трясешься, будто впервые. «С вами — впервые.» — мысль я так и не озвучил, но он сам все понял. «Руки у него и в перчатках красивые» — пролетело случайно в моей голове. Треш открыл мой рот, направив в лицо фонарь. Он ввел мне куда-то в челюсть целый шприц новокаина. Вот теперь-то я испугался. По правде говоря, я не помню боли. Он рассказывал мне что-то, по-моему, о том, каких клиентов он повидал, и мне даже стало обидно, что я не такой необычный, оказалось, что людей с гипердентией гораздо больше. Он говорил, что такие, как я, часто шепелявят и картавят, чего я смог избежать путем удаления лишних зубов. Единственная проблема болезни — тяжелое заживление бывших их мест. Вот я слушал, слушал его, успел разглядеть половину лица, которая не была прикрыта маской, изучил глаза, волосы, выглядывавшие из-под шапочки… Когда он закончил работу, он начал давать мне рекомендации. — так, не есть двенадцать часов, это может очень плохо повлиять на организм, но такова жизнь… пить можно уже после трех часов, и только воду! Языком дыры не трогать. Сам знаешь. Я поддакивал, почти не слушая, а запоминая только цифры — дальше уж сам разберусь. Действительно, не первый же раз. — у вас очень красивые глаза, — вырвалось все же вдруг. Я говорил с трудом после заморозки, но, думаю, это было сложно не разобрать. Я готов был сгорать от стыда на месте, страх значительной части моей жизни — сказать одну из таких мыслей вслух — сбылся. Позор мне. Теперь уж точно. Но доктор только мило рассмеялся и сказал: — спасибо, Херти. Казалось мне, мое имя из его уст звучит как-то по-особенному. Мне очень нравилось, как он его произносил. Я лежал и обдумывал свои сегодняшние действия. Лежал я в стоматологии, они решили оставить меня на ночь, а я и рад был, так как в общежитие мне ехать на другой конец большого города, да ещё и не имея с собой после приема денег, не особо хотелось. И зачем я это сказал? Если я буду открыто говорить всем красивым людям, что они мне нравятся, меня посчитают сумасшедшим. Чтобы избавиться от голода, я уснул. Проспал всю ночь, хотя лег ещё ранним вечером… что ж, сейчас нужно будет почистить зубы, поесть, ещё раз почистить зубы и потопать в кабинет врача. Я вздохнул и встал с кровати и пошел по коридору, обдумывая свои наклонности. «Есть такая вещь, как бисексуальность. Думаю, она мне присуща, потому что я могу находить привлекательной и женщину, и…» — мои мысли прервала его улыбка. «Ну нет, черт побери, только не снова. Я ненавижу это чувство, оно внушает мне какую-то безысходность, пожирает, а убрать его может только тот, кто мне в этот момент нравится» — я вообще человек довольно влюбчивый. Даже скрывать не буду, что мне нравится новый доктор. Но внешность это одно, надо бы узнать его получше. Да. Пока он будет оформлять документы сегодня, я буду задавать ему вопросы. Так я и делал. Он заполнял мою медицинскую карту, оставляя там каким-то неразборчивым врачебным почерком записи. Ломать себя пополам мне не пришлось — Треш сам завел диалог. — как соседние зубы? Не болят? — не болят. — а болели? — не знаю, я пришел и лег спать. — хах, обезболивающие они такие… — как вам сегодняшняя погода? — худшее, что я спрашивал. — погода? Даже не знаю, какой сегодня день недели, потому что в бланках надо писать только число, а живу я прямо здесь. Развернутый ответ на такой глупый вопрос? Моя социофобия ликует. — ты сам-то как? Здесь тоже проживаешь? Может, будем друзьями? Ни я, ни он сам последних слов не ожидали. — давай!.. те… — давай на ты. — угу! — да ты прям сияешь. Как будто у тебя друзей нет. Мне 19 лет, и у меня нет друзей. Он попал в точку. — ой, да ладно тебе. Не расстраивайся, теперь же есть. Он более открыт, чем я думал, просто слишком любит свою работу.