Две луны в бездонном озере

Всё что я помню — это черный экран. Голоса эхом раздавались в моей голове. И я не могла разобрать, реальны ли они были. — Отпусти её, тетя. — Драко. — Она мерзко протянула это имя. — Эта девка не стоит того, чтобы идти против семьи и перечить. Все голоса слились в единый звук. — Отпусти. — По информации он скоро вернется. — Обливиэйт. Тьма поглотила меня.

***

— Вики! — Джинни обеспокоено вскочила. Я не могла пошевелиться, будто все части тела, включая голову, залили гипсом. — Где я? Мой голос прозвучал так тихо и хрипло, что мне самой было сложно его расслышать. Губы с трудом шевелились. Каждый хрящик в челюсти проскрипел, будто несмазанная дверь, когда я слегка приоткрыла рот. Перед глазами лишь каменный потолок и покрасневшая от волнения Джинни. — Ты в больничном крыле. — На выдохе протараторила подруга. — Как… — Как так у тебя получается? Вот, что меня интересует! — Мимика рыжей бестии быстро сменилась: с беспокойства на обиду. — Не понимаю о чем ты? — Её реакция сбила меня с толку. — Заканчивай эту бесполезную вражду со Снейпом. Он может уничтожить тебя. — Давай не сейчас. — Голос стал значительно громче. — Нет! Сейчас! — Джинни разгорячилась: её щеки раскраснелись, будто она придала им цвет свёклой. — И что ты предлагаешь? — Выдохнула я. — Извинись, Вики. От её слов, по венам растеклась жгучая энергия. Сердце забилось чаще, а к голове прилила кровь. Щеки запылали. Во мне появились силы, и я смогла привстать на локтях. — Ты о чем вообще, Джинни? Он же гад! Полнейший! И всё, что он делал и делает! И я должна перед ним извиниться? — От избытка эмоций я даже заикнулась. — Это ты начала эту войну. — На моем лице проступило удивление, поэтому подруга добавила. — Когда прокралась в его кладовую. Она упрекнула меня! — Да! Но я тебе объяснила причины! — Вики, ты в больничном крыле! — Она начала ходить по одной траектории взад и вперед. — Ни Снейп, Ни Малфой не говорят правду о том, что произошло. Но я уверена, твоё состояние — их рук дело. Она остановилась и посмотрела на меня с пылающим от гнева взглядом. Её карие глаза стали огненно-рыжими — под стать её волосам. — Что произошло ночью, Вики? — Прошипела она. Она была зла. Но не на меня. Если бы Малфой и Снейп были здесь, то немедленно замертво упали бы на пол от одного её взгляда. Будто бы она имела способности Василиска. — Мы пошли на сборы «Умершей» ягоды в Запретный лес. — Начала вспоминать я. — А потом… Потом я помню лишь голос, эхом разнесшийся в темноте: «Обливиэйт» — Не могу вспомнить. Джинни внимательно меня слушала в надежде услышать от меня что-то важное. — Точно больше ничего? Заклинание. Я помню лишь то, как незнакомый или знакомый (не могу разобрать) голос произнес заклинание. Но вдруг мне почудилось? — Обливиэйт. Губы Джинни еще плотнее сжались. — Они стерли твои воспоминания. — Её рука сжалась в кулаке и костяшки на ней побелели. — Я отправлю письмо совиной почтой родителям. Мы не можем это так оставить. Снейп должен ответить за это. Джинни не стала дожидаться моего ответа, а сразу развернулась на каблуках и гордо последовала к выходу. — Я знаю, что в Хогсмиде вы с Фредом замышляли что-то. — Она остановилась у входа. — Если ты еще во что-нибудь вляпаешься, то пинай на себя, Вики. Ушла. Она говорила абсолютно серьезно. Я никогда еще не видела её такой… рассерженной.

