Небесная лира

Двое запыхавшихся подростков с мечущимися взглядами — немного не те посетители, которых Дилюк ожидал увидеть ночью в таверне. К тому же, мальчишки ввалились внутрь и захлопнули дверь столь поспешно, будто за ними гнались. — Нам нужен столик, чтобы… ммм… чтобы никто не мешал, — с кривой улыбкой, должно быть, пытаясь выглядеть непринужденно, попросил один из них. Венти. Молодой бард, хорошо известный в Монштадте, впрочем, Дилюк знал этого мальчишку чуть более, чем хорошо. Второго встречал тоже — новобранец Ордо Фавониус, бравый новичок Итэр, который накануне помог в отражении атаки на город и был удостоен звания «Почётного рыцаря», несмотря на юный возраст. — Ты ведь бард, разве тебе не нужно, наоборот, быть в центре внимания? — видя, как нервничают и переглядываются гости, Дилюк не удержался от подначки. — Платное выступление я дам в другой раз, — покосился Венти на дверь и натянуто улыбнулся. Снаружи послышался топот тяжелых сапог, поэтому Дилюк более издеваться не стал. — На втором этаже сейчас почти никого, — проговорил он в спины моментально рванувших наверх подростков. Что-то натворили, не иначе. Подозрения подтвердились спустя мгновения, когда на пороге «Доли ангелов» возникли храмовники из собора. Вооруженные клинками, они не выглядели теми, с кем можно шутить. — Мы преследуем двоих воров, пытавшихся похитить Небесную лиру, — сухо обронил один из них. — Они зашли сюда. — Пробежали к черному входу, — Дилюк дисциплинированно указал направление, в котором вполне могли бы скрыться воры, если бы спешно не поднялись сейчас на второй этаж, прихватив с витрины бутылку вина. С этим вопросом мужчина собирался разобраться тоже. Как только храмовники умчались прочь, Дилюк предупредил бармена, чтобы тот ни во что не вмешивался, а сам не спеша поднялся на второй этаж. Там, за дальним столиком, и обнаружились беглецы. — Верни бутылку вина, которую ты украл, — сходу потребовал Дилюк. Венти дёрнулся, мгновенно вскочил с места, и бутылка со звоном разлетающегося на осколки стекла грохнулась об пол. — Я компенсирую, — побледнел юноша. Его взгляд метался с лужи и осколков на хозяина таверны. — Выступлю у вас тут. Эм. На целый вечер?.. Итэр в это время пытался потихоньку сгрести осколки носком сапога под стол. — Дело не в деньгах. Ты не выглядишь достаточно взрослым, чтобы пить вино, — Дилюк до поры опустил момент с мелкой кражей, то есть, мелкой по сравнению с Небесной лирой, одним из тщательно оберегаемых символов города Монштадт. На это замечание Венти лишь закатил глаза, скорчив недовольную гримасу. Дилюк хмыкнул, про настоящий возраст «барда» он узнал не так давно из болтовни опьяневшего Венти и сначала не поверил, но вскоре убедился, что мальчишка и впрямь Анемо Архонт. Конспиратор из Венти был аховый. — И зачем вам понадобилось красть Лиру из хранилища собора? Оба вздрогнули и потупились, Итэр при этом чуть покраснел. Ну, не совсем безнадёжны, ладно. — Мы не крали, — одинаково заспорили они. — Не успели? — понимающе хмыкнул Дилюк и сел на скамью за тот же столик. Юноши переглянулись и Итэр уныло кивнул. — Спасибо, что не выдал. Они так разозлились все. — Ещё бы не разозлиться, когда известный бард и почетный рыцарь идут на воровство. Даже не буду спрашивать, зачем она вам понадобилась, но неужели не нашлось другого способа? — Мы пытались, но сестра Геттлинда и слушать ничего не стала, сразу прогнала, — пожал плечами Итэр и покосился на Венти. — Не надо было тебе ей говорить, что ты Барбатос. — Ай, да ты тоже толком не смог соврать, — Венти на секунду сконфуженно отвёл взгляд. — Документы съела Паймон? — Ну так у меня их не было! — Вот и не надо было вообще говорить! — Так, стоп, — Дилюк хлопнул по