Жестокая благодарность.

      Резкий пинок лишь заставил адское создание пошатнуться. Аудитор сщурил глаза, наблюдая, в каких конвульсиях судорожно бьётся раненное дитя. Эмплоер точно голодный хищник наблюдал за жертвой. Он в самом деле изголодался, но далеко не по еде. Дрожь и крики юного создания пробуждали особый "аппетит". И многое играло ему на руку - столь слабое создание не сможет дать нормальный отпор, чего уж говорить о побеге. Чувствуя давление, пленник до последнего сопротивлялся, не желая раздвигать перед мучителем ноги. Но лишь легко хихикнув, черный всё же развёл напряжённые ножки юнца, уперевшись пахом в промежность мальчика. Дрожь покрыла всё тело с ног до головы, агент уже не скрывая, трясся от происходящего. Страшно. Встреча взглядов. Всеми возможными способами мальчуган пытался отползти от возбужденного киллера. От каждого движения твердеющещего органа чёрного существа, тело ударяло новым разрядом дрожи. Младшему точно не прельщало ближайшее его будущее. Ужас тихонько подкрытывался, обнимая уже за спину. Действия стали более интенсивными, мужчина даже шумно выдохнул. Возможно это первый звук, который он издал в принципе.       Руки маньяка стали хаотично ощупывать грудь мальчишки, его живот и выраженные ребра, при этом размазывая по бедняжке кровь. Агенту не повезло быть столь по-детски привлекательным. Черноволосый всячески старался остановить руки Аудитора , своими кистями он всячески мешал и препятсвовал этому, даже пару раз хватая чужие запястья и оттягивая их от своего тела. Само же тело сильно ёрзало в руках киллера. Грубые касания по ранам заставляли носителя тихо шипеть. Быть чьей-то вещью было унизительно и противно. Даже не смотря на все возгласы и сопротивление, мужчина воплощал затеянное, а кроха был как игрушка, издавающая приятные звуки для насильника и подбадривающая его интерес своими действиями.       Но вдруг это прекратилось... Лязг собачки на замке ширинки будто крик, пронзил уши паренька, и в тот же миг в анус жертвы стало упираться что-то твердое и очень горячее. Её лицо в мнгновенье стало растерянным. Почувствовав давление снизу, всё тело дрогнуло, а плечики дрожаще поднялись. Из уст монстра послышался смешок. Агент уже было попятился назад, но его остановила резкая хватка. Руки убийцы переместились на бедра младшего и следом на них с силой надавили, фактически "насаживая" агента на член своего обидчика.

Вскрик.