***

Мадам Помфри уговорила меня остаться еще на вечер, чтобы последить за моим состоянием. У меня ничего не болело, поэтому я решила пройтись. Но сразу почувствовала слабость в ногах, а в глазах потемнело. Пришлось лечь обратно. По её словам, у меня упало давление, и нужно было его поднимать. На протяжении всего дня, я пила микстуру, содержащую кофеин, и старалась больше есть. Вечером Джинни принесла мне сладости с ужина. Если бы я её дотронулась в этот момент, то меня ударило бы током. Но тревожила меня не только ссора с моей самой близкой подругой во всём магическом мире. Мне стерли память. И я не помню ничего после сбора ягод. Кто её стер? И зачем? Зачем это вообще пригодилось? И почему я отчетливо слышу, как кто-то произносит это заклинание в моей голове? Разве я не должна забыть и это? Всё это казалось мне странным. Память стерли. А вот чувство холода в ногах, тревожность и страх остался. И я понятия не имела почему. К полуночи я смогла крепко заснуть. Возможно, это связано с содержимым кружки, которую мне перед сном посоветовала выпить до дна Мадам Помфри. На рассвете кто-то присел на мою кровать. Но мне так не хотелось просыпаться и открывать глаза, что я просто приняла это как должное. Слишком уж удобная и мягкая была подушка. А поза, которую я подобрала для сна! Восхитительно… Он положил руку на мою голову и провел по волосам. «Прости, Вики» — эхом раздалось у меня в голове, и я вновь провалилась в сон.

***

К обеду у меня появились силы и энергия. Когда я решила попробовать встать с кровати, то ноги уже не казались такими ватными. Голова больше не кружилась, а в глазах не темнело. — Я уже здорова! Чтобы выглядеть здоровее, я натянула веселую и широкую улыбку и стала возбужденно дергать руками. — Но еще вчера, ты едва стояла на ногах, милочка! — Не сдавалась мадам Помфри. — А сейчас даже сальто могу сделать, хотите — покажу? Я уже приготовила руки, чтобы сделать то, чего у меня никогда не получалось. Но Мадам Помфри схватилась за сердце. — Только не это! — Но она сдалась. — Иди с глаз моих долой, Дриторис. Только не забывай мои рекомендации. Пухленькая женщина небольшими шажками отошла на минуту и вернулась не с пустыми руками. Она держала желтый лист пергамента и коробку конфет. — Это рекомендации. — Она протянула мне сверток. Я открыла его и пробежалась глазами.

«Два раза в день — по плитке шоколада (Либо одна кружка горячего шоколада) Один раз в день — кружка крепкого кофе без молока Есть три раза в день (!!!) Никаких резких движений (В ОСОБЕННОСТИ, НИКАКИХ САЛЬТО) Через неделю на осмотр»

От предпоследнего пункта я прыснула, на что встретила осуждающий взгляд. — Это кто-то оставил на твоей кровати. — Она протянула коробку конфет. — Спасибо вам. — Я искренне поблагодарила её за всё, что она сделала для меня.