столу ладонью в кожаной перчатке. Не верилось, что Анемо Архонт вот так запросто открылся людям. Интересно, какими словами он об этом объявил, что ему не поверили. — Кажется, вы, парни, немного не представляете последствий своей выходки. Нашли что и у кого воровать. Уверен, вас уже объявили в розыск через Ордо Фавониус, вскоре найдут и арестуют. Будет суд. Могу предположить варианты от тюрьмы, исправительных работах на рудниках или изгнания из Монштадта. И звания вам тут не помогут, слишком серьёзное преступление. Мужчина спокойно взирал на враз побледневших юношей, до которых, кажется, начало доходить, что именно они натворили. — Но… Но они не могут! — округлил глаза Итэр. — Мы же ничего не взяли! — Мы хотели с помощью лиры вылечить Двалина. Рыцари его просто убьют, а он хороший дракон, — шмыгнув носом совсем не по-архонтовски, сообщил Венти. — Не говори никому, что видел нас, ладно? Дилюк смерил мальчишек задумчивым взглядом. Он всё не мог взять в толк, почему Барбатос попёрся воровать собственную реликвию из своего же храма, вместо того, чтобы просто её забрать. И зачем ему для этого потребовалось вмешивать Итэра. — Я-то не скажу, но едва ли вам удастся долго прятаться с такой приметной внешностью. Сколько горожан видело ваш забег от храмовников? — И что тогда делать? — сглотнул Итэр. Похоже, видело много. — Как-то не хочется в суд. Венти закусил губу, в суд ему не хотелось тоже. Не как преступнику, загубившему себе репутацию всего за одну ночь. — Например, вы можете сейчас вернуться в собор, объяснить свой поступок и принести извинения, — подумав, предложил Дилюк. — Раз вы не хотели ничего дурного, думаю, они согласятся не доводить до суда. И… пожалуй, мне стоит пойти с вами. Не то опять наговорите ерунды про Барбатосов и Паймон, — с улыбкой припомнил он недавние объяснения ребят. Если Итэр с надеждой посмотрел мужчине в глаза, то Венти только больше побледнел и замотал головой: — Нет, нет, нет, мне нельзя! Это вон Итэру ничего не будет, он же весь из себя почетный рыцарь и герой. Его прикроют Ордо Фавониус, а за меня некому заступиться. Он зажмурился и сжал кулаки. Выглядел Венти при этом так несчастно, что Дилюк не сдержался и погладил мальчишку по голове. — За тебя заступлюсь я. Уверен, что смогу убедить настоятельницу не наказывать вас слишком строго. От слов про наказание Венти вздрогнул и сжался сильнее, но через мгновение уже просительно заглядывал мужчине в глаза. — А может, никак не надо? Скажи ей, что мы больше не будем и всё такое. Наблюдая за тем, как ветерок отчаянно трусит, Дилюк не просто не согласился избавить мальчишек от наказания, он вознамерился просить настоятельницу об одном конкретном, если это не придёт в голову ей самой. Возможно, в другой раз оба подумают прежде, чем нарушать закон, если им какое-то время будет затруднительно сидеть. — Надо. Или справедливость не для тебя, Венти? — прищурился Дилюк, а потом с намёком посмотрел вниз на осколки разбитой бутылки. — Быть вором веселее, чем бардом? — Нет! — как-то совсем отчаянно воскликнул мальчишка. Его дыхание сбилось, пальцы нервно сжимались в кулаки и тут же разжимались, а на щеках заалели неровные пятна. — Я не… всё не… Да они же не поймут! — наконец несчастно закончил он, совершенно растеряв красноречие. — Поймут. Для этого мы и пойдём туда вместе, — убедившись, что в целом Венти не возражает идти объясняться со служителями собора, Дилюк повернулся к Итэру. — А ты что скажешь? На что юноша невесело пожал плечами. Идея что-либо красть его покоробила с самого начала, и теперь он жалел только об одном — надо было не вестись на подначки Венти, а отказаться. Да и приятеля от дурости удержать. — Скажу, что надо идти, пока нас не объявили