И что ты сделаешь?

Если бы Сакура могла, то определённо облепила бы дверь всеми известными и неизвестными фуин-печатями, дабы предотвратить нашествие урагана по имени Яманака Ино. Впрочем, Харуно была уверена, что ничто её не спасло бы от энтузиазма подруги. Потому дверь осталась приоткрытой. Чисто на всякий случай. С самого утра. Мало ли когда там Ино принесёт. Шум госпиталя не сильно отвлекал куноичи от работы: чёртовых бумажек собралось столько, что ими наверняка можно было обложить всю Коноху по периметру. Больше макулатуры — не то чтобы более полезной — наблюдалось только в кабинете Хокаге. Шикаку-сан как раз в обед жаловался, что приходится сгружать стопки бумаг на пол, а для свитков уже занесли дополнительную полку. Того и гляди придётся дополнительное помещение оборудовать. Близился официальный конец рабочего дня, когда дверь сначала резко распахнулась, а затем, почти молниеносно, плотно закрылась. Сакура замерла над картой пациента и попыталась слиться с интерьером. Но, очевидно, ей это не помогло. — Итак, надеюсь, ты составила список одежды, в которой ты пойдёшь, — сразу начала Яманака. — Мне нужно всё отсмотреть и выбрать наиболее подходящий вариант. Харуно активно заморгала. — Для начала привет. — Ага. Ну так что? — Э… Я ещё не думала об этом. Мне было некогда. — В смысле некогда?! — взвилась блондинка. — У тебя была целая ночь и утро! И перерывы между этими, — она указала на стопки карт, — прекрасными вещами. — Блин, Ино, какая разница в чём я пойду? Сакуре вопрос казался вполне резонным. Конечно девушка не собиралась идти на свидание в рабочей одежде или тренировочной форме, однако и сильно наряжаться не планировала. «Было бы для кого, — размышляла Харуно, когда принимала такое решение. — Вернее, когда узнаю для кого, тогда и подумаю над этим более подробно». И всё бы ничего, если бы не мрачный взгляд подруги. — Не смотри на меня так! — Сакура замотала головой. — Я пойду в платье. В том зелёном или жёлтом. Вполне сойдёт. Ино с минуту недовольно сверлила её взглядом, видимо, что-то обдумывая. — В любом случае, — начала Яманака, — чтобы свидание повторилось, не мешало бы ему — тому самому ненаглядному — понравиться. Поэтому пойдёшь в зелёном, — она удовлетворительно кивнула. — К глазам хорошо подходит. И не будешь похожа на несмышлёного цыплёнка. Теперь настал черёд Сакуры хмуриться: ещё ни разу она не слышала, чтобы выглядела в своём платье как птенец! Хотя, справедливости ради, на прогулке в нём она была лишь раз… — А может быть, ему нравится жёлтый цвет? — Харуно отложила от себя документы. — Я даже интересов его не знаю, откуда бы быть уверенной в том, что зелёное платье лучше? Ино усмехнулась и широким жестом, словно делала одолжение, откуда-то вытащила сложенный пополам листок. При ближайшем рассмотрении он оказался скопированной вырезкой из анкеты, которую отправляли в загадочное бюро сводников всея Конохи. — И когда ты собиралась мне это показать? — Харуно с любопытством изучала список интересов своего таинственного кавалера. — Когда-нибудь, — Яманака пожала плечами и плюхнулась на стул. — А его предпочтения? Ну… я имею в виду… во второй половинке? Да и возраст хотелось бы знать… — Пф! Предпочтения, очевидно, такие, что ты под них попадаешь. Иначе бы тебя не выбрали. А возраст? Вот и узнаешь! Сакура недовольно засопела. — Опять же, кандидат явно входит в твою… э-э-э… в твоё… — она нервно захихикала, — в общем, в твой предпочтительный диапазон. Может быть, с небольшой, ма-а-аленькой такой погрешностью. Всё же если раскрыть все карты заранее, то велика возможность побега потенциальной половинки. — Допустим, — Сакура устало потёрла виски. — А он шиноби или гражданский? Хотя бы это можно было оставить… — Ха, дорогая подруга, а о чём ты тогда собираешься с ним вообще говорить? — Ино… — медик поджала губы, — что-то я как-то не уверена… — Да? Прекрасно! Значит, подтверждаем! Яманака радостно выловила из кармана ещё одну бумажку. — Ино, я сказала «НЕ»! — Э? На самом деле, — она обворожительно улыбнулась, — я уже подтвердила ваше свидание. И даже назначила дату и время. — Ино!