***

Я отправилась в Большой зал. Все преподаватели и студенты были уже в курсе о происшествии, поэтому сплетен было не избежать. Когда Парвати Патил увидела меня, то сразу же повернулась к Лаванде Браун, и они стали перешептываться. Профессор МакГонагалл с беспокойством разглядывала меня, видимо, чтобы убедиться, что я в порядке. За тем же преподавательским столом сидел и Профессор Снейп: ему было абсолютно плевать на произошедшее. Он даже не удостоил меня своим презрительным взглядом. За Гриффиндорским столом моё место всегда было рядом с Джинни. Когда я присела, то чувствовала себя не в своей тарелке. Но подруга была рада моему выздоровлению и обняла меня. С другой стороны сидел Рон. Он неловко мне улыбнулся и пожелал «больше не хворать». Тот случай в туалете всё еще давал о себе знать, хотя я уже успела забыть об этом. Финниган сел напротив и, поставив локти на стол, опустил подбородок на руки. — Как ты, Вики? — Начал он. — Выглядишь неплохо. — Просто неплохо? — Я кокетливо надулась. — Замечательно! — Рассмеялся он. В ответ я искренне ему улыбнулась. Но быстро отвела взгляд ему за спину в поисках всегда хмурого лица и сжатых из-за напряжения тонких губ. Я встретилась с серыми глазами напротив. Как всегда, среди своих друзей, но при этом отрешенный Малфой сидел и изредка поддакивал им. От его взгляда заколотилось сердце. Напротив него, спиной ко мне, сидела его «закадычная» подружка Пэнси. Она притянулась к нему ближе. Возможно, что-то шепнула, но за её фигурой я потеряла Драко из виду. Из-за этой сцены я непроизвольно сжала руку в кулак. — Ты меня слышишь вообще? — Джинни помахала рукой перед моим лицом. — Ой, прости, я задумалась. — Смущенно призналась я. — Так сильно залюбовалась мной? — Игриво спросил Симус и наклонил голову набок. Серые глаза продолжали следить за мной. — Да, такой ты симпатичный, что невозможно оторваться! — Громко выпалила я. На лице Драко красовалась самодовольная ухмылка. Так неумело получилось вызвать у него ревность? Да. Я приревновала его. И немедленно мне захотелось отбить этот бладжер чувств обратно к его создателю. — Я говорю, что родители рано утром прислали ответ. — Продолжила Джинни. — На моё письмо. Дамблдор вернется в ближайшие несколько дней, уж слишком много дел накопилось. — И все эти дела — разборки между мной и Снейпом. — Ухмыльнулась я. — Не только, но и это в том числе. — Серьезно продолжила подруга. — Еще они сказали, что сейчас в Запретном лесу очень опасно и поэтому, возможно, Снейпу влетит. — Я тебя умоляю, Джинни! Кому от Дамблдора в этой школе хоть раз по-серьезному влетало?! — Дементорам разве что на третьем году моего обучения. — Вмешался в разговор Рон. Да, Дементоры были единственными существами, которые искренне выводили Дамблдора из себя. И всё. Утром из-за занятий некому было принести мне завтрак, поэтому я голодала до самого обеда. Живот уже изнылся. Хоть и Мадам Помфри настаивала, чтобы я поела кашу на воде, которую она делает для больных — я решила, что поем уже в обед. Поэтому положила себе куриное бедро под медово-апельсиновым соусом, запечённую картошку с зеленью и горячий шоколад, чтобы поддерживать давление. Неожиданно в большой зал влетела совиная почта, и мне прямо в руки прилетела маленькая коробочка с бантиком с прикрепленным к ней письмом:

«Используй разумно. И не забудь прислать отчет! Ф. и Д. Уизли»

Я потрясла коробочку и хитро улыбнулась. В ней лежал флакон размером с мизинец, если судить по размеру коробочки. Улыбка быстро сошла с губ, когда я заметила прищуренный взгляд Джинни. Это будет мой завершающий ход, Джинни. Обещаю.