в розыск. Извинимся, что ли. Ты точно не дашь им нас арестовать? Дилюк кивнул и поднялся. — Тогда идём сейчас, время не на нашей стороне. В темноту улиц из таверны, в сопровождении Дилюка, выходили двое понурых подростков, которым до одури не хотелось возвращаться на место преступления. Они шли медленно, едва переставляя ноги, и мужчине это вскоре надоело, он ведь сказал им, что время не ждёт. Того и гляди, набегут если не храмовники, так рыцари, и попробуй им объясни, что мальчишки уже сами идут сдаваться. Впрочем, был один способ. — Ай! — удивлённо пискнул Венти. — Ты чего?! — одновременно с ним возмутился Итэр. — Так будет видно с расстояния, что вы уже задержаны бдительным горожанином и в немедленном аресте нет смысла, — усмехнулся Дилюк, чуть подворачивая удобно ухваченные уши и вынуждая зашипевших парней шагать быстрее. Спасать драконов, это, конечно, дело благородное, но методы оставляли желать лучшего, и Дилюк собирался преподать Венти и Итэру запоминающийся урок. На подходе к собору им повстречался патруль, позже храмовники стали попадаться всё чаще. Дилюк продолжал невозмутимо двигаться вперёд, словно бы не вёл рядом с собой двоих смущённых подростков, крепко удерживая каждого за ухо. — Поймал вот, — пояснил он удивлённым стражам на входе в собор. — Веду к настоятельнице на воспитательную беседу. Они неплохие ребята и всё сейчас объяснят. — Кхм, — старший по званию справился с удивлением первым и отошёл, пропуская странную компанию внутрь. — Проходите. Мы проводим. Теперь впереди них шёл храмовник, показывая куда идти, а позади ещё трое, вероятно, готовых вмешаться в непредвиденных случаях. — Ужас какой, — одними губами прошептал Венти. Давно ему не было настолько мучительно стыдно. А ведь выходка поначалу казалась такой веселой, и вот оно как обернулось. Итэр старался не смотреть на лица рыцарей и храмовников, чтобы не наталкиваться на непонимающие взгляды. Он молча позволял вести себя за ухо и только всё больше смурнел. Почётный рыцарь, угу. Вор. Очень почётно получилось, ничего не скажешь. Перед настоятельницей Дилюк поставил пристыженных мальчишек, достаточно проникшихся ситуацией, на его взгляд. Оба молчали, явно не зная, как начать объясняться, но тем лучше для них, поскольку если бы они начали хорохориться, то повлиять на решение храмовников было бы не в пример труднее. Рассказ о причинах дерзкого проникновения в хранилище не занял много времени. Настоятельница внимательно выслушала рассказ Дилюка, а также робкие «простите» и «не повторится» в исполнении Итэра и Венти. Вздохнула и покачала головой. — Что ж, у вас были мотивы так поступить, и мотивы благородные. Только поэтому я согласна с мистером Рагнвиндром, что спешить с арестом и судом не стоит. Однако и радостно вскинулись парни рано. — Афишировать дело мы не будем, но и вы, молодые люди, должны понимать, как гадко поступили, пробравшись ночью в собор, словно воры. Пытаться украсть реликвию! Немыслимо. Следовало пойти в Ордо Фавониус, рассказать о своём плане и получить разрешение, тогда вы смогли бы использовать Небесную лиру на законных основаниях. Что теперь прикажете с вами делать? Без примерного наказания подобное оставаться не должно. Итэр вздохнул. Да, можно было сходить к магистру Джинн, но ждать лишний день не хотел никто из них. — Настаиваю на мягком варианте, — вновь заговорил Дилюк. — Уверен, они не подумали, как эта выходка будет выглядеть со стороны. Мужчина уже давно не держал Итэра и Венти за покрасневшие уши. Заметив, как потряхивает Венти, Дилюк положил ему руку на плечо и легонько сжал. — Да, пожалуй… — задумалась настоятельница. — Не подумали. Принесите ученические розги, — повернулась она к стоящей рядом