      Резкий грубый толчок и Блэк смог войти в узкий девственный проход. Крошка тут же зажмурил глаза и тело пронзила острая боль, покрывающая мальца дрожью. Коленки затряслись, дыхание участилось, по щекам потекли слёзы . Грант был абсолютно не разработан и не готов к такому. Стенки сильно сжали член насильника, увеличивая трение поверхностей, что не могло не принести намного больше боли пленнику. Но огонёк, не прекращая хихикать и ухмыляться, начал двигаться внутри, растягивая напряжённые стенки мышц, невзирая на то, что агенту больно. Ему нужна была реакция, нужны слёзы и страдания этого милого парня. Именно ради этого убийца все затеял, он слишком долго ждал этого момента, сидя за начальствующим постом.       На последующий толчок тоже послышался вскрик, но уже с меньшей громкостью. С каждым толчком крики из его уст становились тише,всё больше слышалось неразборчивых вдохов и скуления. Неужели он привыкает к этим ритмичным действиям? Однозначно, нет. Маньяк просто не давал продыху крохе, с каждым разом перехватывая дыхание и резкими движениями выжимая воздух из лёгких. Низкорослый однозначно задыхался, жадно глотая воздух в моментную остановку процесса. Рваные вдохи и выдохи эхом отталкивались от стен.       —Хва..ах..ва..тит ..кха.. про..хх..ш-шу, — задыхаясь, плакал грантик.       Руки дрожали, ударяясь запястьями об пол. Спина же выгибалась, заставляя тело ёрзать и вырываться из хватки. О взаимном удовольствии не могло быть и речи. Было больно: боль подкрадывалась снизу и вспыхивала в местах ран, оволакивая всё тело, болезненно ноя в районе таза и яростно горела в уже почти не дрыгающейся раненной ноге. Было страшно : это чувство морозило сознание, заставляя трястись, вжиматься каждой клеточкой в пол и задыхаться. Было противно : оно где-то ныло, отдавая видом разбросанных клочков одежды, запахом крови, беспомощьностью и отдавая звуком шлепков ягодиц.       Насильник лишь откинул голову, блаженно выдыхая. С уголка губ потелка слюна, а по всему телу прошла мелкая дрожь, сладким импульсом отдавая в мозг. Внутри мальчишки так узко и горячо... Мышцы сжимали пенис обидчика, препятствуя нормальному движению. Но оно же хуже пареньку, ведь чёртово адское создание лишь наслаждалось. Он получал особое удовольствие от сопротивления, от жалких попыток агента спастись. Слабеющее с каждым толчком, бьющееся в судороге тело, его беспомощные хрипы и слабые мольбы. От этого кровь внутри маньяка бурлила, заставляя его член стоять камнем. Он ловил самый настоящий кайф. Осознание того, что беспомощное невинное создание находиться в его полной власти, под четким контролем, вызывало в нем искреннюю, даже некую детскую радость. Он словно малыш, что получил долгожданный желанный подарок. В висках стучала кровь, кажется у него поднялось давление. Но убийца проигнорировал это, ведь сейчас оно никак ему не мешало.       Парень был самой настоящей куколкой, что не могла ничего сделать. Светлая, слегка сероватая кожа, словно фарфор; чёрные, угольные волосы. Каждая бы девочка захотела заполучить такой необычный экземпляр - скромную серую мышку, без ярких намулёванных щёк, без словно вылизанных ржаного цвета кудрей. Насильник не был исключением.       Милое личико юного агента скривилось в гримасу боли и ужаса. В голову закрадывались различных мерзкие мысли и фантазии. Хотелось насиловать его без перерыва, хотелось кончить ему прямо на лицо, чтобы смотреть, как парень будет плакать от стыда и боли, чувствуя себя униженной. Хотелось сделать его своей куколкой, которую можно будет ломать столько, сколько тебе вздумается. Хотелось посмотреть, на что ещё способно это молодое стройное тело. В каких интересных позах может выгибаться этот мальчик? Будет ли он стонать от наслаждения, если хорошенько сломить его волю? Так много желаний, но так мало времени...Запах железа пьянил. Мысли окутал туман, маньяк так погрузился в них, что делал медленные толчки на автопилоте.       Понемногу грант начал востанавливать дыхание, всё ещё жмурясь и дрожа. Вздохи становились менее рванными. Неужели адское отродье решило сжалиться над мальчиком? Даже не смотря на это, малец не желал открывать глаза, он не хотел видеть этот взгляд, этот отвратительный процесс, как всё достоинство, амбиции агента и прочие положительные ожидания от будущего вдавливают в лужу, смешивая с грязью. Его тело привыкало или уже забивало на всю боль, пытаясь как можно скорее отключиться, уйти отсюда. Такой исход, к сожалению, не входил в планы эмплоера, не сейчас. Он обязан увидеть весь спектр эмоций своей пассии. Он желает прочувствовать его страх.       Когда, казалось, убийца сбавил темп, двигаясь достаточно медленно, он внезапно совершил резкий грубый толчок.

Вскрик.