***

Перед очередным отбыванием наказания у Снейпа, я зашла в гостиную Гриффиндора. Сегодня вечером меня ожидала Гермиона для очередных занятий. Мы настолько редко занимаемся, что я каждый раз забываю, что мы делали в прошлый раз. Время было около пяти, за окном красное солнце уже заходило за горизонт. Его яркие огненные лучи проникали к нам в Гостиную и оставляли незамысловатые оранжевые тени на узорчатом ковре. Гермиона уже подготовилась к занятию, пока я саботировала свои очередные позорные шаги в сторону изучения магических заклинаний и рассматривала каждый метр в гостиной в поисках красивой картинки, которую хотелось бы созерцать. К моему несчастью, помимо нас здесь было слишком много Гриффиндорцев. Парвати и Лаванда косились на меня и шушукались за спиной. Джинни с Гарри сидели неподалеку и, кажется, миловались. Хотя внешне всё это казалось лишь невинными шутками, но Дин, который стоял напротив них, очень не по-доброму скалился. — Давай приступать, Вики. — Гермиона раздражительно обратилась ко мне. Конечно, я ведь всё-таки занимаю её свободное время, которое она могла бы провести с пользой. Но, видимо, она любила Джинни не меньше, чем я. — Да, конечно. — Но это не мешало мне закатить глаза на её надменное обращение со мной. На диван рядом с нами плюхнулся Симус. — Решил своими глазами увидеть самый позорный момент в жизни Вики? — С усмешкой я отозвалась о себе в третьем лице. Симус хихикнул. — Я твоя группа поддержки вообще-то! Похоже, он превратно понял мой флирт с ним, который был основан на ревности к другому человеку. — У нас есть всего час до того, как ты пойдешь отбывать наказание. Уже меньше, так как десять минут ты просто витаешь в облаках и отвлекаешься на всех подряд. — Протараторила Грейнджер. Она серьезно относится к нашим занятиям и постоянно мне напоминает, кто здесь главный. Меня это раздражает. Она же по курсам всего на год старше меня, а ведет себя как профессор МакГонагалл. — Спасибо, Гермиона. — Грустно ухмыльнулся Финниган. — Для меня ты не все подряд. — Я кокетливо выстрелила в Финнигана из воображаемого лука. Финниган с радостью принял купидон стрелы в своё сердце. — Как метко. — Улыбался он. Естественно, это взбесило Гермиону. А я осталась довольной. — Сегодня ты попробуешь использовать Экспеллиармус. Обезоруживающее заклинание. Весьма полезное, если учитывать, что предстоит впереди. — О, Вики, это достаточно сложное заклинание. — Нэвилл Долгопупс присоединился к уроку и плюхнулся рядом с развалившимся на весь диван Симусом. — У меня в твоем возрасте тоже оно плохо выходило, но не беспокойся, у тебя всё получится! Я удивлялась, насколько по-доброму ко мне относятся многие ребята с шестого курса. Возможно, Джинни этому поспособствовала, так как много общается с ними. Хотя я уверена, что Невилл так добр ко мне, потому что видит во мне себя. Мы встали с Гермионой друг напротив друга в свободном от диванов и полок пространстве. Она гордо держала палочку наготове и ухмылялась. Потому что всё повисшее в воздухе соперничество ВСЕГДА заканчивается моим проигрышем. Сейчас она в очередной раз всем докажет, какая же Гермиона Грейнджер восхитительная волшебница. После нашего сближения я увидела, какая она стерва на самом деле. Почему она с другими не такая? Или, может, она действительно чувствует, что я могу составить ей конкуренцию? — Правила просты: ты должна лишить меня палочки, прежде чем это сделаю я. Экспеллиармус. — Она мгновенно взмахнула палочкой. Будто кто-то ударил мне по руке, и палочка отлетела назад. — Вот так. — Одними губами улыбнулась Гермиона. У меня вздулись ноздри. Молодец, показала, кто здесь главный. Я обернулась и нагнулась за палочкой, а когда подняла взгляд, то увидела, что студенты окружили нас. Множество пар глаз смотрят на меня и на мой позор. Всё же я встала на своё законное место. — Эксп… — Не успела я произнести даже половину букв от заклинания, снова что-то ударило меня по руке. — Экспел… — И снова палочка на полу. — Эк… — и снова. И снова. И снова. Я тянулась за палочкой. Каждый проигрыш будто бы клыком Василиска пронзал мои ребра и яд гнева распространялся по моим венам. Дыхание сбилось. На лбу появились испарины пота. — Экспеллиар…. — Эксп… — Э… Когда в очередной раз я уже наверняка покрасневшая от злости потянулась за палочкой, то услышала: — Герм, хватит, ты ни разу не дала ей возможности даже просто попробовать использовать заклинание! — Знакомый родной голос отчитывал мою соперницу. — Никто не даст ей фору в настоящей битве. Я соревнуюсь с ней на равных. — Ей не нужно на равных, пусть она хотя бы научиться правильно его произносить. — Продолжала моя подруга. Джинни хотела как лучше, но она даже не могла себе представить насколько задела мою гордость. — Я хочу на равных. — Процедила я сквозь зубы, когда встала на своё место. Гермиона с уважением улыбнулась. — Продолжаем, Вики. Экпеллиармус. — И вновь мою палочку выбила неведомая сила. — Слишком медленно. У тебя не будет возможности сконцентрироваться в бою. — Эксп… — И снова я проиграла. Так и прошло всё время. Она сделала меня. Всухую.