сестре. — Такие же, как для послушников их лет. В силу возраста им хватит. Займётесь, мистер Рагнвиндр? — Разумеется, — кивнул мужчина. А вот Венти под его рукой ощутимо дёрнулся. — Какие ещё розги, я против, — тихо зашипел он Дилюку в ухо. — Не так, не при всех! Итэр тоже занервничал, разве что за меч не схватился. Дилюк сжал плечо и ему. — Ну-ка, тшш. Сумели натворить дел, а как пришло время отвечать — струсили? — и, уже настоятельнице. — Не возражаете, если мы куда-нибудь отойдём от лишних глаз? — Можете подняться на ту лестницу и зайти за ограждение, оно высокое и сплошное, — сказала настоятельница строго. — С такого ракурса ничего кроме лиц мы не увидим, но услышим всё. Согласна немного поддержать мальчиков в их стыдливости, но они должны накрепко запомнить этот урок. Дилюк кивнул, соглашаясь, а Венти побледнел и закусил губу. Итэр нервничал не меньше, а уж когда сёстры принесли тонкие ветки, стянутые по четыре штуки на манер каких-то хищно выглядящих веников… тут уж стало совсем не до смеха. Между тем, Дилюка, казалось, не смущало вообще ничего. Розги он забрал и кивнул мальчишкам в сторону лестницы. — А может, ты не будешь? — на ходу тихо запротестовал Венти. Его, в отличие от Итэра, приходилось почти тащить. — Мы так, покривляемся, как будто больно. Ну Дилюк! Однако понимания юноша не встретил. — Напомнить, за что? — отозвался мужчина. Венти не хотел, чтобы напоминали, но его хватило ненадолго. Когда Дилюк, ничуть не сомневаясь, поставил обоих к ограждению и велел спускать всё ниже пояса, то Итэр подчинился, пусть очень медленно и смущённо. А Венти заспорил опять. — Но меня никто, никогда раньше. Я не выдержу. Давай без вот этого вот, а? — Оставишь друга отдуваться за вас обоих? — прищурился Дилюк. — Да нет же! Просто… просто… Ну, это же мою репутацию совсем доконает. Мальчишка набычился и вцепился в пояс своих нарядных шортиков так, будто их собирались стянуть с него насильно. — Репутацию барда? — тихо уточнил Дилюк. Может, Итэр ещё слышал, а вот стоящие внизу монахи — нет. — Хорошо, тогда как насчёт репутации Анемо Архонта? Иди расскажи им, кто ты на самом деле, но тогда придётся заодно объяснить тем людям, почему их любимый Барбатос так себя ведёт. Лицо Венти закаменело. — Ты знал, — прошептал он. — Знал, и это ничего не меняет. Венти, — смягчил тон мужчина, — ты мог просто забрать Небесную лиру, не вмешивая сестёр, Итэра и не устраивая этот балаган с кражей? Некоторое время мальчишка сумрачно молчал и хмурился, потом покосился на Итэра, который тоже ждал ответа… и кивнул. — Мог. Только это было бы слишком скучно. Эй, Итэр? Ты что? Венти заволновался, когда в ответ на его аргумент новый друг поморщился и отвернулся. Итэр, в отличие от барда, к наказанию уже подготовился и не спорил, так как счёл, что получить по заднице лучше, чем оказаться за решёткой. На Венти же он сейчас даже смотреть не хотел. Скучно, значит. — Итэр? — опять растерянно потянулся в его сторону Венти, но был перехвачен за локоть Дилюком. — Теперь не скучно? Понравилось играть чувствами людей? — Нет же! Я, ну, не подумал, — сбивающимся голосом признался Венти. Он посмотрел на прутья в руке мужчины, на ожидающего Итэра, который уже стащил с себя всё ниже пояса, включая бельё и сапоги, покосился на стоящих внизу служителей храма и опустил голову. До Дилюка донёсся слабый всхлип. — Теперь будешь. Думать, — проговорил мужчина, глядя, как неловко Венти пытается справиться с застёжками, но из-за всхлипов и дрожащих пальцев получается не очень. Решив, что таким темпом это шкодливое чудо будет разоблачаться до утра, Дилюк вмешался. Отложил прутья и в первую очередь расстегнул мальчишке плащ и убрал беретку. — Возьмись за ограждение, — посоветовал