      Всё как в первый раз. Сознание вновь прояснилось, возвращая кроху обратно к пытке. Словно как в день сурка, повторились и действия маньяка. Но что это... В попытке отвести взгляд от яростно красных очей, пленник замечает ползущие к его шее чужие руки. Пальцы черного мягко оглаживали тонкую шею юнца. Удивительно заботливо и нежно, словно они давние любовники, а не маньяк и его жертва. Однако нежность продлилась не долго, и в ту же минуту мужчина обхватил горло агента, начав сдавливать его, давя большими пальцами на кадык. Черноволосый не сразу заподозрил неладное, концентрируясь лишь на боли. Но резкая хватка заставила мальца пропустить вдох. Насильник буквально выдавливал из него крики. Используемой силы было недостаточно, чтобы задушить мальчишку насмерть, но вызвать проблемы в и без того затрудненном положении - вполне. Просто Аудитору показалось, что его малыш недостаточно сильно задыхается. Адский ублюдок хочет видеть, как агент будет закатывать глаза, давясь собственной слюной.       Послышался хриплый задыхающийся крик из уст низкорослого, о чём тот сразу же пожалел. Это действие окончательно опустошило его лёгкие. Инстинктивно, те сразу сразу пошли на вдох, но подобного не произошло в достаточной мере. Слёзы выступили на глазах. Дрожащие руки мальчонки сразу же схватились за чужие, пытаясь хоть как-то ослабить создаваемое удушье.       Всё это время красноглазый не прекращал резко толкаться внутрь, совершенно не заботясь о чувствах нижнего. Очевидно о взаимности никто не думал, у Невадского маньяка банально не было цели сделать своей пассии приятно. Зачем, если собственные ощущения всегда на первом месте? Можно было почувствовать, как пальцы мученика резко ослабивали при каждом новом толчке. Иногда всё же юноше удавалось заполучить заветные порции воздуха. Его спина выгибалась, а грудь рвано вздымалась. Но юноша не учёл одно, концентрируясь лишь на дыхании, ему совершенно не хватало времени сглатывать образовывающуюся слюну, что начала стекать в трахею, тем самым заставляя кроху давиться. Какой же громкий. Адский огонь двигал бедрами, с каждым толчком входя все глубже. С каждым толчком чувствуя, как ослаб юноша под ним.       Резкая боль. Новая волна паники и дрожи прошлись по и так дрожащему тельцу. Постепенно глаза начали медленно закатываться, а ручки понемногу ослабивали свою хватку и сползали вниз. Воздуха катастрофически не хватало. Голос неминуемо сорвался, изображая из себя лишь хриплое отродье. Не сразу убийца обратил внимание, что по ногам малыша потекла горячая кровь, а внутри стало намного свободнее. Кажется, он порвал его мышцы...       Издевательский смешок, гадкое хихиканье. Монстр одним своим поведением издевался над жертвой, показывая ему свое пренебрежение. Нет смысла сюсюкаться с тем, кого ты расцениваешь не более чем кусок мяса. Мягкий, в конкретном смысле аппетитный кусок мяса.       В эту плоть хочется впиться зубами, но снова бросая оценивающий взгляд на это худое тельце, было понятно, что кусать тут и нечего. Тощий юнец по телосложению совершенно не походил на роль элитного бойца серьезной организации. Ему бы быть помощником, да кофе серьёзным дядям разносить... Зря кроха сунулся в эту работу, ох зря.       Гадкое хлюпонье продолжалось, мудак ускорял темп, с желанием уничтожить все внутренности агента. Он зашёл так далеко, что уже вскоре его собственный член выпирал внизу живота мальчишки, создавая большой бугорок. На миг демон остановился в таком положении, натягивая живот парня. Убрав одну руку с горла агента, существо огладило этот бугорок, смотря на него с неподдельным интересом. Какое же чарующее зрелище. Вот он один из плюсов маленького и худого партнёра. Монстр самодовольно ухмылялся, очевидно гордясь тем, что он видит.       Давление на шею значительно ушло и это буквально вновь вдохнуло в жалкое тельце жизнь. Резкие, глубокие сиплые вздохи тотчас поразили тело. Грудь высоко взымалась вверх и опускалась. От такого даже закружилась голова. Опять зажмурил глаза. Нет, грант ни в какую не хотел видеть эту жуткую картину его падения. Прикосновение заставило инстинктивно вжать живот, что лишь создало приятное трение члену насильника, заставляя того довольно мурчать. Кот получил свое лакомство, а бедный паренёк остался с порванными мышцами. Удивительно, что его пищевод ещё цел, учитывая то, как глубоко в него входили...