***

Когда я спускалась в подземелье, то была истощена. Морально. Физически. Руки до сих пор тряслись. От злости. От ударов. В мыслях всё время мелькала её победная улыбка. Грейнджер. Когда-нибудь я научусь заклинаниям и уделаю тебя в сухую. Так же как и ты меня сегодня. Но в руках я несла то, что очень сильно поднимало бодрость духа. Коробка конфет, которую мне утром отдала Мадам Помфри, и которую я собираюсь передарить профессору Снейпу. Да, Джинни была права по поводу того, чтобы зарыть топор войны. Мне стоило остановиться. И даже извиниться. Только вот мой гнев сейчас настолько силен, что я не могу этого сделать. Это не примирительный подарок, Снейп не должен догадаться, что его подарила именно я. Потому что содержимое в том тюбике, который мне прислали близнецы, уже покрывало безвкусным и бесцветным соусом каждую отдельную конфетку в шоколадной глазури. Завершающую часть плана я придумала только сегодня. До этого дня была мысль подлить зелье в кружку чая (или что он там вообще пьет), но это было слишком рискованно. Сверху я надела просторную толстовку, которую выпросила своим грустным видом у Симуса. Красную и со львом на спине. А под ней облегающий топ, чтобы я могла нести под ним небольшую и плоскую коробку, и не беспокоиться, что она выпадет по дороге. Через секунду после того, как я спрятала свой «подарок» из угла вышел Малфой, а за ним вся его свита — Крэбб и Гойл, Пэнси Паркинсон, Теодор Нотт и Блейз Забини. Они все с нескрытой усмешкой разглядывали мой наряд: Гриффиндорка идет. Драко как всегда в самом центре компании, и при этом самый отстраненный из них. Он даже не заметил, что я иду сзади. Пока Пэнси снова не шепнула ему что-то на ушко и он не обернулся ко мне. Пару секунд он оценивающе меня разглядывал. — А тебе не великовато? — Спросил Малфой. Кажется, он попытался выпендриться перед своими друзьями-змеями. Змеи они, конечно, не только из-за символа их факультета. — Тебе, видимо, на мне только облегающее нравится, да, Драко? — Мне очень хотелось в этот момент посмотреть на лицо этой сучки Паркинсон. Я сравнялась с компанией. Очень уж хотелось посмотреть на краснеющее от смущения лицо Малфоя. Но тот лишь уважительно ухмыльнулся. -А с дружками ты смелее, чем наедине. — Продолжила я. — Наедине? Драко о чем она говорит? — Пэнси, в отличие от хладнокровного Драко, ни на шутку забеспокоилась. — Мы же отбываем наказание у Снейпа, иногда оба приходим раньше. — С закатанными глазами объяснял Драко, будто бы объясняет, что два плюс два — четыре. — Не переживай, дорогуша, у нас были развлечения и поинтереснее. — Промурчала я. Теодор Нотт просвистел мелодию себе под нос. Блейз Забини издал громкую одобряющую усмешку. Крэбб и Гойл удивленно переглянулись между собой. А по лицу Драко ничего не было понятно. Он лишь просверливал проход в мою душу своим взглядом. А я выпускала пар на Пэнси Паркинсон. И, кажется, расстроенное лицо Слизеринки охладило мой пыл. Нет, мне не было стыдно. Я была удовлетворена. Паркинсон первая, кто заслуживает такого обращения с ней. — Увидимся у профессора Снейпа. Я прибавила шагу, чтобы побыстрее от них оторваться. Вслед я услышала голос Нотта: «Ну, ничего себе, дерзкая девица». Спиной я чувствовала, что они смотрят мне вслед. А на них смотрит огромный лев, вручную вышитый на моей спине.