мужчина и сам поставил Венти вплотную к высокому бортику, к которому тот немедленно прислонился грудью и даже чуть перегнулся вперед, для надежности зацепившись локтями. Итэр встал рядом в похожую позу, он старался не думать о том, как выглядит со стороны Дилюка, разве что немного нервно переступал босыми ногами в ожидании взбучки. О рассержанных монахинях внизу не думать не получалось: да, им оттуда видны только лица, плечи и судорожно стиснутые на ограждении пальцы, но Итэру хватало и этого, чтобы ни на секунду не забывать о собственном уязвимом положении. К тому же, они всё услышат, да и сомневался парень, что удержит лицо, вон у Венти глаза уже на мокром месте, а ведь порка ещё даже не началась. Итэр зажмурился и ещё раз клятвенно пообещал себе больше никогда ничего не воровать, даже руководствуясь благими намерениями. Не после такого испытания уж точно! Тем временем Дилюк деловито раздевал Анемо Архонта, который, впрочем, выглядел как накосорезивший испуганный подросток, а вовсе не как Архонт. Снизу ему мужчина снял всё, оставив мальчишку с голыми ногами и попой, а вот расшитая кружевами блуза наказанию не мешала, поэтому её Дилюк лишь подвернул повыше, закрепив на уровне лопаток заколкой, вынутой из Вентиных же волос. Что ж, теперь к порке были подготовлены оба. Осмотрев композицию из двух нервно ёрзающих у бортика юношей, готовых принимать строгое наказание за нарушение закона, Дилюк кивнул своим мыслям и взял первый пучок, состоящий из четырёх тонких розог. Он собирался сделать так, чтобы воровать (или притворяться ворами) обоим ещё долго не хотелось. — Начинаем, — объявил он громко, и, уже тише, добавил: — Готовы? — Д-да, — Итэр еле заставил разжаться напряжённые губы. — Нет! Нет, стой, — заторопился Венти и даже руками прикрылся. — Сколько раз? — Руки, — строго обронил Дилюк. — Будешь так дёргаться и мне придётся уложить тебя на ограждение животом, чтобы не вертелся. Руки Венти неохотно убрал, опять вцепившись в бортик, но вертеться не перестал. — Так сколько? — Столько, сколько потребуется, чтобы ваши задницы горели огнём и при каждой попытке сесть напоминали о том, что продумывать последствия надо заранее, — Дилюк жёстко развернул Венти за шиворот и, размахнувшись, хлестнул розгами по вздрогнувшим ягодицам. — А не после того, как переполошили весь город и вынудили гоняться за собой представителей двух структур. — Ай! Взвизг мальчишки Дилюк прокомментировал строгим: «А ну не вертись», и наградил теперь уже Итэра таким же болезненным стежком. Тот дёрнулся, но остался стоять на месте. Мужчина не знал, насколько уязвим к боли Анемо Архонт, да и о выносливости новобранца Ордо Фавониус осведомлен не был, поэтому решил отталкиваться от реакции воспитуемых, а не объявлять сухую цифру ударов, с которой можно ещё и не угадать. Так Дилюк и порол обоих по очереди: удар Венти, удар Итеру. Розги щедро распределялись по обеим попам, обжигая их болью и окрашивая в цвета искупления провинностей, под аккомпанемент взвизгов, охов и дрыганье ног. — Хва… ой, хватит! Ммм, йааау! — терпеть наказание у Венти не получалось совсем. От непривычной резкой боли пониже спины он быстро забыл держаться за ограждение, вертелся, приплясывал и пытался закрыть попу руками. Вначале Дилюк ухватил барда за шкирку. Когда это не помогло, завернул ему руки за спину, но Венти продолжал каждый раз извиваться и пищать. Хотя бы с Итэром таких проблем не наблюдалось, рыцарь-новичок терпел изо всех сил, оставаясь на месте самостоятельно. Но и он время от времени подпрыгивал от боли и пытался увильнуть задницей от розог. Опасаясь нахлестать что-либо помимо воспитательных мест, Дилюк осуществил свою угрозу: приподнял хнычущего Венти и уложил