Кто такой Крис?

      Коридор школы. Я вздыхаю, плетясь по нему в сторону котельной.       Забавно, что в этот раз я не нуждался в приезде автобуса, буквально за несколько секунд, то есть один взмах кисти, оказавшись здесь и медленно плетясь ногами по коридору.       Дверь внутрь котельной открывается со скрипом. Думаю, я больше не буду утопать в мыслях и размышлениях по поводу чего-либо. Хотя, кажется, моë мышление остаëтся водянистым, и я не замечаю, как мысли в голове начинают почти что выбираться из неë, оставляя после себя ощущение пустоты.       Кажется, я чувствую дежавю. Возможно, в своей голове когда-то я уже говорил, а точнее, думал о чëм-то подобном в, скорее всего, ином месте, или ещë более давно... Моя память подводит меня. Порой появляется желание забыть всё, но, увы, мне нельзя этого делать.       Со вздохом я делаю шаг вперëд. И взгляд проходится по всему, что здесь находится. По предметам, перечислять которые не имеет смысла. По Дриму, стоящему с руками, сложенными на груди, и смотрящему на меня со странной улыбкой. Пропустив воздух через зубы, я начинаю подходить. На что он открывает рот. — Привет, Инк... Ты странно выглядишь... — и снова это выражение лица. Мои руки падают на него плечи, и я вглядываюсь ему прямо глаза, до сих пор не понимая, что же с ними не так. — Инк? — кончики носа и ушей вновь слегка краснеют, я же закрываю глаза, встряхивая того. — Хватит! Более я не собираюсь играть с вами! Давай, покажи своë истинное лицо! Чего ты хочешь сделать с этим местом!? Стереть его навсегда!? — Я выбираю злое лицо. Устрашая мечтателя настолько, насколько это возможно. — Я люблю тебя, Инк...       Он опускает голову вниз, а затем прячет лицо в руках. Его плечи начинают подрагивать. Убрав руки с его плеч, я скрещиваю их на груди. — Вот как. — Да, Инк! Я уже давно любил тебя. И вновь пришло моë время высказаться, раз ты не хочешь "играть". Наверное, тебе плевать на то, почему сгорел Гастер, но это произошло из-за меня. Из-за того, что я люблю тебя. — мечтатель выдохнул. Кажется, ему стало сложно говорить, но затем пришло то, чего я не ожидал. Он схватил меня за плечи. — Я понимаю, что из-за того, что ты ничего не чувствуешь... Моя любовь никогда бы не имела ответа... И я утопал в мгновениях счастья. Я старался забыть тебя. Пиво, сигареты, Кросс, в конце концов! — У Дрима была связь с Кроссом? Я не знал. Блондин же встряхнул меня. — Но ничего не помогало! Ты был всегда в моей голове... Ты постоянно делаешь мне больнее, чем мой рак сердца! И... Я убил себя... — Убил? — я переспросил, ибо хотел понять, в каком смысле он это говорит. Если он может, как и я... — Да. — гад, прервал мой поток мыслей. — Теперь я Мëртв. И да, Инк. В этом была и доля твоей вины. Мне не было никогда настолько больно. Даже из-за Кросса и его влюблëнности в Эпика... Но... Но когда я увидел твой поцелуй с Киллером... Это было конечной точкой. Извини, Инк. Я не собираюсь обвинять тебя в его исчезновении, хотя, наверное, оно и впрямь произошло из-за тебя... Я просто... Я... Я просто люблю тебя, Инк!       Я сжал кулаки, чувствуя, как непроизвольно стискиваю зубы. — Да что ты знаешь... о любви? — непроизвольно и неосознанно я хмурюсь.       Дрим же в свою очередь опускает голову, кладя руку на область сердца. — Да уж... Наверное, чуть больше, чем тот, кто не чувствует эмоций... — от Дрима следует выдох, и он выпрямляется, расправляя руки в стороны. — Помнишь, ты спрашивал, что с моим глазом? Смотри...       Дрим кладëт руку на свой левый глаз и достаëт его из глазницы. У этого глаза имеются лапки, что начинают шевелиться в разные стороны. Отвратительно. Потом Дрим откидывает его, и это шоу продолжается. —... — я молчу. Слова застывают в горле, и я закрываю глаза, желая не видеть эту картину. Не слышать хруст костей и булькающий звук. Тот, будто Дрим покрывается странной субстанцией.... Или же это уже не Дрим? — Инк, хах, ну взгляни же на меня... На то, как я сильно люблю тебя... И ненавижу одновременно.       