***

Я думала, что толпа Слизеринцев — как охранная свита провожает Драко до самого кабинета Снейпа. Но они зашли внутрь вместе с ним. Злость окончательно забрала всю сегодняшнюю энергию, поэтому на вторую перепалку я уже не была не способна. Мой пыл охладился, и сомнения по поводу плана заполнили весь мой мыслительный процесс. Стоила ли игра свеч? Может, Джинни права? Ну, нет. Раз уже решилась. Слизеринцы встали в кружок и что-то бурно обсуждали. Я стояла поодаль от врагов факультета Гриффиндора и скрестила руки на груди. — Дриторис, что ты там одна стоишь? — Окликнул меня Нотт. — Можешь присоединиться. Я лишь приподняла брови с посылом: «Ты идиот?» Драко мимолетно (но я успела это заметить) глянул на него исподлобья. В кабинет зашел Снейп. Его внезапно еще в дверях облепили Слизеринцы: — Профессор, а что сделать, чтобы исправить отметки? — Начал Блейз. Надо же. Даже у слизеринцев есть проблемы с ЗОТИ. — Можете сделать доклад. — Отвечал Снейп. Чтобы Снейп вот так пошел навстречу ученику? Ах да, Слизерин — элитный факультет. Любимчики нашего Профессора. Очень педагогично. — А можете дать мне тему? — И мне. — И мне. Вместе с тем, как Снейп продвигался к столу, как рой мух, его продолжали окружать шестикурсники. Я поняла, что это идеальный момент. Лучше и не придумаешь. Сейчас Снейп полностью отвлечен на других людей. Я и не помню, когда в последний раз, ему было настолько все равно на меня. Наверное, в первые дни моего обучения. Так, ну, я готовилась к этому дню. Планировала около месяца, что такого ему преподнести, чтобы быть удовлетворенной результатом. И сейчас я сделаю этот последний шаг. И после этого зарою топор войны. Я ведь обещала Джинни. Возможно, даже извинюсь. Не за эту проделку, конечно же. В горле образовался ком страха. По венам растекался адреналин. Сердце бешено заколотилось. Всего пять секунд — положить конфеты на стол и отойти, как ни в чем не бывало. Я подошла дальней от компании парте, подальше от Снейпа, который сейчас раздавал задания: — Вам, Паркинсон, достается тема «Самые великие темные волшебники и в чем их главная сила» Трясущимися руками я приподняла край длинной толстовки вверх и залезла рукой под топ, чтобы достать злосчастный подарок. Мои пальцы уже скользили по гладкой поверхности прозрачной пленки, в которую я заново завернула конфеты. Но кто-то обхватил меня со спины. — Так и знал, что ты тут занимаешься чем-то нелегальным, Дриторис. — Прохрипел мне на ухо Драко. Я попыталась вдохнуть воздух, но получилось очень прерывисто. Он опять меня сдаст? Я не могла найти слов. Одна его рука легла на голую кожу под толстовкой, а вторая нащупала коробку. — Это подарок. — Прошептала я. — Почему не вручишь лично? Мне хотелось заглушить жжение от прикосновений его холодных пальцев. Температура моего тела приподнялась. Он впервые (когда я в сознании) прикасался к моец голой коже. Это лишь моё желание, или он и вправду прижался ко мне сильнее, чем это требовалось? Спиной я касалась его груди. Еще немного и я окончательно растворилась бы в его объятиях. Забыла бы о своих планах. О своей мести. Об окружающих. — Убери руки от меня, Малфой! — Прошипела я. — Опять хочешь вляпаться в неприятности? — Шептал он. — Тебе какое дело? — Никакого. — Если никакого, то отпусти меня, иначе… «Нас заметят» — не успела договорить я. — Малфой, ну, вы бы хотя бы уединились. — Нас заметил Нотт. Я с укором посмотрела на Драко. Он убрал руки. — Профессор Снейп, тут кто-то оставил вам подарок. Мне нужно было завершить свой план, и сейчас был мой последний шанс, который я не могла упустить. Я быстро вынула конфеты и сделала вид, что взяла их со стола. — Вот как. — Снейп махнул рукой, чтобы Крэбб и Гойл расступились, и он мог взглянуть. Малфой не стал ничего говорить. Он в недоумении свел брови, когда посмотрел на коробку. — Ах, да… — Вдруг «опомнилась» Паркинсон. — Это от нас подарок, Профессор. Я прыснула. Вот, чего-чего, а этого я точно не ожидала. Пэнси выдернула у меня коробку конфет и вручила Снейпу. — Лучшему профессору в истории Хогвартса. — Не стоило, мисс Паркинсон. — Снейп оставался всё таким же холодным. Он даже не улыбнулся. — Конечно, стоило, Профессор Снейп! С происходящего опешили все. Но Слизеринцы быстро подхватили волну и снова облепили профессора теперь комплиментами и благодарностями. — Похоже нам конец. — Драко потер виски. — Вам конец, Малфой. Но если хочешь, свали потом всё на меня. Ты любишь так делать. — Упрекнула его.