животом на ограждение, крепко придавив за поясницу свободной рукой. Сердитым служителям храма всё ещё не должны были открыться неодетые части тел мальчишки, а вот пространства для манёвра у Венти изрядно поубавилось. Оценивающе взглянув на Итэра, Дилюк счёл, что и ему не повредит. — Итэр, подай мне свежие прутья и ложись так же, — велел он охнувшему пареньку. — Но… — подавать розги, которыми так больно прилетало по заднице, Итэру хотелось меньше всего. Новыми-то будет ещё больнее… — Мы ещё не закончили. Или тебе помочь? — Не надо, — смущённо буркнул Итэр, и, бочком прошагав к куче сложенных прутьев, взял новый пучок. Как же много тут! Он мог лишь надеяться, что на своей заднице испробует не все. Подав Дилюку розги, Итэр подтянулся и лёг на бортик. Ноги при этом беспомощно повисли, не доставая до пола, а зад оттопырился, заставив юношу смутиться сильнее и сжаться в ожидании боли, которая не заставила себя ждать. Дилюк порол жёстко, наказываемых не щадил, а на писки и ёрзанья не обращал внимания ровно до тех пор, пока эти самые писки и ёрзанья не поумерились, сменившись на совершенно несчастные всхлипы. Остановив руку, Дилюк отложил истрепавшийся пучок и погладил мальчишек по взмокшим спинам. — Больно, — пожаловался Венти. Сбежать он не пытался, пусть и мог, что для мужчины было лучшим показателем того, что мелкий Анемо Архонт в целом согласен с наказанием. — Конечно, больно, так и должно быть, — проговорил Дилюк, давая провинившимся немного прийти в себя перед финальным закрепляющим воздействием. — Ничего, всё почти закончилось. — Почти? — зацепился за оговорку Итэр. Он помнил, сколько прутьев принесли храмовники. Количество по-прежнему внушало трепет. — Не надо больше, мы же всё поняли и больше не будем, — подняв заплаканную мордашку, Венти жалобно уставился на Дилюка. Однако разжалобить мужчину было сложно. Он поднял одиночный, более мощный прут, и на пробу взмахнул им в воздухе. Характерный свист заставил юношей испуганно ахнуть. — Осталось закрепить урок. Сильно. Больно. По пять раз каждому, — строго пояснил Дилюк, подходя к Итэру, с ним он решил закончить первым. — Ты помнишь, за что наказан? — П-помню, — голос невольно дрогнул, и Итэр поспешно отвернулся и зажмурился, чтобы не видеть страшный прут. — Хорошо. Надеюсь, запомнишь накрепко, — перед тем, как ударить, Дилюк размахнулся от души. Итэр взвыл и задрыгал ногами, но это была только первая розга из пяти. Второй удар обжёг попу ниже, следующие два пришлись на самый низ ягодиц, вызвав наиболее активные извивания. А заключительным и самым сильным стежком Дилюк прошёлся по центру ярко-красной напоротой попы, оставив болезненного вида выделяющуюся на общем фоне полосу, цветом уже ближе к бордовому. — Всё. Ты молодец, выдержал. Оставив всхлипывающего «почетного рыцаря» лежать и успокаиваться, Дилюк взял свежий прут такой же толщины и подошёл к Венти, который, кажется неосознанно, пытался отползти от мужчины подальше. — А с тобой труднее, — максимально сурово произнёс Дилюк. — Судя по тому, как ловко ты стащил бутылку в таверне, воровать тебе, похоже, нравится. С этими словами мужчина крепко стегнул Венти по уже хорошо напоротой заднице. — Айааааай! — задёргался тот. — Стой-стой-стой, какой нравится, причем тут нравится, я не бууууду! — О да, ты не будешь, — Дилюк, дублируя воздействие на пятую точку Итэра, стегнул ниже. — Потому что если я ещё раз поймаю тебя на воровстве, то перекину через колено и так отшлёпаю, что искры из глаз посыпятся, — зловеще пообещал мужчина и дважды сильно хлестнул заверещавшего Анемо Архонта по тем местам, где попа переходит в ноги. — Да не буду же я-ааааа! — успел вставить Венти перед финальным ударом по