Я открываю глаза, быстро принимая боевую стойку и вытягивая кисть подобно своеобразному мечту, вынутому из ножен. Я намереваюсь открыть рот. Закричать. Показать злобу, которую бы хотел ощутить жжением в груди... Но это будет лишь притворство.       Шаг, я бросаюсь первым на чудовище, что начинает смеяться. Намереваясь пробить его грудь кистью, но...       Перед моими глазами появляется вспышка. Странный маяк, как на фотоплëнке, и как тогда, когда ты смотришь в дверной глазок.       Мои ноги удаляются о землю. Я спокоен...       Острая боль от вонзившегося в грудь мокрого щупальца отдаëтся по всему телу. В висках... Но я спокоен...       Автобусная станция. Сидение без пола. Поездка в никуда.       Кровь течëт изо рта. А то, что осталось от Дрима, смеëтся и поднимает моë тело в воздух, точными ударами ломая рëбра.       Я падаю на землю и не вижу всего происходящего. Лишь ноги, что опустившись рядом с моим лицом, пинают меня и вжимают медленно пустеющую голову в землю.       Что... Случилось? *** — Зачем!? — Прости, я подумал... Переделать... — Переделать!? Ты понимаешь, что ты делаешь!? — ... Да... Вполне... — ... Я иду туда. — Но... — Я сказал я иду туда. — ... Это урок... После которого всë вернулся на круги своя. — ... — ... ***       Я открываю глаза. Вместо своей комнаты я оказываюсь в автобусе. Женский голос оглашает остановки.       Я уже проехал школу?       Нет... Чëрт.       Это тот момент, когда я ехал на станцию. Получается, я в очередной раз умер. И проиграл.       Другому бы с этого стало тоскливо... Мне же в очередной раз плевать...       Немного подумав, я решаю проехать дальше станции, на которой бы была наша встреча с Эррором...       Остановка Маяк. Я выхожу из автобуса и встаю сразу же на мокрую траву. Следующая остановка была бы конечной.       Несколько шагов и я иду куда-то вниз. Трава исчезает из под ног, и я ступаю по песку. Может, это видение было знаком? И сейчас я иду по велению судьбы по рябящей местности к огромному белому маяку. Как мотылек, летящий на свет.       Вдох... Говорят, если приложить у уху ракушку, то можно услышать шум моря. На деле это всего лишь звук твоей циркулирующей по ценам крови. Забавно, как это связано.       Незначимый прибой. Ветер, бьющий в лицо. Волны, разбивающиеся о камни... Всë это всегда находится в движении.       Я берусь за область груди... Она болит после поражения и тоже своеобразно движется, как море. Может быть, я опять что-то забыл...? Или наоборот... Недавно вспомнил слишком многое, что мне не под силу.       Я захожу внутрь маяка. Смотрителя здесь давно не было. Фактически, заходи, кто хочет.       Взявшись за стену, я поднимаюсь наверх, и камни будто плавятся под моими руками, а пространство вокруг разваливается, как битые пиксели в экране монитора.       По кругу... По кругу... Какая была изначальная цель...? Что мы придумали...? Что делать дальше...? Правильный ли путь.... Убить всех, кто обладает картами? Те, кто сделал этот мир таким странным... Выходит, затем мне нужно будет и убить себя?       ... Нет.       Я защитник.       Я главный герой, что просто исправит всë и направит в нужное русло.       Я соберу всë! И сохраню это место ценой жизней угроз... Ошибок. А так как у меня нет чувств... Мне не будет жаль... Я не буду корить себя за этот поступок и...       Оказываясь на самом верху я замираю, смотря на лампу — возле неë стоит высокий худой мужчина. Он медленно оборачивается на меня, и его губы приподнимаются. — Гастер?