***

Полдень субботы обычно был тем временем, когда приятно было просыпаться. Но не сегодня. Яманака прилетела домой к семейству Харуно ещё в одиннадцать, но очень удачно попала на завтрак, потому ещё час она разглагольствовала с Мебуки по всем возможным темам. То есть рассказывала последние сплетни. В итоге с двенадцати Ино копошилась у Сакуры в шкафу, пытаясь отыскать то, что идеально подойдёт на сегодняшний вечер. Аргументы по типу «Мы же уже решили с платьем!» и «Ты же сказала, что зёленый цвет подходит к глазам!» совершенно не воспринимались и, казалось, даже не были услышаны. — Я не могу пустить тебя на первое свидание абы в чём! — не унималась Ино, продолжая комплектовать наряды из всего, что вытряхнула из шкафа. Сакура плюхнулась на свободную часть кровати и с видом великомученика наблюдала за стараниями подруги. За сегодняшнее утро она успела трижды передумать идти на встречу с незнакомцем, трижды передумать обратно и трижды решить, что она всегда может использовать шуншин и сдрапать. Особенно будет удобно, если её пара окажется гражданским лицом: он только моргнёт, а она уже растворилась в воздухе! Благо, что Саске научил её эффектным исчезновениям с помощью телесного мерцания. Вот и попрактикуется заодно! — Короче, — с видом эксперта Ино оглядела все свои старания, — пойдёшь в зелёном платье. — М-м-м… — Сакура застонала. — Ты для этого выпотрошила мой шкаф? — Зато я тебе наряды на будущее подобрала. На все случаи жизни! И мне не надо будет беспокоиться о том, как собирать тебя на второе свидание. — Я ещё на первое не сходила! — Ой, подруга, я уверена, всё пройдёт отлично! Учитывая твои вкусы… — Яманака осеклась, завидев недовольное лицо Харуно. — Я имею в виду, что если уж на твой вкус нашёлся человек, то он определённо должен тебе понравиться! — Ладно. Это всё? — С одеждой, ага. Ещё макияж… какой? — Зачем? Ино закатила глаза и возвела руки к потолку. — Ты прикалываешься? — А как же естественная красота? — передразнила Харуно. — Ками, Сакура! Ты же не с Учихой на свиданку идёшь! Да даже не с Узумаки! — О, так ты знаешь, с кем я иду? — тут же оживилась медик. Ино с чувством ударила себя по лицу. — Сакура, приём! Они на миссии! — А… — Ага! Я не имею ни малейшего понятия, с кем ты проведёшь сегодняшний вечер, но я жду очень красочного рассказа завтра утром. Или сегодня ночью, если соберёшься провести её у меня. Сакура тяжело выдохнула. Сейчас сил спорить не было никаких, да и… и что? Нервы это всё. Нервы! Но не могла же она признаться, что нервничает перед встречей. Просто ведь свидание! Ни к чему никого не обязывающее. Не понравятся друг другу и разойдутся. Понравятся… тогда, наверное, можно и подружиться. Или нет. Как пойдёт. Ино с явным недовольством осмотрела косметичку Сакуры, поцыкала и заявила, что они направляются к ней краситься. Да, у Харуно вся косметика приказала долго жить ещё полгода назад. Но она так редко ей пользовалась, что и забыла выкинуть непригодные остатки. Когда ты шиноби, то времени на наведения марафета в жизни остаётся немного. И это даже при условии, что ты сидишь безвылазно в деревне. Макияж не выдерживал десятичасовых операций, например. Да Сакура и так, вроде, весьма привлекательна, зачем лишний раз что-либо рисовать на себе? Отобедав в кафе, куноичи направились в поместье клана Яманака. Иноичи, завидев воинственный настрой дочери, решил даже не выяснять причин, а просто, поздоровавшись, тут же куда-то слинял. Ах, если бы чувство такта передавалось от отца к дочери… Для приличия Ино покопалась ещё и у себя в шкафу, но решила, что зелёное платье действительно лучше всего подойдёт для вечера. — Может быть, сделаем макияж в стиле… — Ино, пожалуйста! Я хочу быть собой! Самостоятельно мне всю эту красоту потом не повторить, не надо! — Ладно… На «лёгкий и естественный» макияж ушло всего десять минут. По крайней мере, у Яманака. Сколько бы с ним страдала сама Сакура — вопрос, покрытый мраком. Да и не собиралась она заниматься подобными экспериментами. Несмотря на то, что шкаф выворачивали дома у Харуно, бардак был почему-то в комнате у Яманака. Ино торжественно заявила, что это творческий беспорядок во имя великой цели! А после добавила, что у неё всегда так, когда она собирается на свидания или какие-то мероприятия. Без двадцати пять Сакура стояла перед зеркалом и расправляла невидимые складки на платье. Пора было выходить в путь-дорогу, и от осознания этого становилось тревожно. — Благословляю тебя, дитя! — Ино положила руки подруге на плечи и начала подталкивать к двери. — Жду завтра подробного рассказа! А если начнёшь увиливать, то подключу Кушину-сан!

***

Дорога до кафе прошла как в тумане: гул улицы смешался в какую-то непонятную какофонию едва различимых звуков. Сакура нервно теребила лямку сумки, пытаясь привести мысли в порядок. Казалось бы, она взрослая девушка! Шиноби! И не абы какой, а джонин! Харуно не могла припомнить, когда в последний раз она так переживала. Когда на задании её и напарника окружило с десяток врагов? Нет. Когда ей требовалось посреди какой-то глуши с рассечённым боком оперировать Саске? Нет. Когда же? А… Когда она с Седьмой командой сдавала экзамен на генина. Давненько конечно… Глубокий вдох. Сакура остановилась на соседней от кафе улочке. Здесь, на возвышенности, хорошо просматривалась терраса со столиками. Маленькое преимущество для неё, если конечно спутник придёт пораньше. И да, все столики были уже заняты. Шестой столик от входа, в углу, над ним вьюнок. Выдох. Наконец-то она смогла успокоиться. Всё же она была уверена в себе, а каким-то свиданием с незнакомцем её точно не испугать! Итак… Шестой. Сакура глупо заморгала. Пересчитала ещё раз. Над ним вьюнок. Всё сходится. Сердце подозрительно быстро забилось, и девушка почувствовала, как краснеют щёки и уши. Нет-нет-нет! Она же — вот прям она, Сакура! — не могла сейчас к нему вот взять и подойти. Как? Они же знакомы! Это будет жутко неловко… «Что же делать? Что же делать?! Всё равно с ним ничего не получится! Надо… надо… что же надо?..» Харуно начала явно паниковать, прикидывая куда можно деться и как из этой ситуации вообще вылезти так, чтобы никого не обидеть и не винить себя в глупости до конца жизни. «А! Я же шиноби! — она мысленно ударила себя по лбу и тут же просияла улыбкой. — Хенге!»