заднице. — Аааааааа! — Ну, всё, раскричался, — по-доброму проворчал Дилюк, поглаживая мальчугана по спине. Итэр к этому моменту уже успокоился и предпринимал попытки слезть с бортика. Дилюк подхватил его рукой и поставил на пол, кивнув на сваленную в двух шагах одежду. Если молодой рыцарь неплохо справился с испытанием сам, то Венти расклеился совершенно. Когда он сполз с ограждения, то стоял и всхлипывал так несчастно, что пришлось Дилюку вмешаться опять. Мужчина приблизился и погладил мальчишку по голове, легко взъерошив растрепавшиеся волосы. И удивленно выдохнул, когда Венти вместо того, чтобы отмахнуться или отпрянуть, стремительно прижался к нему в ответ, крепко обхватив руками. — Эй. Всё закончилось, всё уже хорошо, — утешающе проговорил Дилюк. Ему потребовалось ещё какое-то время обнимать и гладить по голове всхлипывающего паренька, до тех пор, пока тот не перестал дрожать и не успокоился. Вниз, к настоятельнице, мальчишки спускались уже без стеснения. В конце концов испытание осталось позади, ошибки исправлены, а то, что сзади под штанами до сих пор болит, ну так что же, пройдёт. Задерживать их храмовники не стали, лишь настоятельнца одобрительно покивала на очередные негромкие извинения. — Теперь идём в таверну, буду отпаивать вас соком, — проговорил Дилюк за порогом собора. — Со сладостями. — Идём, — радостно заулыбался Итэр. О неприятностях он уже почти позабыл. А Венти отвёл взгляд и хотел было отказаться, ему до сих пор было неловко за стащенное вино. Отказаться он не успел, так как Дилюк, увидев колебания мальчика, молча взял его за руку и потянул за собой. Оставлять мелкого Архонта одного после стольких потрясений мужчина не собирался. — Венти, тебе нравятся пирожные? — поинтересовался он. — Да. То есть, — Венти такие вопросы немного сбили с толку. — Но сейчас не до пирожных, Двалина мы ещё не вылечили. Время ещё есть, но… Облик Архонта от облика мальчика Венти отличался только одеждой и крыльями, и потому явиться за Лирой в истинном виде означало стопроцентное и безоговорочное признание. К такому исходу ветерок был не готов и не знал, как теперь поступить. — Спасём мы твоего дракона, не переживай так, — выпускать ладонь Дилюк и не думал, сейчас он мысленно прикидывал, в какую из комнат определить пацанят, чтобы им не помешали отдыхать другие постояльцы. — Вам двоим в любом случае не стоит соваться в логово Ужаса Бури без прикрытия, просто подождите, пока соберутся войска. Небесную лиру тебе даст Джинн, она как магистр Ордо Фавониус имеет на это законное право. — Вообще-то, лира моя, — Венти облегченно хихикнул. Ему было слишком непривычно доверять свои проблемы кому-то, кто ощущался старшим, несмотря на несопоставимое количество прожитых лет. Непривычно, но в то же время приятно. — И кто об этом знает, кроме самого Барбатоса? — хмыкнул Дилюк. — К слову, городу ты её подарил, если мне не изменяет знание истории. Так что уже не твоя. — Нууу, — и не возразишь ведь, действительно подарил. — Давай лучше свои пирожные, я ужасно проголодался. Итэр шёл рядом и вполуха слушал болтовню Венти, и правда оказавшегося Анемо Архонтом. Подозревал и раньше, но убедился только теперь. Стоило спросить, не встречал ли Барбатос за время своих странствий его сестру-близнеца, но об этом Итэр планировал поговорить позже. А Венти впервые за много лет ощущал себя счастливее, чем с бутылкой вина. Ему до странного нравилось держаться за руку Дилюка и просто идти рядом, понимая, что в случае чего в стороне тот не останется. Защитит, поможет и в случае чего не побоится дать по шее. Кхм, или не совсем по шее. Мужчина оказался похож на отца, которого у Венти никогда не было, и это было слишком потрясающе, чтобы немного с ним не задержаться.