***
Для девушек время летело незаметно, и они не заметили как начало темнеть. После недолгого спора компания решила прогуляться по городу до самой поздней ночи. Друзья пришли на какую-то хорошо освещённую улицу, откуда открывался невероятно красивый вид. Видимо, это был парк, потому что было множество лавочек, аккуратных деревьев и кустов, и фонариков, которые как бы направляли человека, куда идти. Тысячи, а может и миллион огоньков освещали улицы. Кажется, Вэгги была не особо впечатлена этой картиной, но зато для Чарли это место её уж очень завораживало и притягивало. На данный данный момент, это её самое любимое место. — Я сюда обязательно вернусь.. — Повторяла сама себе в своих же мыслях блондинка. Никому из друзей не хотелось ничего говорить и как либо потревожить восхищение Чарли этим миром, хоть и для Аластора и Вэгг то, что они видят сейчас было чем-то привычным, при том факторе, что они и не видели всего этого очень много лет. Чарли, ни капельки не стесняясь, пробежала по тропинке парка, до ближайшей развилки, которая находилась далеко от друзей. Она вела себя подобно маленькому ребенку, который очень любил гулять на улицах, наслаждаясь каждой секундой. Её душа настолько чиста и светла, что каждый в Аду задумывался о том, почему она родилась именно под землёй, где не место для радости и счастья. Где царит разруха, похоть, корысть, гнев и другие тому подобные качества. Быть может, произошла ошибка? Может, ей не было предначертано судьбой рождаться среди гнилого отревья? У Ала и Вэгги не было сомнений, что как бы она не хотела вернуться назад, Господь заберёт её к себе. От этой мысли обоим становилось тоскливо, как ни странно. Для Вэгги Чарли– лучшая подруга и даже нечто большее, а Аластор уже успел привязаться к этой чистой душе. Такого не было никогда и это очень странно для него. Что-то в нём сломалось, в эту ночь, что он начал об этом открыто думать. Словно маленькая шестеренка в большом механизме. — Наслаждайся, пока можешь. — Произнесла Вэгги, не отрывая взгляд от Шарлотты. — Прошу прощения? — Повернул свою голову Аластор к одноглазой. — Мы оба с тобой это понимаем. Я-то, может, и попаду в Рай, как и Чарли, а вот ты... — Хитро улыбаясь, Ваггата посмотрела всё-таки на Демона, но более с теплой улыбкой.— Я-то знаю, что она тебе... — А как же Энджел, моя боевая подруга? Этот резкий вопрос от Радио-Демона вызвал у одноглазой странную реакцию. В основном, она не понимала, к чему речь. — А что с ним? Он наркоман, ему только и в Ад. — Спокойно ответила Вэгги. В ответ на это Ал лишь усмехнулся. Отчасти он был рад, что его сероволосая не поняла сути вопроса. Однако фокус внимания Демона вернулся вновь на всю сияющую Шарлотту Магне. Именно она смогла добиться от него каких-либо тёплых чувств, пусть и минимальных. Но всё это ничего не меняет. Он всё тот же Аластор, которого боится практически каждый. Его всё так же забавляют страдания других, он так и остаётся безумцем. Но насколько ему будут нравится страдания Чарли?#12 Тёплые чувства бесчувственного психопата.
13 августа 2023 г., 09:00
Примечания:
Уважаемые читатели!
В комментариях после части будут оставляться письма, стихотворения, и прочие элементы, которые помогут Вам лучше узнать персонажа, и, соответственно, раскрыть его и лор мира. Если Вы желаете погрузиться в сюжет детальнее, то рекомендую к прочтению.
p.s. но некоторые стихотворения будут оставлены без смысла, а только лишь то, что несёт пустая и бренная душа соавтора. 🥲
Счастью девушки не было предела, когда она померила платье. Оно чётко подчёркивало фигуру со всех сторон, и в нём можно сходить на какое-то официальное мероприятие, например в театр.
Как только девушка оторвала взор от зеркала, она сразу ринулась оплачивать платье, даже не снимая его. Свои прошлые вещи она запаковала в пакет, что ей выдали на кассе. А сотрудникам пришлось неплохо так повозиться, чтобы отсканировать штрихкод с платья Демонессы, не снимая её.
Как только Шарлотта вышла из магазина, она сразу радостно крутилась вокруг себя. Как и сама Вэгги, стояла шокировано рассматривая подругу, которая обычно ходила в брючных костюмах, и даже не задумывалась о том, чтобы примерить платье. И очень зря, ведь они ей действительно очень идут.
— Ну… Что скажете? — вышла к друзьям Шарлотта, ярко и мило улыбаясь, хотя девица была немного смущена.
— Будь бы я женщиной, я бы руками и ногами ухватился за это платье. — Сказал Аластор, после чего наткнулся на изучающий взгляд женщин, находящихся в магазине. А особенно выделялась пышногрудая девица, которая ходила вокруг ребят и как бы "нечаянно" задевала мужчину, на что получала максимально холодный взгляд, и смешки со стороны Вэгги.
— А почему, кстати, мы тут стоим? — Обратилась одноглазая к Радио-Демону. — Может, нам тоже стоит зайти туда и что-то себе купить?
— Хорошая идея. Но здесь мне ничего не нравится, однако, думаю, буду рад составить компанию. — С этими словами Аластор зашёл внутрь магазина.
Вернувшись в здание, компания продолжила искать для себя новые вариации костюмов, пробуя разные стили. Чарли, хоть и нашла себе новое платье, хотела намного большего. Вэгги следовала идеям подруги, а Аластору было не очень интересно – он редко кидал взоры на мужские костюмы, или другой тип одежды, но это был лишь пустой взгляд в никуда.
Пройдя немало полок, одноглазая приметила что-то интересное. Это было лёгкое кремовое платье, выше колен с неглубоким вырезом и с серебрянным поясом. В таком платье, в принципе, можно было ходить по улице, вместо того, что у неё сейчас. Но так же, как и Чарли, Вэгг не стала останавливаться на одном платье, и решила посмотреть, что можно было бы купить ещё.
А к Аластору стали приставать и даже домогаться некоторые девушки, что были посетителями магазина. Словно пчёлы, что слетаются на сладкий и волшебный нектар. Но такое излишнее внимание от слабого пола Радио-Демона слишком раздражало.
Казалось, что ещё немного и он попереубивает их тут всех.
Примечания:
«Свет мой, […], здравствуй, на многие лета. А мне, свет мой, вера не имеется, что ты к нам возвратишься. Тогда веру заимею, когда увижу в объятиях своих тебя, света моего. Что ж, свет мой, пишешь, чтоб я помолилась: будто я верно грешна перед богом и недостойна. Однакож, хотя и грешная, дерзаю надеяться на его благоутробие. Ей всегда прошу, чтоб света моего в радости видеть. По сем здравствуй, свет мой, навеки несчётные.» — От […], 1886г.