***

Наконец-то слизеринцы покинули нас. В этот раз Снейп не стал изощряться в наказании. Возможно, из чувства вины, а, возможно, он был удовлетворен результатом нашей прошлой вылазки. Я склоняюсь ко второму варианту. Сегодня же, он был в хорошем расположении духа. Это выражалось в том, что он не пилил меня презрительным взглядом каждые две минуты. Мы с Драко расставляли котлы по местам. Разбросанные ингредиенты мы укладывали в сосуды с наклейками их названий. Малфой часто проверял меня, будучи уверенным в том, что я обязательно что-нибудь, да перепутаю. Но больше всего в данный момент меня интересовал Снейп. Я не могла оторвать от него глаз. Он разгребал пергаменты на своем столе. Один за другим рассматривал и перекладывал из одной большой кучи в кучку поменьше. Это он так порядок наводит? По ощущениям, коробка конфет его вовсе не интересовала. — Дриторис, подойди сюда. — В руках Драко держал стеклянный квадратный флакон, в котором лежало несколько веточек с зелеными листьями. Мне пришлось отвлечься от Декана Слизерина. — Что здесь написано? — Он ткнул пальцем на белую наклейку на дне сосуда. — «Сушеная крапива». — Прочитала я. — А что внутри? — Он протянул сосуд, чтобы я сумела разглядеть получше. — Сушеная крапива. — Промямлила я. — Это Полынь, Дриторис. Первый курс травологии! — Возмутился Слизеринец. — Они же одинаковые! — Ты безнадежна. — На выдохе произнес Драко. Моя самооценка после поединка с Грейнджер сильно упала, поэтому его слова меня задели. — Как будто я и сама этого не знаю, Малфой. Я отвернулась, чтобы никто не смог увидеть, как я смахиваю слезинку, пробивающуюся сквозь ресницы. Я сама знаю, что я безнадежна. Я не училась на первом курсе. И на втором, и на третьем. Моих знаний недостаточно, чтобы вообще называть себя волшебницей. И самобичевание с каждым днем всё больше пожирало меня. — Заканчивайте и проваливайте. — Раздраженно произнес Снейп. Мы оба обратили внимание на Профессора. В его руках запечатанная коробка конфет. Мы с Драко вышли из кабинета, но я остановилась у двери. Ну, уж нет, Профессор, я должна это видеть. — Ты идешь? — раздраженно процедил Малфой. — Иди. — Почему ты такая неугомонная? — Прошипел он. — Всё будет нормально, Драко. — Промурчала я с довольной улыбкой. — Ты помнишь, за что отчислили этих рыжих Уизли в прошлом году? — Помню. Ты переживаешь, что больше не увидишь меня? — Мне плевать, увижу ли я тебя или нет. — Тогда свали и не порть мне остаток вечера. Уголки Малфоя дрогнули, будто бы он попытался скрыть улыбку. На каблуках он развернулся и ушел. Плевать на последствия. Тем более Снейпа самого ждет взбучка после произошедшего. Вряд ли он станет стучать на меня. Я тихо приоткрыла дверь так, чтобы оставалась маленькая щелочка. Мне пришлось очень постараться, чтобы подобрать правильный градус и найти удобное положение для лучшего обзора. Профессор ЗОТИ с нескрытым любопытством разглядывал коробку и перевернул её вверх дном. Насколько я помню, на дне нарисованы виды конфет и подписаны вкусы. С осторожностью Снейп взял одну из конфет большим и указательным пальцем и покрутил ею. Он понюхал её с таким видом, будто бы держит в своей руке Слизь флоббер-червя. А затем с каменным лицом положил её в рот. Достаточно одного укуса, чтобы зелье подействовало. На моем лице наверняка сверкала самодовольная улыбка. Хотелось бы, чтобы у меня были клыки, как у настоящего вампира. Это придало бы большего шарма этому моменту. Моменту моего возмездия. Как вы себя чувствуете, мой дорогой профессор?